Играя роли (СИ) - Таша Сосновская

— Я все слышала. — нарушает тишину подруга. — Знаешь, я не уверена, что твой Глеб захочет говорить с тобой.

— Почему? Я же ничего плохого не сделала? — удивляюсь я.

— Я так понимаю, что он достаточно темпераментный человек, его реакция всегда острая и взрывная! Сейчас он наверняка на эмоциях. Думаю будет лучше подождать когда он остынет. — говорит Олеся.

— Я не могу ждать! Я свихнусь от этого! — сокрушаюсь я.

— Эмоции в этом деле будут мешать мыслить здраво, понимаешь?

— Понимаю. Но я боюсь потерять его, Олесь! — не сдерживаясь рыдаю я.

— Любишь, да? — обнимает меня подруга.

— Ни кого и никогда никого так не любила. А еще у нас уже все было. — хлюпаю носом я.

— Он тоже тебя любит и это видно. Но ему нужно остыть. — вздыхает девушка.

— Надеюсь Никита найдет его и они поговорят! — смахивая слезы говорю я.

Но моей надежде было суждено рухнуть. Кит не смог отыскать Глеба. Не в то утро, не через день, не через два. В офисе никто не знал где он. Сотовый его продолжал оставаться недоступным, а номера его матери никто не знал. И даже поездка к нему домой результата не принесла. Глеб исчез.

Я не понимала ничего. Моя лиса заперлась в своей норе и свернувшись калачиком жалобно поскуливала. Все стало не важным и серым в моей жизни. Я уже за неделю насчитала целых пятьдесят оттенков. Но в отличии от героев сего романа, я испытывала не те чувства, что они. Я была в глубокой яме под названием депрессия.

Одно радовало, на работе наконец от меня отстали. Правда проект хотели нагло забрать. Хорошо, что хозяйка настояла на моем участии. Так что теперь нас трое.

Мы ездим на объект, обсуждаем детали и все это уже не напрягает. Исчезли взгляды, вернее они пере направились на мою одногрупницу. Но мне плевать. Главное меня больше не осаждают, а то я не средневековый форт, просто так не сдалась бы. Я бы взорвалась похлещи ядерной бомбы и показала бы обоим и Херосима и Нагосаки.

Спустя две недели моих мучений на мою почту пришло письмо с неизвестного мне адреса. Странно зачем я его вообще открыла, потому как все это обычно летит в спам. А тут решила посмотреть что мне опять втюхать хотят.

Пробежалась по тексту и не веря себе уставилась в экран ноутбука. Нет. Это глюки у меня. Не может такого быть! Глеб не мог!

Закрываю глаза, словно это изменит текст сообщения и опять открыв читаю послание.

«Я же говорил, что стервы не превращаются в домашних девочек. Сыграла ты конечно зачетно. Но вот только я солидарен со Станиславским! Роль скажу была на троечку. Поэтому спектакль окончен, занавес. Забудь меня и все что пел изображая интерес. Это был мой дебют. А теперь я вернулся к себе и стерва может искать новую жертву. Короче, развлеклись отлично. Прощай!»

Вот и все. Это реально провал. Крах моей жизни. Мной поиграли и жестоко наказали за мое доверие. Зачем? Зачем я открыла свое сердце? Зачем поверила в любовь? Дура! Маленькая глупая лисичка! Больно. Как же больно! Жить как теперь? За что?

19

— Алис, ты все же решила вернуться в Россию? — спрашивает меня Дари поднимая солнцезащитные очки.

Почти три года назад я сбежала из города. После того письма, я неделю еще ходила как зомби и отказывалась верить, что Глеб мог так со мной поступить. Наверно я так себя успокаивала? Ведь письмо пришло с неизвестного мне адреса и без подписи. Но если откинуть все лишнее, то факт настолько очевиден, что сердце разорвалось в клочья.

Глеб играл со мной. Развлекся и наказал стерву. А потом просто слился. Даже в глаза не смог сказать всего, что написал. Вначале я прошла стадию отрицания и до конца не могла признать тот факт, что тот кто был нежен по ночам и шептал о любви, оказался очередным бабником.

После наступил период осознания и принятия. Его больше не будет в моей жизни. Точка. Пора забыть и двигаться дальше. Но как это сделать, если буквально каждый уголок дома и не только моего напоминает о моей неудавшейся любви? Как забыть того, чей образ всплывает в памяти стоит посмотреть на стол в кухне, или ванную, ну или кровать в спальне.

Прячась от воспоминаний и боли я практически переехала к другу. Понимала, что лишаю его личной жизни, но не могла преодолеть себя и вернуться в мои некогда счастливые квадратные метры. Вот тут меня и посетила мысль бросить все и улететь в лето. К тому же Дари сама предложила развеяться и сменить обстановку. И вот почти три года я развеиваюсь на солнечном острове в Эгейском море.

— Мама звонила, отец болеет и они летят на лечение в германию. Я хочу немного побыть с ними, пока они не улетели. — вздыхаю я.

— А сама ты хочешь вернуться? — спрашивает подруга.

— Я не могу сказать что не хочу. Боль притупилась, все немного успокоилось и наверное хватит прятаться в своей норе. Пора выйти и вновь начать жизнь. — поведала я.

— Похвально. К тому же тебе есть ради кого жить! — поддержала меня Дарина.

В первые мои недели здесь, подруга порывалась обратиться за помощью к детективу и найти таки Бутузова. Но зачем? Все кажется предельно просто. Все считали его честным и порядочным, но он умело сыграл свою роль, а в финале скинул маску обнажив сущность. Такова жизнь. За маской шута прячется разбитое сердце, в образе тихой скромницы может быть надменная стерва, а за стервой тот кто боится доверять людям.

— Все. Наконец уложил. — вздыхает Николас и опускается на соседний шизлонг.

Мы наслаждаемся солнцем в тени у бассейна на вилле друзей. Они не позволили мне жить одной и чтоб я не чувствовала себя гостем, отдали мне отдельный домик на их участке. За это время я твердо встала на ноги и заработала статус в наших кругах. Правда все знали меня как Лисан Рыжова, но это и не важно.

— Возвращаешься? — интересуется муж подруги.

— Да. Думаю пора. — отвечаю отхлебывая сок из стакана.

— У меня для тебя есть пара контактов, они ждут твоего звонка. Скажу честно работа новая и думаю тебе понравиться. Один знакомый, Андрей Куликов просил провести какую то перепланировку для друга. В подробности он не вдавался. Есть еще наш старый знакомый Алексис Патас и его новый отель.

— Спасибо тебе Николас