Кто бы мог подумать? - Аделаида Котовщикова

Словам этим Костя не придал значения. Только потом их понял.

Ещё издали до Кости долетели весёлые крики, смех. Он повернул за угол. Глазам его открылся сквер. Но что это?

Заваленный снегом сквер был пустынен все эти дни. А сейчас за решёткой сновала толпа ребят. Кто лепит снежную бабу, кто катается на санках с небольшой горки, кто просто носится по широким дорожкам. Да, по дорожкам! Костя даже заморгал: не мерещится ли ему? Но нет…

Весь сквер был пересечён отлично расчищенными дорожками. От каждого входа тянулся ровный путь. Дороги сходились, пересекались. А у входов торчали столбики с прибитыми к ним фанерками. На фанерках надписи.

Костя подбежал.

Вот красной, как у них, краской намалёвано:

«Здесь работали ученики девятого класса. Привет!»

А вот зелёной краской:

«Здесь потрудились комсомольцы второго цеха, поддержали почин школьников!»

Ещё были две или три дощечки, но прочесть их Костя не успел. Кто-то дёрнул его за карман пальто. Взволнованный, с хрипотцой голос Тольки Акимова:

— Ко-остя! Это чего такое, а?

Рядом с Толькой топтался недоумевающий Слава Курков.

А вот и Таня. Волочит свою лопатку, кричит на бегу:

— Меня мама не хотела пускать — ещё, говорит, наработаешься. О-ой! Какой красивый стал сквер!

Ира и Алла появились не с улицы, они чинно вышли из самого сквера. Лопаток у них при себе не было.

— Мы ещё утром знали, что всё сделано, — сообщила Алла.

Ира вежливо поздоровалась:

— Здравствуйте, Костя. Да, мы ещё утром узнали, что всё расчищено. Бабушка Аллы ходила через сквер в магазин, рассказала Алле, Алла мне. Мы не могли вас предупредить, адреса вашего не знаем. Здравствуйте, Тамара Георгиевна! Вы тоже пришли погулять при такой прекрасной погоде?

— Здравствуйте, Тамара Георгиевна! — вразнобой сказали Алла, Толька Акимов и Мухин, откуда-то вдруг возникший. Слава Курков шевельнул губами, — видно, шёпотом поздоровался.

Вслед за ребятами Костя повторил:

— Здравствуйте, Тамара Георгиевна.

Лицо учительницы сияло улыбкой:

— Здравствуйте! Здравствуйте! Я вижу, что вас опередили. Каким чудесным стал сквер! Дёмин, ты… — Она рассмеялась. — Ты потерпел фиаско.

— Как это — фиаско? — не понял Костя.

— Не слышал такого слова? Фиаско — это значит неудача, провал. Но у вас очень-очень приятное фиаско. Поздравляю!

— Можно, мы ещё немножко погуляем? — спросила Ира.

— Пожалуйста! Но как озябнете — домой! Договорились? — Тамара Георгиевна ещё раз всем улыбнулась, помахала на прощанье рукой и ушла в своих высоких сапожках на меху, в меховой шапочке. И даже спина у неё была очень довольная — Костя это отчётливо видел.

— Фиаско ещё какое-то придумала, — пробурчал Толька. — Что же мы — так и разойдёмся?

— Для чего я от матери вырвалась? — плаксиво пожаловалась Таня.

Ребятам явно не хотелось расходиться. Костя почувствовал, что ему это приятно. Он оглядел ребят:

— А чем мы можем сейчас заняться? Может, снежную бабу слепим?

— Звёздочки собираются у кого-нибудь дома, — сказала Ира. — И что-нибудь делают. Я бы пригласила нас всех к себе. Но сегодня воскресенье, мама и папа дома. И может быть, к ним придут гости…

Костю насмешило Ирино «нас всех», а не «вас всех». Но никто из ребят даже не улыбнулся, у всех были озабоченные лица.

«Ко мне тоже сегодня не стоит, — подумал он. — Папа, наверно, читает, надо же и родителям в спокойствии посидеть».

— Не стоит, ребята, к кому-нибудь идти в выходной. И школа закрыта. В другой раз соберёмся.

— Ко мне можно! — объявил Мухин. — У меня никого дома нету.

— Куда ж все пропали? — спросила Таня.

— А уехали. К тётке. На день рожденья.

— Ты из-за сбора остался? — спросил Костя.

— Я бы всё равно не поехал. Мне лень.

Все ребята удивились.

— На день рожденья лень? — вырвалось у Славы.

— Ну ты даёшь, Серёжка! — воскликнул Толька.

Алла пропела из «Песенки крокодила Гены»:

— К сожаленью, день рожденья только раз в году!

— А чего там делать-то? Взрослые одни. И сиди. Даже подремать не дадут, скажут: «Как не стыдно, в гости спать пришёл!» — равнодушно сказал Мухин.

Ребята расхохотались.

— А тебе не попадёт, что в отсутствие родителей к тебе целая орава заявится? — спросил Костя.

Мухин пожал плечами:

— А от кого мне может попасть? От мамы — ни в жисть. Папа всегда — как мама скажет. Нонка если чего разбушуется. А мне-то что? Я ей подчиняться не обязан.

— Кто это — Нонна? — спросил Костя.

— Сестра его старшая, — объяснила Ира.

— На парикмахершу учится, — добавила Таня. И запрыгала, колотя валенок об валенок. — Пошли скорей! Холодно стоять.

Поколебавшись, Костя согласился:

— Ладно. Веди, Серёжа, к себе.

«Домашние тимуровцы»

Поведение Мухина забавляло Костю. Толстый мальчишка суетился неповоротливо, усаживал ребят на диван и стулья, а вид важный, изображает гостеприимного хозяина. Даже сонливость его покинула.

— Чаю хотите? — предложил Мухин. — А телевизор включить?

— Включи! Включи! — Таня захлопала в ладоши.

— Никаких телевизоров! — строго сказал Костя. — Сергей, садись! Мы к тебе не в гости пришли, а по делу.

Мухин плюхнулся на диван возле девочек.

— Вы что любите делать? — спросил Костя. — Хоть какой-то план работы надо нам…

— Я люблю слушать истории! — заявила Алла. — Про всякие страшные случаи.

— Случаёв бывает много, — живо подхватила Таня, сделав ударение на «ёв». — Вчера наша кошка угодила головой в ведро. Да, да! И чуть там не утопла.

— В помойном ведре? — Слава вздохнул. — Бедная!

— Таня, о каких ты глупостях рассказываешь, — недовольно сказала Ира. — А когда мы будем альбом клеить?

— Не утонула, и хорошо, — прогудела Алла. — И не страшная совсем история.

— Выскочить успела, — закивала Таня. — Она на табуретке сидела и глядела в воду, как в зеркало, мама как раз пол мыла, и ведро стояло полное. И она, кошка наша, как-то шмыг в воду!

— Шмыг! — захохотал Толька. — Ты, часом, кошку не спутала с мышкой? Потеряла кошку, ты же всё теряешь, а нашла мышку… в помойном ведре!

Таня погрозила Акимову кулаком:

— Дразнила глупая!

— Крысы и в самом деле в зеркало смотрятся, — задумчиво проговорила Алла. — Я знаю случай, немножко страшный…

В комнате было очень тепло, все раскраснелись с мороза. Вдобавок Костя сидел близко от кафельной печки, ему стало жарко. Он провёл рукой по лбу:

— Хватит вам глупости болтать. Мы…

Скрипнув, осторожно приоткрылась дверь. В комнату проскользнули две девочки, одна лет восьми, другая не больше трёх. Обе встали у самой двери, прижавшись спиной к стене.

Ира, Алла и Таня сказали разом:

— Здравствуй, Маня! А, Манечка! Откуда ты взялась!

— Стрельцова собственной персоной! — насмешливо присвистнул Толька.

Мухин встал с дивана с угрожающим видом:

— Вы чего это явились?

— Сергей, не грубиянь! — Старшая девочка тряхнула чёлкой. — Я тоже хочу послушать, чего вы тут говорите.

— Проваливай, проваливай! — Мухин приблизился к девочкам. — Ты совсем из другой звёздочки!

— Селгей, не глубиянь! — сердито сказала трёхлетняя.

— Что ты их гонишь? — вступился Костя. — Любезный хозяин!

— Хоть из другой звёздочки Стрельцова, — рассудительно сказала Ира, — но всё-таки из нашего класса. А мы ведь даже если из другой страны, и то не гоним, правда, Костя?

Подавив смешок, Костя кивнул:

— Конечно, гнать не годится! Ну, садитесь где-нибудь…

Маня Стрельцова опустилась на корточки там, где стояла. Сестрёнка поглядела на неё и тоже села на корточки.

— Так чем же заняться нашей звёздочке? — сказал Костя. — Предлагайте! Тебя, Ира, не спрашиваю, ты хочешь какой-то альбом клеить…

— И вовсе не только альбом! — с вызовом сказала Ира. — Я хочу быть тимуровкой. Всяким старушкам помогать.

Слава Курков поднял руку, как на уроке:

— Я тоже хочу.

— Ну, не знаю… — с сомнением покачал головой Костя. — Тимуровской работой, по-моему, занимаются шестиклассники. Да вас и не пустят родители ходить куда-то одних.

— И, во-вторых, — раздался снизу голос Мани Стрельцовой, — разве вы сумеете прибрать, сготовить, пол вымыть?

— А в-третьих, тебя не спрашивают! — рассердился Мухин. — Скажи спасибо, что не прогнали! Не твоя звёздочка!

— Будет ещё указывать! — обиженно пропищала Таня.

— Если станете ссориться, уйду! — пригрозил Костя. — А, в самом деле, вы что-нибудь умеете делать по дому?

— Пол подмести, подумаешь! — заявил Толька.