Россия - Америка: холодная война культур. Как американские ценности преломляют видение России - Вероника Крашенинникова

Динамика группового мышления и поведения описывается прежде всего давлением к соответствию взглядов. Как подчеркивает психолог, профессор Йельского университета и университета Беркли в Калифорнии Ирвинг Джанис, попытки повлиять на «инакомыслящего», чтобы тот пересмотрел или понизил градус своих диссидентских идей, продолжаются до тех пор, пока другие члены группы верят в успех убеждения. Когда надежда переубедить диссидента пропадает, коммуникации в его направлении резко снижаются: группа исключает его из своего состава все более очевидным образом, чтобы восстановить собственное единство. При этом чем выше сплоченность группы и чем более важен обсуждаемый вопрос для ее целей, тем скорее группа вынудит инакомыслящего ее покинуть. Другие негативные черты групповой динамики состоят в тенденции создавать стереотипные образы, которые представляют внешние соперничающие группы бесчеловечными, и тенденция выбирать более рискованные решения и действия, чем те, что члены группы выбрали бы индивидуально, каждый для себя.

Особенности функционирования любой крупной организации, такой как правительство, задают дополнительные ограничения в процессе обработки информации и принятия решений.

Крупная организация отличается многогранной и многоуровневой структурой, в которой части изолированы друг от друга, коммуникации между ними затруднены и наличествуют противоборствующие группы интересов. Новая информация на входе классифицируется в зависимости от интерпретации первого чиновника, в чьи руки она попадает, и может не достичь всех лиц, чья компетенция была бы необходимой для принятия решения. Далее, на каждом звене передачи, данные могут преломляться через административные интересы и психологические особенности передающего ее чиновника. Строгий процесс планирования и административная инерция практически исключают пересмотр и адаптацию убеждений и планов: новые данные интерпретируются исключительно в свете уже имеющихся планов, даже если те были составлены для решения других задач.

Исходя из того что любая крупная организация содержит соперничающие группы интересов, Джозеф де Ривера выделяет три фактора, влияющих на восприятие в организации. Во-первых, высокопоставленные чиновники неизбежно сталкиваются с необходимостью интегрировать в решение многие противоречащие интересы. Во-вторых, конфликты интересов часто предотвращают любое действие, которое не является абсолютно необходимым. В-третьих, часто существует несколько более или менее обоснованных мнений об истинном значении ситуации и о необходимых действиях. Различия обычно проявляются исходя из индивидуального восприятия служащим стоящих перед задач и его принадлежности к одной из групп внутри организации. Все эти процессы происходят под жестким временным прессингом. Высокопоставленный чиновник часто имеет полчаса на принятие решения, над которым он хотел бы провести день раздумий и консультаций.

Ривера описывает феномен climate of opinion, «атмосферы общепринятого мнения» в коллективе. Сходная по характеру с теориями и парадигмами атмосфера общепринятого мнения в организации налагает, в сравнении с ними, более жесткие рамки на видение «возможного» и «невозможного»: эти рамки сужаются за счет специфических позиций и интересов коллектива и норм поведения в нем. «Атмосфера мнения» выстраивается на понимании того, что организация и ее глава хотят и готовы сделать. Если человек предлагает идею, с которой глава организации заведомо не согласен, которую не примет коллектив и которая не может быть воплощена в той реальности, какой коллектив ее видит, то он рискует потерять репутацию «реалиста» и место в коллективе. Поэтому вносимые на обсуждение коллектива идеи чаще всего конформны общепринятому в нем мнению. Стремясь убедить членов группы (правительства), человек подстраивается под их взгляды и занимающие их на тот момент проблемы.

Еще один примечательный феномен коллективного мышления был сформулирован и описан в 1972 году Ирвингом Джанисом — groupthink, «групповое мышление».[172] В вину этому феномену комиссия конгресса США поставила неспособность американской администрации предвидеть атаки 11 сентября 2001 года. Создание термина, по словам Джаниса, было инспирировано ему лексикой, введенной Джорджем Оруэллом в его знаковом «1984-м»: doublethink и crime-think. Groupthink описывает образ мышления людей, убежденно принадлежащих высокосплоченной группе, в которой стремление членов к единодушию превалирует над мотивацией реалистичной оценки альтернативных направлений действий. Groupthink ведет к снижению интеллектуальной эффективности, объективного видения реальности и моральной оценки принимаемых решений.

Ошибки в восприятии и негативные черты групповой динамики ведут к серьезным просчетам в процессе принятия внешнеполитических решений. Во-первых, обсуждение ограничивается только несколькими — обычно двумя — возможными вариантами действий, без инспектирования полного спектра возможностей. Во-вторых, с самого начала избрав предпочтительный для большинства членов вариант, при дальнейшем обсуждении группа уже не возвращается к детальному анализу неочевидных рисков и препятствий, которые могли остаться незамеченными вначале. В-третьих, группа избегает обращения к экспертам, которые могли бы оценить невидимые для членов группы выгоды и потери при реализации любого из вариантов. Далее, при оценке данных и мнений, поступающих извне, группа выбирает факты и мнения, которые подкрепляют уже избранный путь, и игнорирует те, которые противоречат ему. Наконец, члены группы в лучшем случае только поверхностно обсуждают то, какое влияние на избранный вариант окажут бюрократическая инерция, противоборство оппонентов и случайные обстоятельства, которые проявятся в обязательном порядке.

Эти пороки могут быть отнесены на счет феномена groupthink, но их причиной могут быть обычная человеческая глупость, предубеждения, неведение, перегруженность информацией и усталость. Так или иначе, описанные изъяны процесса ведут к принятию решений, шансы которых на успех стремятся к минимальным.

Объективные трудности восприятия

Игнорирование информации и ее неверная интерпретация создают искаженную реальность, фальшивые образы и заставляют политиков совершать ошибки при принятии решений. Однако во внешней политике поступающая информация почти всегда неоднозначна и дает основание множественным интерпретациям. Как не существует одной версии истории государства — каждый историк внутри и тем более вовне страны видит ее различно, — так не существует и единого видения внешнеполитической реальности. Для Соединенных Штатов важна защита их интересов такими, такими они их понимают, в том мире, каким они его себе представляют. Для России аналогичным образом важна реализация ее интересов в том мире, который видится с точки зрения российских проблем и задач.

Восприятие культурно-политической реальности искажается и намеренно — для более эффективной реализации интересов во внутренних и внешних делах. Манипуляция общественным мнением и пропаганда в своих умеренных проявлениях являются необходимым инструментом власти в ее взаимодействии с народом, причем, чем в большей степени власть подотчетна народу, тем более активно ей приходится прибегать к манипуляциям. Поэтому ошибки и просчеты культурно-политического восприятия являются устоявшимся параметром в формуле политического взаимодействия.

От негативной специфики восприятия страдают и исследователи. Являясь агентом своей политической культуры и действуя на основании ее образцов, исследователь может «вчитать» в изучаемые вопросы свое собственное видение. Как предупреждает Леонид Бляхер, «Ученый, погруженный в семиозис отечественной культуры, оказывается не в состоянии усмотреть несовпадение, а другое воспринимает как недоразвившееся или испорченное „свое“».[173] Чтобы ввести обратно реальность, отброшенную системой категорий, необходимо «двойное дистанцирование»: от исследуемого объекта и от собственных политических интенций.

Некоторые исследователи утверждают, что советско-американские разногласия явились следствием неверно истолкованных сигналов и намерений. Полагаясь на фундаментальные и прикладные исследования, можно с уверенностью утверждать, что механизмы искажения восприятия сыграли в этом существенную роль. Поскольку человеческое сознание достигает просвещенного состояния очень медленно, то вряд ли эта ситуация изменится.

В видении России в Соединенных Штатах следующие особенности человеческого восприятия играют особую роль.

Восприятие наций отличается не только статическим содержанием (убеждения, стереотипы и т. д.), но и динамическими процессами рациональности. Единого типа мышления и рациональности не существует, мыслительный процесс субъективен, будучи производным от социально-политической и культурно-цивилизационной среды. Таким образом, люди по-разному обрабатывают поступающую информацию и по-разному мыслят.