Боль Тьмы (СИ) - Неженцева Екатерина

Опомнившись, эльф внимательно посмотрел на девушку. Он пытался понять, что эхо божественной силы, делает рядом с человеком. Стоп. С человеком?! Откуда в их мире человек? Люди исчезли несколько десятков лет назад!

— Ты же человек! — эльф ткнул пальцем в сторону Эльки.

— Не совсем, — уклонилась от ответа девушка, — но, родилась человеком.

— Тебя нужно немедленно доставить к Владыке, — произнёс эльф и, подхватив её под локоть, открыл портал.

Элина успела только пискнуть и схватить Заразу за лапку, прежде чем её утащили. Спустя мгновение она смотрела на плитку с витиеватым узором, устилающую пол. После перевела взгляд на стрельчатые окна украшенные растениями. И только потом её взгляд наткнулся на пару удивлённых эльфов, восседающих на белоснежных пнях, которые служили им креслами.

— Ириэль, это кто? — поинтересовался мужчина с серебристой короной.

— Владыка, прошу простить меня, — эльф, который притащил Элину, опустился на колено и потянул вниз девушку.

Но та лишь отмахнулась и принялась разглядывать присутствующих. Не считая двух эльфов на пнях, в огромном зале находилось ещё около двадцати особей. Они все были высокие, худые, с длинными белыми волосами. И все смотрели на неё. Тот, кого назвали Ириэлем, неодобрительно зыркнул на Эльку и продолжил:

— Я нашёл эту человеческую девушку в священном лесу, рядом с озером. С ней было эхо. Она утверждает, что попала к нам порталом!

В зале поднялся шум. Эльфы заговорили все разом, чем вызвали приступ головной боли у Эльки. Она вздохнула и подумала: «Так шумят, будто к ним демона притащили. Людей что ли никогда не видели?»

— Дитя, как тебя зовут? — обратился к Эльке, Владыка.

— Элина де Гис, а вы кто? — внимательно посмотрела на него девушка.

Но ответить ей не успели. Эхо подлетело к Владыке, заглянуло в его глаза и эльф, вскочив со своего места, низко поклонился Эльке. После этого действия, в зале воцарилась звенящая тишина. А спустя миг раздалось шуршание. Все эльфы склонялись перед Элиной.

— Зар, а что ты с эльфами сделал? — подозрительно поинтересовалась Элька.

— Ничего. Они о-о-очень богов любят, — пропищал шар и, подлетев к Эльке, уселся к ней на плечо, осыпав золотистой пылью.

Громкое «Апчхи!», разнеслось по залу и Элька, укоризненно глянув на Зара, смущённо улыбнулась Владыке. Тот смотрел перепуганным взглядом на Элину, размышляя, чем грозит ему и его подданным явление богини.

— Вот ты! Настоящая Зараза! — прошептала в наступившей тишине Элька, обращаясь к эху.

Внезапно в мыслях девушки промелькнула фраза: «Нашли выход. Даже богов не побоялись позвать. Правосудия не дождёшься». Элька рывком обернулась к эльфу, от которого шла эта мысль. Нечто древнее и невероятно могущественное, заворочалось внутри, призывая вмешаться.

В первом ряду стояли два эльфа. Элька, следуя интуиции, подошла к ним. Глянула на того, чьи мысли она только что прочитала, и улыбнулась.

— Правосудие тебя услышало.

Судорожный вздох прошёл по залу. Оба эльфа рухнули на колени, и их окутала золотистая дымка. Остальные присутствующие, сделали слаженный шаг назад. А Элина увидела то, ради чего они тут все собрались.

«Тириэль, тот эльф, который жаловался на отсутствие правосудия, направлялся к лесному озеру. Сегодня там собирались все молодые эльфы на праздник жизни. В воздухе пахло цветами и травами. Где-то рядом, раздавался смех фей, похожий на звон колокольчиков. Но в сердце эльфа поселилась тревога.

Около озера его встретил Линаэль, сын первого советника. Он, и его четверо друзей перегородили путь Тириэлю.

— Тебе сказали, чтобы ты сегодня здесь не появлялся, — надменно произнёс Линаэль.

— Уйди с дороги, — холодно отозвался Тириэль. — Не тебе решать, кому и куда ходить. И не тебе решать, с кем Аурелия захочет уйти сегодня.

— Я смотрю, ты всё ещё веришь, что кто-то станет слушать тебя? — рассмеялся Линаэль и его смех подхватили остальные эльфы. — Запомни. Ты, ничтожество! Тебе сказали, чтобы ты не подходил к Аурелии.

— Повторять третий раз, не буду, — так же холодно ответил Тириэль, стараясь не сорваться и не надавать по ушам этому гаду. — Уйди с дороги.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Лицо Линаэля исказила гримаса ярости, и он выхватил меч, его примеру последовали и другие эльфы. Тириэль вздохнул. Когда он решил пойти на этот праздник, то ожидал любой подлости от Линаэля. Но брать с собой оружие. Это было низко, даже для такой мрази, как сынок советника.

Напали они все вместе. Если бы Тириэль не был одним из лучших воинов в охране Владыки, может быть у них что-нибудь и получилось. Но, Линаэль всегда прогуливал занятия, как и его дружки. Потому все их потуги закончились так же внезапно, как начались. Пятеро эльфов лежали, завывая, испачканные в собственной крови.

Тириэль посмотрел на них и, покачав головой, направился за помощью. Не оставлять же малолетних идиотов истекать кровью. Знал бы он, что его обвинят в попытке принести оружие на праздник жизни и в нападении на «ничего не подозревающих эльфов», оставил бы их сдыхать. Хотя, кому он врёт, не смог бы он так поступить. Жизнь — главное, что есть у каждого существа, и Тириэль прекрасно это понимал».

Вынырнув из чужих воспоминаний, Элина перевела взгляд на Линаэля. В глазах эльфа читался ужас. Одно дело обвинить кого-то перед эльфами, и прикрываясь статусом отца доказать его виновность. Другое, стоять перед богом, который знает абсолютно всё.

— За нападение на безоружного. За подлость, лживость и жестокость. Ты будешь наказан Линаэль.

— Нет! Умоляю! Он мой единственный сын! — раздался крик советника.

Элина перевела взгляд светящихся глаз на него и усмехнулась. Советник побледнел, осознав, что наказания не избежать. Он сделал шаг назад, но его тут же окутала золотистая дымка, не давая пошевелиться.

— Потакая своему сыну, ты довёл его до попытки лишить жизни эльфа. Твоим наказанием станет жизнь рядом с тем, кто когда-то был твоим сыном. И об этом будут знать абсолютно все, как и о ваших преступлениях. До тех пор, пока ты и твой сын не переосмыслите своё поведение, будете страдать. Каждый вздох принесёт вам боль, отчаяние, и всё то, что испытал каждый эльф по вашей вине.

Затем девушка повернулась к Линаэлю и улыбнулась. Эльф закричал и начал дёргаться, когда его тело стало изменяться. Через миг перед всеми на полу лежало мерзкое склизкое существо, с огромной головой и маленькими ручками. Оно открывало и закрывало рот, издавая противный писк.

— Виновен, — произнесла Элька.

Эльфы отшатнулись, когда девушка посмотрела на них. Она безошибочно выцепила в толпе тех четверых, которые помогали Линаэлю. В ту же секунду их всех постигла та же участь, что и первого эльфа.

— Надеюсь, родители заберут своих отпрысков домой? — поинтересовалась Элька. — Не люблю смотреть на подобную мерзость.

И всё пришло в движение. Изуродованных эльфов, всхлипывая, закутывали в какие-то покрывала родственники и выносили из зала. Кто-то попытался возмутиться, послышались выкрики и недовольные возгласы. Ухмыльнувшись, Элька повернулась к оставшимся в зале эльфам и произнесла:

— Вы все пришли сюда за правосудием. Я, богиня правосудия Элинаэри, откликнулась на вашу просьбу. Моё решение не обговаривается.

Тишину, наступившую после этих слов, можно было пощупать руками. А Эльке стало так мерзко находиться там, что она передёрнула плечами и молча направилась на выход.

На улице девушка подняла лицо к небу и вдохнула свежий воздух. Стало немного легче. Вот не мог Создатель сделать её богиней красоты, например?

— Красоты, — фыркнула рядом с Элькой маленькая девочка с золотистыми глазами, — придумаешь тоже. Может, тебя ещё богиней любви сделать?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вздрогнув, Элина посмотрела на Создателя. Тот улыбнулся и пошёл в сторону леса, поманив за собой Эльку. Когда они дошли до озера, Создатель уселся на камень и вздохнул.

— Знаю, тяжело наказывать, — произнёс старик в рваном балахоне. — Но, кому-то необходимо этим заниматься.