Трон змей - Фрост Кей

готова отказаться от своих моральных ценностей, чтобы вернуть себе острова?

Если коротко, то да. Если Рен придется вести себя по-варварски, чтобы получить то, что она хочет, то так тому и быть. В конце концов, Аррик поступил точно так же.

Король помог ей подняться, и они вместе покинули зал совета. Горький привкус тошнотой подкатил к горлу Рен. Она была не лучше своего мужа. Возможно, даже хуже.

Потому что она точно знала свою суть.

Глава двадцать первая. Аррик

Впервые за долгое время Аррик нервничал.

И дело было не в казни, которая должна состояться на следующий день, хотя только этой причины достаточно для нервозности. За годы ему пришлось посетить много экзекуций[9], но эта казнь будет непростой для его жены, а значит, и для него самого. Аррик даже не переживал по поводу тура по королевству, в который Рен должна отправиться через два дня. Даже сейчас ему претила мысль, что придется находиться вдали от нее.

Аррик мерил шагами коридор у входа в королевские покои, чувствуя на себе взгляды стражи. Королям не подобало метаться из стороны в сторону, подобно животному в клетке, но мужчина ничего не мог с собой поделать.

Он собирался тайком вывезти свою жену на романтический ужин только для них двоих.

Впервые за время их отношений он чувствовал, что мог это сделать. Несколько дней назад их отношения изменились к лучшему. На самом деле королю казалось, что каждый новый день был лучше предыдущего.

Аррик знал, что после похищения и встречи совета ему необходимо сделать хоть что-то для своего маленького дракона. Что-то, что поможет Рен избавиться от напряжения в плечах и покажет ей, что замужняя жизнь и правление не всегда связаны с горем и проблемами. Аррик хотел показать своей яростной жене, что он заботится о ней и ее нуждах, слушает и видит ее.

Он выдохнул и заложил руки за спину, чувствуя напряжение в плечах. Ради своего плана большую часть дня он потратил на опасную игру под названием «Замани огромного дракона в тайную пещеру». Аррику оставалось только надеяться, что после всех смертей, которые ему сегодня удалось избежать, Рен примет его неожиданное приглашение вместе провести вечер.

Дверь открылась, и у Аррика пропал дар речи. Пускай Рен была одета достаточно просто, по меркам верлантийской знати, от ее вида у него перехватило дыхание. Она облачилась в высокие ботфорты, штаны и простую льняную рубашку, подчеркивающую каждый изгиб ее тела, которое ему хотелось исследовать руками и губами. На самом деле он с куда большим удовольствием снял бы с нее каждый предмет гардероба…

– И куда именно ты меня везешь? – спросила Рен, обрывая его грешные мысли. Она закрыла дверь и указала на свою одежду: – Этот наряд не подходит для привычных вечеров при твоем дворе, мой король.

Аррику нравилаось, когда она так его называла. Мой король. Словно он принадлежал ей.

– Просто поверь мне. Тебе понравится, – ответил Аррик, когда вспомнил, как пользоваться языком.

– Поверить тебе? – спросила она, и в ее глазах появился дразнящий блеск.

– Да, поверь мне, – рассмеялся Аррик, чувствуя, как узел в его груди одновременно сжимается от предвкушения и расслабляется от радости, что он может вот так смеяться рядом с Рен. Ему нечасто удавалось столь свободно и честно выражать свои эмоции.

– Очень хорошо, – прошептала она, пытаясь понять, что он задумал. – Что ты запланировал?

– Сюрприз. – Аррик протянул жене руку: – Пойдем со мной?

Рен ни мгновения не колебалась. Она взяла его за руку, и мужчина почувствовал себя так, словно выиграл войну. Жена стала мягче к нему относиться.

Дорога через город прошла в тумане из нервов и остроумных пикировок, пока Рен пыталась вытащить из него правду. Раз или два ей это почти удалось, поэтому Аррик испытал невероятное облегчение, когда они достигли порта.

– Ты планируешь меня утопить?

– Не сегодня, дорогая. – Аррик, не скрываясь, улыбнулся, когда Рен задрожала от его прикосновения, пока он помогал ей забраться в маленькую лодочку. Она ощущала столь же сильную связь с ним, как и он с ней. – Это недалеко, и клянусь, оно того стоит.

Рен все еще сомневалась, но тем не менее позволила ему отвязать лодку, взять весла и длинными уверенными гребками вывести их маленькое судно из гавани.

– Никакой стражи?

– Не в этот раз.

– Как волнующе. Я могла бы убить короля, и никто не узнал бы.

– Не убьешь. Я слишком сильно тебе нравлюсь, – возразил Аррик. Он улыбнулся, заметив, как румянец залил ее щеки. Рен могла вести себя дерзко, но была застенчива, когда дело касалось других вещей. Это его очаровывало.

К тому времени, когда они достигли места назначения – скрытой у берега пещеры, о которой знали всего несколько человек, – Рен начала проявлять еще больше любопытства.

– Где мы? – спросила она.

– Терпение, моя любовь.

Аррик привязал лодку и выдохнул, когда Рен выпрыгнула из нее прежде, чем он закрепил веревку. Его жена двигалась так легко, словно весь груз, лежавший на ее плечах, внезапно исчез.

Аррик наблюдал за ней так, словно она была сном, который развеется в любой момент. Он ведь даже не подозревал, какое сокровище нашел на Драконьих островах все те месяцы назад.

Рен вытянула руки вперед:

– А теперь что?

– Это сюрприз, – сказал он, положил руку Рен на поясницу и нежно подтолкнул в нужном направлении.

Его пальцы коснулись ее кожи сквозь тонкий лен, и она вздрогнула, но не от отвращения.

Она оглянулась на него через плечо, и ее бездонные голубые глаза на мгновение задержались на нем, прежде чем свет пламени привлек ее внимание. Рен обернулась к огню, и ее губы приоткрылись, образуя мягкую «О», когда она увидела, что Аррик для нее приготовил.

– Это… ох, вау, – прошептала она. – Когда ты… когда ты успел все это организовать?

– Сегодня после обеда, – признал Аррик, чувствуя себя неловко, пока Рен рассматривала то, что, как он надеялся, могло сойти за декорации к романтическому вечеру. Ему никогда прежде не приходилось ухаживать за женщиной. – Я подумал, что тебе не помешает сбежать от всего, пускай даже только на один вечер.

Факелы освещали маленькую пещеру, устланную пушистыми коврами, расстеленными, чтобы смягчить каменный пол. На коврах стоял столик из красного дерева, на котором были выложены любимые блюда Рен, а также две бутылки персикового вина.

– Тебе нравится?

Она радостно ему улыбнулась, и Аррику показалось, будто его тело объяло пламя.

– Очень.

Его нервозность испарилось, и они просто… стали самими собой. Никаких ожиданий. Никаких семей. Никаких обид.

Они лакомились едой и вином, а прохладный вечерний воздух охлаждал их кожу, когда дневная жара наконец спала. Они говорили, смеялись и подшучивали друг над другом. Аррик наблюдал за женой из-за своего бокала, наслаждаясь ее счастьем и каждой маленькой деталью о ее жизни, которой она делилась.

Рен ненавидела помидоры всем