Тропинки к паучьим гнездам - Артур Х. Рикка

Дальше Жоливе рассказал, что и у Пьера есть возможность поучаствовать в этой борьбе с капиталистической нечистью, и это будет огромной помощью всем пролетариям мира и, в частности, Морису Торезу.

«Оплот империализма, США, не дремлет, и мы должны противостоять этому. Естественно тайно, поскольку и в нашем правительстве есть ставленники американских торгашей!»

Когда пролетарий Пьер Арно еще раз согласно кивнул и заинтересованно прикурил вторую папиросу от первой, Жоливе вдохновленно продолжал.

«Но это опасно, поэтому все должно быть абсолютно секретно и тайно, ведь враги не дремлют! Мы помогаем Франции, хоть она об этом и не догадывается!», — с пафосом продолжал Жоливе. «И, естественно, Советский Союз будет оказывать нам поддержку и помощь в нашей праведной борьбе, в том числе и материальную!»

Зная о возрастающих аппетитах семейства Пьера, Жоливе с интересом наблюдал за реакцией своего собеседника на сказанное. И реакция не заставила себя долго ждать. Арно вскинул голову и тихо произнес:

— Чем я могу помочь мировому пролетариату?

Начало было проложено…

На самом деле Оберон Жоливе слово в слово повторял текст методички по вербовке, которая была выслана ему из парижской резидентуры. Этот текст он выучил наизусть, а методичку сжег в своем камине, по рекомендациям, отпечатанным в конце той же методички.

… Через три месяца Пьер Арно получил из Канады довольно приличное наследство от своего скончавшегося канадского дядюшки. На доставшиеся деньги он купил себе рыболовное судно «Diane» и сделал новую пристройку к дому. Так пролетарий Пьер Арно стал капитаном рыболовецкого траулера.

Аккуратный небольшой траулер «Diane» медленно пришвартовался к пирсу. Большие, изъеденные морской водой покрышки, свисающие с обоих сторон судна, уткнулись в заросшую водорослями и облепленную мидиями бетонную стену пирса, выдавив из себя порцию затхлой морской воды.

Капитан Пьер Арно, расслабленно стоявший на палубе своего судна, осторожно сошел по колышущемуся трапу на причал, вытряхнул из пачки «Голуаз» папиросу, прикурил и, шумно выдохнув из ноздрей терпкий дым, не спеша осмотрелся.

Матросы уже выгрузили пару ящиков с утренним уловом прямо ему под ноги. Он посмотрел вниз и заметил, что из одного ящика медленно выполз маленький осьминог в сторону плещущейся под трапом воды. Ударом носка кованого ботинка он вернул осьминога обратно в ящик, и тот, выпустив слабую чернильную струю, шмякнулся обратно.

Поправив изрядно потрепанную капитанскую фуражку, Пьер Арно еще раз лениво огляделся и медленно побрел, рассекая встречный поток туристов, в сторону ресторана «Ше вьё пешёр». Пропахший морем и рыбными потрохами Арно, в кожаной куртке поверх толстого бордового свитера крупной вязки, представлял собой живописное зрелище для туристов и очень гармонично выглядел на оживленном причале. Он знал это и тщательно исполнял отведенную ему роль.

Пройдя мимо ресторана, он неторопливо направился в сторону крепости Сен-Жан.

Оберон Жоливе видел, как Пьер Арно прошел мимо ресторана. Он знал, куда направляется Пьер, и продолжал сидеть, любуясь панорамой порта. Надо было убедиться, что за капитаном нет слежки.

Пьер Арно будет ждать его у часовни Сен-Жан, но капитан даже не посмотрит в его сторону, пока Жоливе сам не подойдет к нему. Если Оберон пройдет мимо — это будет означать, что за ними следят.

На смотровой площадке крепости был удивительно чистый морской воздух. Сюда, на такую высоту, не добирались миазмы порта, а панорама открывалась великолепная. Множество туристов бродили по живописным тропинкам крепости, любуясь видами, и отдыхали, сидя на скамейках.

Все было «чисто», и Пьер уже стоял у часовни, затягиваясь папиросой. Оберон прогулочным шагом миновал крепостную стену, затем крипту и не спеша направился к невысокой стене романо — готической церкви, где капитан Пьер Арно вместе с многочисленными туристами разглядывал выщербленную кладку с живописно проросшим лишайником между древними камнями.

Жоливе, подойдя к Арно, мимолетно скользнул по нему взглядом и, проталкиваясь через толпу туристов, чуть коснулся руки капитана, оставил у того в ладони записку и прошел дальше к одной из многочисленных смотровых площадок крепости, чтобы полюбоваться очередным восхитительным видом на Старый порт.

Из-за активизации службы контрразведки DST и полиции в прошлом году из парижской резидентуры пришло предупреждение, что опасно продолжать встречаться с агентами на улицах или кафе и ресторанах. Оперативным работникам запрещалось идти на встречу с резидентами даже у зданий, принадлежащих советским организациям. Только после проведения сложных проверок, направленных на выявление наблюдения, допускалось выходить на запланированное место. Оперативный работник передавал материалы агенту в ходе «моментальной встречи», когда они проходили мимо друг друга. Время и место регулярно менялись, и все больше встреч проводилось в церквях, театрах, на выставках и в пригородах.

В записке, переданной Обероном Жоливе, было указано, что в 11 часов утра 25 августа капитан Арно должен забрать на борт своего судна, выходящего из Фрежюса, курортного местечка Франции, семью из трех человек — отца, матери и мальчика (пароль «мы от Бернадетт», ответ «здесь можно порыбачить везде»), и отплыть к острову Форментера, самому тихому из Балеарских островов. То, что параллельным курсом судно Арно будет сопровождать катер из трех вооруженных автоматами наблюдателей, в записке написано не было. Этого Пьеру Арно знать было не положено. С острова семью заберет на борт фрегат гибралтарских контрабандистов под британским флагом и доставит их в Мелилью. С учетом недавно закончившегося в этом городе военного мятежа, семью под надежной правительственной охраной, услуги которой щедро оплачены, и с теми же тремя присоединившимися наблюдателями из катера довезут до Маракеша. Оттуда, с частного аэропорта взлетит французский шестиместный самолет с испанскими регистрационными номерами Лате 28 (Latecoere 28), который доставит семью и троих сопровождающих на советскую венную базу на острове Пинос близ Кубы. При этом, троим вооруженным автоматчикам, сопровождавшим семью, был дан строгий приказ на полное уничтожение всех присутствующих при возникновении внештатных ситуаций на любом отрезке транспортировки.

… расчет на 25 августа 1963 оказался верным, и после девятичасового полета из Маракеша на Кубу самолет Latecoere 28 с бортовым номером F-AJNQ приземлился на бетонированную взлетно-посадочную полосу секретной советской военной базы на острове Пинос.

9

Бирюзовая гладь океана, встречаясь вдали с бесконечной лазурью неба, сливалась в ниточку еле различимого тропического горизонта. Безмятежный шепот океанических волн, нежно ласкающих белоснежный пляж уходящего дугой слепящего мелкого песка, изредка прерывали крики далеких чаек. Чуть поодаль от берега группа кокосовых пальм едва шелестела листвой под порывом случайного бриза, и рядом с водопадом маленькая, с мизинец, птичка колибри, как большой шмель, нависла над соцветием орхидей. Казалось, что сам Бог сотворил эти места по образу и подобию Рая.

Ярко-красный, с синим обводом