Курсант Сенька - Дмитрий Ангор

меня по-настоящему поразил. Признаться, читал местами через силу — показалось скучноватым, но финал! Когда раскрылось, кто убийца, чуть со стула не свалился. Вот уж не ожидал такого поворота. А «Отель Бертрам» той же Кристи тоже неплохо пошел — расширяет кругозор, да и читается легко. А вот Джозефа Конрада в нашей районной библиотеке пришлось долго выпрашивать у Марии Петровны. Зато его «Победа» стоила потраченных усилий! Люблю, когда автор копается в человеческих душах, показывает, как характер борется с обстоятельствами, как дух не ломается под тяжестью судьбы.

Ну и, конечно же, перечитал старых друзей — «Затерянный мир» Конан Дойла, «Вокруг света за восемьдесят дней» Жюля Верна, «Остров сокровищ» Стивенсона. Эти книги всегда читаю запоем, на одном дыхании.

Но венцом всего остается «Война и мир» Льва Толстого. Вот где настоящий русский дух! До сих пор удивляюсь — почему школьники так морщатся от одного упоминания этой книги? Хотя лукавлю — сам в свое время отлынивал от чтения, довольствовался краткими пересказами. Зато когда взрослым взялся — не мог оторваться! Понимание совсем другое приходит, когда жизнь уже потрепала. Помню, как впервые осилил ее всю — такая ностальгия накатила…

Кстати, Алексей Толстой тоже порадовал. Его «Петр Первый» читался легко, хотя история серьезная. Я словно сам в ту бурную эпоху окунулся — чувствуешь запах пороха, слышишь стук топоров на верфях.

Так вот незаметно и пролетели дни. А накануне Нового года родители снарядили меня в город за праздничными покупками. Список внушительный — елочная гирлянда, курага с изюмом, торт, икра, шампанское. А уж если повезет — мандарины, апельсины, бананы… Но на последнее особо не рассчитывал — дефицит страшный. Однако раз взялся — доведу до конца. Сел в автобус и покатил, прекрасно понимая — так близко к празднику достать что-то путное будет ох как непросто. Но попытка — не пытка…

* * *

Приехал я, значит, а тут такая кутерьма творится — народу пруд пруди! Не я один такой умный оказался, что вкусностей к празднику захотелось. И это несмотря на то, что на улице стоял мороз собачий, а снег скрипел под валенками. Люди вокруг почти все в длинных пальто, в шапках-ушанках — снуют туда-сюда — кто с авоськами, кто с сумками-«челноками».

Первым делом я побежал в универмаг за гирляндой. Подхожу, а там — мама родная! Очередь до самого входа тянется… Встал и выждал, а потом меня огорошили знатно.

— Гирлянды у вас есть? — спросил продавщицу в синем халате.

— Были утром, милый, но разобрали как горячие пирожки. Завтра привезут, может быть, — вздохнула она устало.

— Да как же так⁈ Новый год ведь на носу! — выпучил я глаза.

— Раньше думать надо было, — ответила уже строго. — Все умные еще в ноябре покупают!

Делать нечего — побежал в другой магазин. По пути увидел модниц в длинных дубленках, а некоторые в теплых платках стояли. Толпились они у гастронома, болтали между собой, размахивали сумками, переминались с ноги на ногу. Решил тоже в этот заглянуть — авось что найдется.

— А вы за чем? — поинтересовалась любопытная женщина в очереди.

— Да вот, фрукты нужны к празднику.

— Ха! Мандарины вчера были — по рублю двадцать за кило. Апельсины — вообще дефицит. А бананы… их только в Москве видели, — махнула рукой.

Расстроили меня эти слова, но сдаваться не собирался! Пошел дальше по центральной улице, поглядывая по сторонам. Витрины магазинов украшены снежинками из бумаги, висят плакаты «С Новым годом!». Народ одет тепло, но лица у всех красные от мороза, а настроение праздничное.

Добрался так до «Детского мира» — возможно, там гирлянда найдется. Захожу, а там матери с детишками игрушки выбирают. Я же направился сразу к продавщице.

— Здравствуйте, девушка, елочные украшения у вас есть?

— Шары есть по тридцать копеек за штуку, — загнула она палец и задумчиво глаза в сторону скосила, — а вот гирлянды закончились еще неделю назад.

— А может, посоветуете где-то еще поискать?

— Не знаю… попробуйте на рынке — там частники торгуют. Только дорого берут, — предупредила. — По три-четыре рубля за гирлянду.

— Спасибо большое, — кивнул я ей. — С наступающим вас!

— И вас также, — она устало улыбнулась мне в ответ.

Так что потопал я на рынок — и там, надо сказать, была самая что ни на есть атмосфера… Снег под ногами весело хрустел, торговцы в добротных тулупах и в валенках за прилавками стояли, да дыханием руки отогревали. В одном месте даже дымок от самовара кверху поднимался, а ведь город. Пахло жареными семечками и горячим чаем из стаканов в подстаканниках. И подошел я там к одному из торговцев.

— Извините, товарищ, а гирлянды у вас случайно не найдется?

— Найдется-найдется, — махнул рукой мужик в овчинной шапке. — Последние как раз остались — повезло тебе, парень. Четыре рубля будут стоить.

— Да в магазине же полтора просят, — решил я попробовать поторговаться.

— А в магазине они есть? — дядька хитро прищурился. — Нет ведь? Ну вот и весь сказ. Берешь — хорошо. Не берешь — до свидания.

Что поделаешь — пришлось брать. Деньги-то у меня водились. Торопиться еще надо было — продукты покупать. Так что к следующему гастроному подбегаю, а там очередь человек в сорок выстроилась. Встал в самый хвост и стою, слушаю разговоры.

— Слыхали? В третьем магазине икру завезли!

— Какую икру? Красную что ли? — интересуется сосед.

— Да что ты! Черную! По восемь рублей баночка!

— Это ж полдневной зарплаты стоит! Обойдусь и без икры, — хмыкнул мужичок в ушанке.

Простоял я так с час, купил бутылку «Советского» шампанского — обошлась в три рубля двадцать копеек. А продавщица — полная женщина в белом халате — спросила.

— Паспорт при себе? Сколько бутылок брать будете?

— При себе. Одну только.

— Правильно — больше двух в одни руки не отпускаем, — кивнула она. И зачем тогда спрашивала?

Взял шампанское в общем и прямиком в кондитерскую направился. И там очередь… Люди «Наполеоны» да «Птичье молоко» разбирали — все по шесть рублей. Взял «Наполеон» — мать, думаю, обрадуется. После этого же добрался до другого магазина, закупился в нем изюмом с курагой. Изюм рубль сорок за килограмм стоил, курага — два рубля. Продавщица — такая молодая девушка в ситцевой косынке.

— А