Рушара - Марина Казанцева

Стая набирала скорость, и вот из золотых вод Ауруса стали взлетать в туче брызг серебряные тела. Эйчварсы раскидывали мощные крылья-плавники и пролетали над водой с каждым разом всё дальше. Только флай шёл ровным плавным ходом, без прыжков, и две пурпурно-малахитовых волны расходились от его тела, как от океанского линкора.

Орниты долго смотрели с прибрежных скал как растворялась вдали крохотная фигурка, стоящая на спине эйчварса. Никто не понимал, как Орниссе удалось так скоро приручить грозных серебряных молний Рушары. Наверно, произошло это потому, что душевный фон Аманды всегда, несмотря ни на что, пел, как струна. Может быть, она была единственная на всей планете, способная к полёту на эйчварсах. Эх, Рушер, знал бы ты, что создал!

В пути ей встретилась флотилия сибианов. Нет слов, чтобы описать их изумление при виде летящей на серебряной молнии рыжей девчонки. Потому что рыжих на планете никогда не было!

Стая остановила свой полёт, а Флай отделился от всех и осторожно подплыл к флагману. С низких бортов суден на него с нескрываемым ужасом смотрели сибианы. Встреча в открытом океане со стаей морских гигантов могла закончиться трагедией — эйчварсы шутя могли потопить всю флотилию.

— Как проплыть к континенту Урсамме?! — прокричала сверху мокрая пернатая особа.

Рулевой настолько дико был ошеломлён, что машинально ответил, махнув рукой:

— Вон туда!

Это чудо в перьях, оседлавшее эйчварса, без слов уплыло прочь на своём чудовищном морском жеребце. Эйчварс вернулся к стае и они полетели дальше, оставив сибианов переживать о встрече.

Глава 9. Опасности подпространства

— Красноволосая орнитка на эйчварсе? — растерянно переспросил капитан Станнар офицера, который до этого отрицал синих сибиан без всяких эйчварсов.

Он вышел на палубу вместе с гостями, но стая серебряных океанских молний уже унеслась довольно далеко, и только мерцающие фонтаны воды выдавали их след.

— Она спросила как проплыть на Урсамму. — пояснил обескураженный офицер.

Гости расхохотались.

— Спорю, что Аманда! — предположила Наяна.

— Что же тут смешного? — не понял офицер. — На эйчварсах не плавают. Я подумал, что нам всем погибель, когда увидел, что он правит к нам.

— Никто тут не шутит. — проговорил Аргентор. — Мы верим тебе. Только я думаю, неспроста всё это. Аманда не станет на сторону Рушера — не тот человек. И зря кататься по океану на эйчварсах не будет. Если она плывёт на Урсамму, значит, так надо. Вы все разобщены, вы даже не могли поверить, что Синнита — сибиан, потому что не верите пророкам. А оба пророка монков — сибианы.

Монка Себбира кивнула головой. Она освоилась на флотилии, успокоенная особым вниманием к своей маленькой персоне. Кроме того, ей очень нравилась Наяна. Никто ещё не обращался с Себбирой так почтительно, и оттого она не стремилась вернуться обратно, в свою деревню в долине Чинночи.

Аргентор продолжал при полном молчании, ибо кто же спорит с Героем, прошедшим испытание, ради которого погиб Синнита Белый, Великий Сибиан и Великий Монк.

— Пришло время Героев, сказал пророк. Время пере6мен. Синнита послал к вам монка, чтобы вы нашли Силу своему герою. Он не оставил сибиан заботами, хотя и был изгнан ими в своё время. Всё это говорится для того, чтобы вы поняли, как губительна разобщённость. Может быть, прибыв на материк Урсамма, Аманда будет изгнана точно так же, как синий сибиан. Стало быть, тебе, Себбира, собираться в дорогу. Встретьте Аманду и помогите ей.

Не успел он закончить речь, как Себбира мгновенно испарилась, даже не попрощавшись. Свойство проникновения делало монков поразительно некоммуникабельными.

Эйчварсы кормились в океане и отдыхали, а голодная и постоянно мокрая Аманда спала на спине Флая. Она уже неделю в пути, почти всё время на ногах. Такое путешествие вымотает кого угодно. Ей сказали, что про Синниту знает вся Рушара, и она надеялась, что отыщет его быстро. Только Аманда могла отправиться через океан верхом на рыбе, в одиночку, чтобы что-то спросить на континенте, где никого не знала и где никогда не была.

Между тем её уже ждали там — вдоль побережья Ауруса мелькали монки, не зная, кого встречают. И вот однажды раздался крик:

— Я вижу их! Они направляются прямо к подводным скалам! Там опасно!

Все засуетились. Никто не догадался зажечь костёр. Да, впрочем, едва ли эйчварсы поймут, что это такое.

Серебряные молнии стремительно приближались из океана — они точно шли на скалы. Обычно эти гигантские животные не приближаются к берегам, за исключением молодняка. Взрослые эйчварсы слишком велики и предпочитают держаться только на глубине. Теперь же, увлечённые необычной задачей, они потеряли осторожность.

Себбира вдруг решилась на рисковую затею. Ни один монк не стал бы проникать на эйчварса, потому что среди них нет отважных. А Себбира решилась, потому что лучше многих понимала, что лучше спастись, чем погибнуть. Вот почему Аманда несказанно изумилась, увидев на спине Флая возникшего непонятно откуда пассажира. Орниты не догадались сообщить ей о свойстве монков — проникновении через подпространство.

— Нельзя! — крикнул маленький чёрный гиббон. — Там скалы!

Он махнул рукой в сторону берега, и от этого движения потерял равновесие, и без того неустойчивое. Ноги маленького гостя поехали по гладкому мокрому боку Флая. Он шлёпнулся на спину и соскользнул прямо в бурлящую золотую волну.

«Мне конец.» — подумала себбира, погружаясь в воду, потому что уйти в подпространство из воды невозможно. Плавать же никто из монков не умел. Она раскрыла в воде глаза и с ужасом увидела как к ней приближается длинное тело. Себбира приготовилась умереть, потому что это был молодой эйчварс. Но вместо того, чтобы проглотить её одним глотком, рыба скользнула под неё. Девочка машинально вцепилась в высокий спинной плавник молнии, и они вместе всплыли на поверхность.

На берегу раздался громкий крик — вопили монки. Они видели чудесное спасение Себбиры.

«Похоже, время сказок и чудес ещё не кончилось.» — подумал Заннат, глядя с возвышенности на всадников, плывущих на эйчварсах.

Гиганты остановились далеко от берега, а Малыш гордо понёс своего маленького пассажира к береговой линии. Он легко лавировал среди прибрежных скал. Но испугался мелких вод и остановился. Дрожащая монка вцепилась в его плавник и никак не могла решиться ступить в воду — её храбрость испарилась.

Ньоро бежал с горы, боясь. Что может не успеть. Толпа расступилась, и он с разбегу бросился в воду, а далее пустился вплавь. Заннат даже не подумал, что встреча с детёнышем эйчварса может окончиться печально — ударом хвоста Малыш мог бы перебить ему позвоночник. А захотел бы — вообще бы утопил. Но в тот день чудеса ещё не кончились — серебряная рыба вела себя примерно и позволила снять со своей спины насмерть перепуганную Себбиру. Монка ослабела и даже не сопротивлялась, поэтому Заннату удалось легко переправить её на берег.