Люблю и ненавижу - Виктория Лайт

Карен прижала руки ко рту.

– Тебе не кажется, что пришла пора задать несколько вопросов великолепному доктору Салливану?

Когда они добрались до Хантервиля, уже совсем стемнело.

– Ты знаешь, где он живет? – спросил Джеймс.

– Нет. Но мы можем выяснить это в больнице. И возможно, что он сейчас дежурит…

– Или вообще уволился, – закончил за нее Джеймс.

– Вряд ли, – усмехнулась Карен. – Зачем подавать лишний повод для сплетен? На него и так многие косо смотрели из-за той истории.

– Почему? – Джеймс покосился на девушку. – Кто-то догадывался?

– Не думаю, но ведь мы дежурили вдвоем… и у некоторых могли возникнуть подозрения…

Карен вспомнила Юджина Фауста. Вот он точно никогда бы не стал вести себя с ней по-доброму, если бы думал, что она преступница.

Джеймс расценил ее молчание по-другому.

– Ты все еще любишь его? – спросил он сдавленным голосом.

– Как ты можешь спрашивать…

Джеймс почувствовал, что Карен обиделась.

– Извини. – Он накрыл ее руку своей. – Я не соображаю, что говорю.

– Давай уедем отсюда, – жалобно протянула Карен. – Чего мы добиваемся? Лану уже не вернуть, а кто виноват в ее смерти, нам и так известно…

– Неужели ты не понимаешь? – Джеймс с огромным трудом сохранял спокойствие. – Представь себе следующее. Лана обращается к нему с просьбой помочь ей. Когда-то Салливан сделал незаконный аборт. Ты знаешь, чем это чревато для врача в нашем штате. И он тоже об этом знает. Он помогает Лане, нагло лжет мне и прячет ее в больнице. А потом избавляется от всех лишних свидетелей и вводит ей смертельную дозу успокоительного. Раз он лечил ее когда-то, он не мог не знать, что у нее аллергия!

Только когда Карен вздрогнула, Джеймс понял, что кричит.

– Я не верю в это, – твердо сказала она. – Он кто угодно, но не хладнокровный убийца.

– А вот это я и хотел бы выяснить, – усмехнулся Джеймс. – Ты со мной?

Они уже почти подъехали к госпиталю. Карен посмотрела на знакомые улицы и дома, различила даже несколько машин скорой помощи во дворе, подумала о том, как ее встретят сейчас в больнице…

– Я всегда с тобой, – ответила она негромко и вложила свою маленькую ручку в руку Джеймса.

18

Им повезло дважды. Во-первых, в регистратуре сидела новенькая девушка, которая не знала Карен, и им удалось избежать ненужных любопытных взглядов. А во-вторых, Эдуард Салливан в этот день дежурил.

Когда Джеймс просил девушку вызвать доктора Салливана, Карен отвернулась. Слишком уж восторженно блестели глаза медсестры при упоминании имени Эда. Он по-прежнему неотразим для младшего медперсонала. Впрочем, как и для старшего…

– Карен, что вы тут делаете?

Карен подняла голову и с неудовольствием увидела, что через весь холл к ней спешит Юджин Фауст. Глупо было рассчитывать на то, что она не встретит здесь ни одного знакомого лица.

– Добрый вечер, Юджин, – улыбнулась она и протянула ему обе руки.

Фауст с жадностью разглядывал Карен. Какая разительная перемена произошла с ней! Глаза ярко блестят, плечи гордо развернуты. И пусть губы сердито сжаты, но совсем не печаль, а какая-та неясная ему решимость повинна в этом. Юджин вспомнил их последнюю встречу, которая произошла незадолго до того, как Карен покинула Хантервиль. По городу уже поползли противные слухи, шепоток грязной сплетни сопровождал девушку повсюду. И она все ниже сгибалась под непосильной ношей.

А сейчас совсем другое дело. И не скрывается ли причина в этом темноволосом мужчине рядом с ней?

Услышав приветствие Карен, Джеймс повернул голову. Он увидел немолодого сухощавого мужчину с лицом аскета. В его глазах, устремленных на Карен, светилась нежность, и Джеймс ощутил легкий укол ревности.

Нет, далеко не все были готовы травить ее в этой больнице, подумал он.

– Вы прекрасно выглядите, Карен, – сказал Фауст, сжимая руки девушки.

Нахмуренный взгляд ее спутника говорил о многом. В первую очередь о том, что ему не стоит проявлять особенную нежность.

– Это доктор Фауст, Джеймс, – улыбнулась Карен. – Один из немногих моих друзей в Хантервиле…

– Джеймс Дилан.

– Юджин Фауст.

Мужчины пожали друг другу руки. Джеймс Дилан. Это имя показалось Фаусту знакомым, равно как и лицо мужчины. Что-то очень неприятное было связано с ним…

– Мы хотели побеседовать с доктором Салливаном, – суховато произнес Джеймс, вспомнивший, что однажды уже встречался с этим Юджином Фаустом.

Словно молнией промелькнуло в голове Фауста озарение. Муж той самой женщины, которая погибла из-за небрежности Карен! Что же они делают здесь вместе? Неужели их появление имеет какое-то отношение к тому делу?

– Я могу позвать его, – предложил он, подчиняясь внезапному порыву. – В это время его очень трудно поймать по телефону.

– Спасибо, Юджин, – мягко сказала Карен.

Она вся словно светилась изнутри, и Фауст не мог не чувствовать, что между ею и Диланом существует какая-то особенная связь.

Я очень рад за нее, подумал он не к месту. Очень рад.

Карен и Джеймс отошли в сторону и присели на диванчик. Джеймс оглядывался вокруг, смутно припоминая и тусклые стены, и плюшевую обивку и незамысловатые плакаты. Вдруг Карен стиснула его руку.

– Я не знаю, что мы ему скажем.

Ее била мелкая дрожь. Джеймс обнял ее за плечи.

– Думаю, нам не придется ничего говорить. Он все поймет сам, когда увидит нас, – хмуро проговорил он.

– Давай уйдем, – попросила она.

– Нет, – отрезал Джеймс. – Этот мерзавец намеренно исковеркал тебе жизнь, и я не успокоюсь, пока не выясню все до конца.

Карен обхватила плечи руками.

– Я не верю в то, что он сделал это специально, – тихо бормотала она, раскачиваясь взад-вперед.

Джеймс присел перед ней на корточки.

– Я знаю, я кажусь тебе сейчас очень жестоким. Но мы должны покончить с этим делом, иначе оно всю жизнь будет висеть над нами. А я хочу жить с тобой долго и счастливо. Понимаешь?

Карен кивнула и улыбнулась. В ее глазах проглянула вновь та счастливая безмятежность, которая так поразила Юджина Фауста. Несмотря ни на что, Карен чувствовала, что жизнь наконец перестала быть для нее жестокой мачехой.

Вдруг тело Карен напряглось под руками Джеймса. Он сразу понял, что это означает. А вот и наш славный доктор Салливан…

Джеймс медленно поднялся. Через весь холл к ним навстречу шел Эдуард Салливан, и широкая улыбка постепенно покидала его лицо. Юджин Фауст явно не предупредил его о том, кто поджидает его внизу. Джеймс встал так, чтобы загородить собой Карен. Пусть красавчик получит горькую пилюлю по частям. Но и без Карен было очевидно, что Эдуард Салливан не обрадовался его визиту.