Тринадцатый V - Виктор Молотов

прекрасно его понимал. Он ранен, терпит невыносимую боль, а преподы не могут банально купол отключить, чтобы целитель прошёл!

— Купол неисправен. Мы уже разбираемся. Нужно немного подождать, — объяснил мастер.

— Что? Разве вы не сами подготавливали всё к отборочным? — воскликнул я.

— Да что за халатное отношение к нашим детям⁈ — закричала женщина с трибун, видимо, это была мать Ильи.

— Алексей, Илья, мы сейчас разберёмся. Нужно немного подождать, — повторил мастер.

— Так разбирайтесь скорее, пока я не сдох! — выпалил Кутузов.

Мастер отошёл обратно к спорящим преподавателям, а купол уже окружила служба безопасности училища. Знакомые ребята, мне уже не раз довелось с ними сталкиваться. Они тоже начали спорить на повышенных тонах.

— Капец, лучше бы я вырубился, — простонал Илья, присаживаясь на пол.

— Отвлекись от боли. Лучше подумай, кто хотел, чтобы мы убили друг друга, — сказал я.

— Да кто угодно. Хоть вон тот хрен из Москвы. Он мне сразу не понравился.

Илья говорил эмоционально. Оно и понятно, тут любой начнёт кричать матом, когда из глаз сочится кровь. И жаль, что я не был целителем, чтобы ему помочь.

Но мог помочь снять купол.

Поэтому подошёл к краю ринга. Туда, где крутилось меньше всего людей. Выставил вперёд руки и коснулся пальцами купола. Магия ощутилась на коже, как крошечные электрические разряды. Она щекотала ладони. Но при этом сам купол был жёстким, как пуленепробиваемое стекло. Я мог бы бросить в него самое убойное из своих заклинаний, но не стал… Если купол неисправен, но не факт, что от такого мы не зажаримся внутри него.

Я прикрыл глаза, чтобы прислушаться к ощущениям. Вокруг было разлито тепло… Магия впитывалась в купол, а из него уходила в артефакты-преобразователи. На первый взгляд всё нормально. Но тогда, почему купол не убирается?

Ответа на этот вопрос не знал ни я, ни все те, кто суетились снаружи.

Внезапно я понял, что ощущаю купол полностью. Словно вся его магия — часть меня самого, часть моего же источника. А себя я уже достаточно умел контролировать, поэтому решил попробовать.

Коснулся тепла, горящего в груди, и стал наполнять той энергией, из которой и состоял купол. Медленно, неспеша. Я ровно дышал и за закрытыми глазами не замечал, как сияет купол. Как за мной наблюдают люди. Какой шок написан на лицах преподавателей магии.

Понял это лишь когда открыл глаза. И поймал на себе удивлённые взгляды. Один только целитель быстро спохватился и побежал к Илье, чтобы оказать ему необходимую помощь. С его-то навыками зрение быстро восстановят. Уже завтра Кутузов будет видеть лучше, чем я.

— Алексей, — осторожно позвал меня Пётр Александрович.

— Да, как видите, купол получилось убрать, — ответил я так, словно не сделал ничего необычного и спустился с ринга.

Ни к чему обстановку накалять.

— Алексей, вы понимаете, что двадцать опытных магов этот купол убрать не смогли, — тихо сообщил мастер.

— Да. Но не мог же я оставить Илюху в таком состоянии и тупо ждать.

— Ваше благородство похвально, молодой человек, — из-за спины мастера раздался тяжёлый голос.

К нам подошёл мужчина в строгом синем костюме. На вид ему было лет пятьдесят. А лицо суровое, прямо как у отца Ильи.

— Меня зовут Браславский Олег Викторович. Приехал к вам, чтобы проследить за ходом отборочных соревнований. И вы смогли меня впечатлить, Алексей Дмитриевич. Впервые со мной такое за последние годы.

Он знал моё имя. Значит, либо заранее наводил справки об участниках, либо спросил сейчас у кого-то из учителей.

— Алексей один из самых способных кадетов нашем училище. Именно он смог приручить регата, — прокомментировал генерал, идущий следом за Олегом Викторовичем.

— У молодого человека явно выдающиеся способности, — кивнул Олег Викторович. — Алексей, а почему вы не поступили сразу в имперское училище?

— Мне и тут хорошо, — пожал я плечами.

Хотя на самом деле я бы в любом случае выбрал более спокойное место. В главном Московском училище, где учатся дети самых влиятельных людей империи, то ещё змеиное гнездо. А мне и без этого хватает геморроя.

— Вы обучаете Алексея? — Олег Викторович обратился к Петру Александровичу.

— Да, — кивнул мастер. — Обычно практика начинается со второго полугодия, но мы с Алексеем начали раньше.

— Не зря начали, — представитель из Москвы улыбнулся, и было в этой улыбке что-то зловещее. — Такой потенциал нельзя упускать из внимания.

Олег Викторович пытался смотреть мне в лицо. Но на шее висел заветный маскирующий амулет, поэтому он невольно отводил взгляд.

— Что ж, думаю, Алексей Алмазов будет достойным представителем от нашего училища на имперских соревнованиях. Как и четверо его друзей, которые тоже прошли в финал, — подытожил генерал.

— Согласен с вами. Однако в этом году намечается нововведение.

— Это какое? — хмыкнул генерал.

Он не пытался говорить с этим человеком услужливо. Для его статуса это ни к чему.

— Император подготовил для видящих особую программу. Хочет создать личный отряд, и его членов выберет из лучших кадетов империи. Поэтому всем, прошедшим в финальный этап будет предложена дополнительная подготовка.

— Можно поточнее? — попросил я.

— Конечно, Алексей. Как закончится полугодие, вы и ещё четверо лучших кадетов училища отправятся в специальную базу на Байкале. Там вы две недели будете проходить особую подготовку с лучшими мастерами и архимагами империи. Там соберутся все финалисты нашего государства. Это делается для того, чтобы уравнять ваши шансы на соревнованиях. Поскольку обычно побеждает тот, у кого преподаватель лучше. Теперь лучшие учителя будут для всех и можно будет оценить потенциал участников в равных условиях.

— А я могу отказаться? — сразу спросил я, поскольку этот зимний лагерь никак не вписывался в мои планы.

— Можете, но тогда вам не светит место подле императора.