Время ужаса - Джонн Гвинн

'Ну, что вы двое делаете, стоите тут?' Кол сказал им с легкой улыбкой, глядя на солнце, которое не так давно покинуло высокие стены Драссила. Вы ведь должны быть на уроках, не так ли?

Бледа и Джин ворвались в учебную комнату — каменное помещение с высокими сводами и широкими окнами, одна длинная стена которого была заставлена полками, до отказа забитыми свитками и пергаментами. Эта комната была знакома Бледе лучше, чем любая другая часть крепости, потому что он провел в ней большую часть своей жизни, изучая буквы, историю, теорию оружия и войны, трав и лечения, пути земли и неба. И, конечно, учения Элиона, как жить жизнью веры, силы и чистоты. Жертвенности, чести и долга.

Хотя, на мой взгляд, это больше похоже на Бен-Элима, чем на Элиона.

Было справедливо сказать, что Бен-Элим принесли с собой нечто большее, чем просто правила и железную ногу на шее тех, кто жил и дышал в Изгнанных Землях. Хотя никакая торговля, к которой тебя принуждают, не является честной.

Где Джибрил?" — спросил Бледа, остановившись.

Перед одним из длинных окон стоял великан. Он склонился над столом, опираясь на него руками, как на два узловатых ствола. Это был великан, которого Бледа знал хорошо, или даже лучше, чем большинство в Драссиле, потому что именно этот великан вырвал его из хватки Исрафила в тот день в Арконе, когда он был похищен у своего народа. Он проехал с этим великаном на спине медведя весь долгий путь от Арконы до Драссила, и для великана он был более разговорчив, чем большинство других.

Алкион, где Джибрил?" — снова спросил Бледа.

Джибрил был их наставником, темноволосым Бен-Элимом, который преподавал им историю с тех пор, как они прибыли в Драссил, около пяти лет назад. Разные Бен-Элимы преподавали разные предметы. Бледа подозревал, что это не потому, что они специализировались на разных предметах, что некоторые из них знали больше или меньше по определенным предметам. Бледа считал, что все Бен-Элимы были одинаково сведущи, но у них были свои симпатии и антипатии, предметы, которые приносили им удовольствие, и предметы, которые они презирали.

Джибрил сопровождает твоих родственников по восточной дороге, — сказал Алкион. Исрафил попросил меня дать тебе сегодня урок".

" Тебя? спросила Джин, оглядывая Алкиона с ног до головы.

Как и любой другой великан, он был ростом в полтора человеческих роста, с толстыми мышцами, его лицо представляло собой плиту лба и угловатых линий, длинные усы свисали и были переплетены кожей. Татуировка в виде лозы и шипов тянулась по одной руке и частично по другой. По сравнению с другими гигантами его отличали волосы и оружие. Его волосы были сбриты налысо, кроме толстой черной полосы через центр черепа, заплетенной в воинскую косу. Он владел двумя топорами, однолезвийными, а не двулезвийными, как большинство великанов. Обычно он носил их на спине, но сейчас они были прислонены к стене, длинные, с крючковатыми лезвиями, покрытыми бородками.

Да, я. Я не Бен-Элим, но у меня есть немного знаний в этой моей голове". Он потрогал свой висок толстым пальцем.

Джин выглядела так, словно не совсем верила ему.

'На что ты смотришь?' спросил Бледа, придвинувшись к столу. На столе лежал огромный пергамент, на котором чернела карта. Бледа нахмурился, глядя на нее: сначала она выглядела как карта Изгнанных земель, но там, где сейчас находилась Земля Верных, она была разделена на разные царства. Бледа улыбнулся, увидев Аркону, широкое пространство к востоку от темного пятна, которым был лес Форн.

'Исильтир, Карнутан, Гельвет, Тенебраль', - прочитал Бледа. Что это за места?" — спросил он.

'Это Изгнанные Земли до Дня Гнева, — сказал Алкион. Тогда было много царств".

'Куда они делись?' спросил Бледа.

'Они были приняты в Протекторат Бен-Элима, стали частью Земли Верных, — сказал Алкион.

Так вот что случится с Арконой? подумал Бледа, и его пронзила дрожь страха: " Аркона будет поглощена Протекторатом, как будто ее никогда не существовало".

Садись, — сказал Алкион, махнул рукой и свернул карту.

Здесь были стол и скамья для письма, со связками пергамента, перьями, горшками с чернилами, промокашками, запасом соли и порошка из молотой каракатицы. Если писать не требовалось, то были другие стулья, которые они обычно занимали — более удобные, обитые кожей и мехом — обычно их использовали, когда преподавался предмет, требующий более глубокого мышления.

Бледа, взглянув на огромные руки Алкиона, решил, что он не будет обучать искусству письма, и села в более удобное кресло из кожи, задрапированное мехом. Джин последовала его примеру, хотя и перетащила свое кресло так, что оказалась гораздо ближе к Бледе.

'Чему же ты нас учишь, с таким-то знающим мозгом?' спросила Джин у Алкиона, не скрывая сарказма, который, как был уверен Бледа, таился за ее темными глазами. Она смахнула с лица прядь своих иссиня-черных волос, ее взгляд метнулся к Бледе, и намек на улыбку дрогнул на ее губах.

Алкион обошел стол и сел на скамью, дерево скрипнуло. Он улыбнулся и широко раскинул руки.

'Чему бы вы хотели, чтобы я вас научил?'

'Джибрил никогда не дает нам выбора!' сказала Джин, удивляясь.

Бледа бросил на нее мрачный взгляд.

'Военным стратегиям', - поспешно сказал Бледа, решив воспользоваться этим промахом в дисциплине Бен-Элима.

Алкион нахмурился, его массивные брови громоздились, как грозовая туча.

И как же Джибрил учит этому?" — хмыкнул он.

Битвы описываются, вовлеченные силы, противоборствующие стороны. Численность, стили боя, сильные и слабые стороны. Стратегии и тактики", — сказал Бледа, взмахнув рукой. Джин посмотрела на него, широкая улыбка быстро сгладилась.

А, понятно, — сказал Алкион, задумчиво глядя на них обоих. Бледа подумал, что тот разгадал его план, но затем Алкион кивнул. 'Хорошо. Битва при Драссиле. День середины зимы, первый год Лора".

'Мы слышали это столько раз', - сказал Бледа. Это была правда, слышали. Все о триумфальном вступлении Бен-Элима в Изгнанные Земли, о спасении осажденных сил человечества от подавляющего числа Кадошим и их ужасных союзников. Джин сделал скучающее лицо.

'Какая битва?' сказал Алкион.

'Назови несколько', - пожав плечами, сказал Бледа.

Битва при Дан Багуле: она произошла через двадцать лет после Драссила". Он посмотрел на них обоих.

'Может, мы послушаем несколько других, а потом выберем?' ласково спросила Джин.

Алкион пожал плечами, отчего его скамья снова заскрипела. Битва при Халдисе, за несколько лет до Драссила. Перевал Домейн. Холд Грамма, Таур…

'А как насчет битвы при Варан Фоллс', - сказал Бледа.

Алкион нахмурился. 'Откуда ты узнал об