Отменённые историей - Леонид Ефимович Шепелев

это было утверждено 13 апреля 1858 г., затем изменено в 1899 г. и вновь утверждено (в новой редакции) 20 августа 1908 г.{162} Эти три редакции существенно отличаются друг от друга, но все они в некоторых частях не вполне ясны для современного нам читателя.

Выходом называлось торжественное шествие членов императорской фамилии из внутренних апартаментов в дворцовую церковь или — реже — в тронный зал (и обратно). Выходы разделялись на большие и малые. Первые назначались по случаю «больших церковных праздников и в торжественные дни», когда процессия направлялась в собор Зимнего дворца. Вторые — в те же дни (по особому назначению), а также в обыкновенные праздники и воскресные дни; тогда процессия направлялась в Малую церковь этого дворца. Во время пребывания царской семьи в других дворцах большие и малые выходы следовали в церкви этих дворцов. В Зимнем дворце перед началом шествия члены императорской фамилии собирались в Малахитовом зале.[21] Затем по старшинству (в соответствии с правом на престолонаследие) следовали в церковь. Во время больших выходов в Зимнем дворце процессия направлялась через парадные залы: Концертный,

Николаевский, Аванзал, Фельдмаршальский, Петровский, Гербовый, Пикетный. Помимо императорской фамилии, в этих выходах принимали участие придворные чины, кавалеры и дамы. Придворные чины и кавалеры пользовались привилегией открывать это шествие, а придворные дамы замыкали его. При малых выходах в шествии принимали участие лишь члены императорской фамилии.

Кроме непосредственно участвующих в шествиях, на выходы приглашался точно установленный круг лиц. На малых выходах присутствовали придворные дамы (из числа фрейлин — лишь свитные фрейлины императриц и великих княгинь), первые чины двора, генералы и офицеры Свиты, а из вторых чинов двора лишь некоторые (среди них обер-церемониймейстер и гофмаршал). До 1908 г. приглашались также члены Государственного совета, министры и находившиеся в Петербурге генерал-губернаторы и командующие военными округами. Круг приглашаемых на большие выходы был значительно шире. В залах по пути шествия собирались по повесткам в строгом соответствии с рангами лица, имевшие высшие гражданские звания, генералы и офицеры Свиты, гвардии, армии и «флота (офицеры частей, находившихся в Петербурге, приглашались пе сразу все, а в порядке постепенности), а также гражданские сановники первых четырех классов (до 1908 г. также и V кл.). Их жены и дочери могли присутствовать па выходе, только если были представлены императрицам. Иногда на выходы приглашались городские головы и купцы 1 гильдии. В особо торжественных случаях на выходах присутствовали высшее духовенство и дипломатический корпус. На выходы (как и на другие церемонии и балы при дворе)’ выделялся также необходимый комплект камер-пажей и пажей.

Во время больших выходов подле зала, ближайшего к внутренним апартаментам, выстраивался пикет от Кавалергардского полка. Находиться в этом зале «за кавалергардами» (т. е. ближе к императорской фамилии) до начала шествия и при его возвращении считалось важной привилегией, которой пользовались, помимо участвующих в шествии придворных дам, чинов двора и придворных кавалеров, статс-секретари его величества и кавалеры двух высших орденов — Андрея Первозванного и Георгия 1 и 2 степеней, а до 1908 г. также и члены Государственного совета, сенаторы и почетные опекуны. Ко времени возвращения шествия в зале «за кавалергардами» выстраивались все названные лица (кроме участвующих в шествии), а также офицеры Кавалергардского полка. В некоторых случаях «их величества» останавливались в этом зале для беседы с присутствующими. Обычно об этом делалось известно заранее. Тогда в этот зал собирались, кроме указанных выше лиц, военная свита, генерал-губернаторы и военные губернаторы, генералы и гражданские чиновники I и II класса, а после 1908 г. также члены Государственного совета, сенаторы, почетные опекуны, министры, главноуправляющие, председатель Государственной думы и государственный секретарь. Таким образом, для чинов ниже II кл. получение званий статс-секретаря, члена Государственного совета и сенатора означало, так сказать, досрочное получение права на вход «за кавалергардов».

Помимо парадных выходов, существовали и парадные выезды: 6 августа в день преображения господня — в Преображенский собор; 30 августа в день праздника ордена Александра Невского — в Александро-Невскую лавру, и др.; для встречи невест высочайших особ; на освящение храмов, на смотры войск и военные праздники в столице.{163}

Присутствие на выходах (особенно многократное) было малоинтересно и изнурительно. Поэтому имели место многие случаи, когда обязанные быть на них уклонялись от этого. В частности, в 1834 г. Николай I должен был сделать замечание по поводу того, что некоторые камергеры и камер-юнкеры не явились 14 апреля на выход в связи с всенощным бдением. Нередкими были и случаи нарушения этикета присутствующими на выходах, разговоры и шум, даже в церкви.{164}

На большие балы в Николаевском зале Зимнего дворца приглашалось по две тысячи человек. Во второй половине XIX в. именные пригласительные билеты обычно не рассылались, а состав приглашенных определялся чинами.{165}Помимо придворных чинов, кавалеров и дам, присутствовал широкий круг генералов и офицеров (VII класса и ниже — по особым спискам), гражданских чинов I–III классов (в некоторых случаях и IV), георгиевские кавалеры, начальники губерний, предводители дворянства и председатели земских управ (находившиеся в Петербурге), а также супруги и дочери тех из этих лиц, которые имели чин IV кл. и выше, супруги полковников и бывшие фрейлины (с мужьями).

Непременным условием приглашения «на балы и другие собрания» при дворе было для мужчин — обладание формальным правом быть представленным императору, а для дам — предварительное фактическое представление императрицам. Право официального представления «их величествам» в первую очередь давалось придворным чинам, кавалерам и дамам, а затем военным и гражданским чинам первых четырех классов, полковникам гвардии, занимающим должности IV класса, и некоторым другим категориям лиц (после 1908 г. также членам Государственной думы и Государственного совета по выборам). Из дам этим правом пользовались супруги и дочери всех придворных чинов и кавалеров, бывшие фрейлины, супруги, вдовы и дочери «особ первых четырех классов», супруги флигель-адъютантов и некоторых полковников и капитанов 1 ранга. Для военных и гражданских чинов высших классов было принято представляться императору по случаю назначения на должность, награждения, отъезда и по другим поводам.

Лишь названные выше категории лиц, пользовавшиеся общим наименованием «имеющих право приезда ко двору» или «имеющих право быть представленными ко двору», могли приглашаться на все прочие «балы и другие собрания» при дворе. Даже представление императорской чете частным образом (в обход официального порядка) не давало права на такие приглашения.

Содержание императорского двора стоило громадных средств — в начале XX в. с этой целью ежегодно ассигновывалось по государственному бюджету 16 млн руб. Огромное число людей было привлечено к обслуживанию двора. Только в Зимнем дворце в середине XIX в. проживало