Искатель. 2011. Выпуск №11 - Наталья Смехачева

— Продолжаем. Причем наркотой не плохой, ибо брали ее хорошо. Каналы поставки мы сейчас разрабатываем, а местных распространителей нам генеральный директор "Двух китов" уже назвал. И как вы могли работать без серьезной "крыши", никак не пойму, кому вы отстегивали часть заработанных средств, следствие еще толком не установило.

Ладно, идем дальше. В один из дней к вам, господин Васильев, пришли те трое, которых мы вчера задержали. Попросили поделиться с ними. Но ни генеральный директор, ни финансовый этого не захотели. Тогда "слабым звеном" оказался обычный менеджер Мязин, который получал для обычного менеджера не совсем характерную зарплату. А дальше все ясно: Васильева похитили и попросили генерального директора Глеба Егоровича Синичкина "выкупить" своего товарища. Он обещал, что все сделает.

— Поэтому-то он и молчал, когда я его спрашивал о Васильеве, — произнес я.

— И не только поэтому. Деньги со счетов фирмы "Два кита" должны были поступить на счет, который им дали те, кого мы вчера задержали. И как только они поступили бы, вас, господин Васильев, уже не было бы на этой грешной планете. О чем вы думали? Надеялись, что вас после этого отпустят?

— Господи, как я устал, — сказал Васильев. — Ничего я не думал. Я устал от этой жизни, от всего, ну, убили бы меня, велика потеря, — он смотрел куда-то вдаль.

— Велика, особенно для вашей жены. Если бы не она, неизвестно, как бы все сложилось. А за наркотики придется вам и вашему генеральному немножко посидеть в "местах не столь отдаленных". А может быть, и не немножко, это уже будет решать суд.

Я посмотрел на Ивана и не удержался от тривиального вопроса:

— А какого же… если вы все это знали и ничего не делали? Ждали, пока я влезу в это дело?

— Я — это последняя буква в алфавите. Ты все испортил. Мы были уже близки к завершению операции, и тут ты свалился как снег на голову. И ваша жена, — он посмотрел на Васильева, — тоже нам все испортила. Потому что любит вас. Даже несмотря на то, что у нее масса поклонников и вы уделяете ей очень мало внимания. Вы-то ее любите?

Васильев молчал.

— Не хотите говорить, не надо. — Загнойко нажал кнопку снизу стола, и в кабинет вошли конвоиры. — Простите, Михаил Петрович, но с женой вы теперь увидитесь только в следственном изоляторе. Мне очень жаль, но статью за незаконный оборот наркотиков никто не отменял. А вы с этого, насколько мне известно, вместе с вашим генеральным имели очень даже неплохой куш. Уведите…

Когда Васильева увели, Загнойко посмотрел на меня.

— Ну, доволен, Джеймс Бонд хренов? — сказал он. — Что ты теперь его жене скажешь?

— Главное, что он жив. Понимаешь, она верила, что он жив, и оказалась права. Вот так. Но как вы все это?..

— Очень просто. Работаем. Обо всех тонкостях и нюансах я тебе не расскажу, скажу лишь, что мы действительно не знали, где содержат Васильева. Бандиты вели себя осторожно, и мы никак не могли выйти на их логово. Ладно, оставим эту тему. Марию скоро выпишут?

— Завтра должны.

— Привет ей передай. И больше в такие дела не лезь. У тебя кишка тонка. И вообще, закрывай ты свое агентство. Что ты будешь делать, когда вместо милиции появится полиция? Ты не подумал?

Поняв, что мой друг шутит, я улыбнулся.

— А ничего не буду. Ты уйдешь на пенсию, а я буду расследовать дела об изменах жен мужьям или наоборот. Ведь тема "рогоносцев" во все времена была популярна. Сейчас иногда что-то подобное показывают по телевизору, и знаешь, наверное, ребята, которые занимаются всем этим, неплохо зарабатывают…

Вечером я был у Маши в больнице. Рассказал ей все, что со мной приключилось, кое-что, конечно, приукрасив, а кое-что опустив.

— А ты думаешь, я люблю тебя меньше? — спросила она, прильнув к моему плечу.

— Я думаю, что ты любишь меня больше! — ответил я и поцеловал ее в губы. — И знаешь, не все в этом мире решают деньги. Как только жена Васильева узнала, что он жив и практически здоров, примчалась к нему сразу. Загнойко разрешил им повидаться. Она сначала плакала, а потом сказала, что будет ждать его, сколько придется. И целовала, целовала, словно это в последний раз…

— А ты откуда знаешь, подслушивал, что ли, и подглядывал?

— Нет, она потом сама нам так сказала.

— Так я тебе и поверила. А я вот тебя ждать бы не стала.

Я отстранился от жены и посмотрел на нее вопросительно.

— Я бы за тобой пошла по этапу, как жены декабристов. Ты был бы не против?

Я обнял ее за хрупкие плечи и поцеловал. А что мне еще оставалось делать?

Елена Болотова. Страшный суд

Все замерло в этот предутренний час, застыло в ожидании рождения нового дня. Тишина была такой густой, такой глубокой, что ее глубину не нарушало отдаленное журчание реки на перекате. Даже кузнечики в траве молчали в этот торжественный час. Неподвижно висели в воздухе длинные ветви большой березы, застыли устремленные вверх сабли осоки на берегу, замерли усыпанные крохотными капельками росы бесчисленные паутинки в траве. Казалось, само время остановилось. Но с каждой минутой становилось светлее. Ночная мгла таяла, сменяясь зыбкой, белесой от тумана и от зарождающегося света полупрозрачной дымкой. Туман, сгущаясь клочьями, стал спускаться к земле. Вдруг в этом застывшем мире раздался звонкий птичий голосок, какой-то робкий, несмелый, резко оборвавшийся на полутрели. Потом голосок зазвучал вновь, уже уверенно, решительно, и, словно повинуясь сигналу, запустившему остановленное время и снявшему оцепенение колдовства, природа ожила. Плеснула рыба на реке, затрещали кузнечики во влажной траве. Вслед за смелой певуньей завели свои арии другие птицы. Поднялся легкий, чуть заметный ветерок, потащив клочья тумана к реке. Качнулись ветви березы, пробежала волна по усыпанной жемчугами траве.

Василий Сурепкин стоял на веранде своего загородного дома и нервно курил, глядя невидящими глазами на пробуждение природы. Ему было не до кузнечиков и паутинок. Бизнес трещал по швам. Откуда приползла напасть? Еще неделю назад ничто не предвещало катастрофы. С одной стороны, конечно, экономический кризис. Вряд ли сейчас найдется компания, которую не затронули финансовые проблемы. Но с другой стороны, он был уверен, что сможет обслужить долги, а интуиция его обычно не подводила. Если бы это было не так, он не был бы тем, кто есть сейчас — создателем компании "Спайдерлинк", владельцем тысяч успешно торгующих магазинов, крутым бизнесменом с миллиардным состоянием.

Почти совсем рассвело. Вершины сосен над высоким скальным обрывом противоположного берега реки осветились оранжевым светом солнца, медленно выползающего из-за леса. Резко зазвонил телефон в кармане джинсов. Василий выбросил папиросу в траву, раскрыл мобильник. Звонил топ-менеджер его компании Марат. Этот парень недавно пришел в его бизнес. Когда создание компании было завершено, Василий понял, что нет смысла париться одному и можно смело переложить большую часть трудов на другого. Василий не ошибся в выборе. Марат был шустер и хитроумен. Он прекрасно заменил шефа в текущих делах. Некоторый недостаток воображения и фантазии топ-менеджера с лихвой компенсировался его деловой хваткой, умением все держать под контролем и собачьей преданностью хозяину бизнеса. Его утреннее сообщение было тревожным. Он говорил о быстро набирающем обороты конкуренте, компании "Максус", выбросившей на рынок суперновую продукцию. Марат узнал, что "Максус" заключил договоры с несколькими поставщиками "Спайдерлинка". Конкурент планомерно отбирал у Василия поставщиков и рынки сбыта.

"Так вот чем дело! — подумал Сурепкин. — У меня завелись враги. Но как они посмели тягаться со "Спайдерлинком", крупнейшей сетью региона? Кто за этим стоит? И как они смогли переманить партнеров?"

Сурепкин был не из тех, кто безропотно позволяет себя грабить. Он был уверен, что, когда тонешь, есть только один способ спастись — работать всем, что еще двигается, и плыть. Этому принципу он следовал всегда. Почти всегда. Усмехнувшись, он вспомнил свою работу в заводском КБ. После окончания техникума он попал на завод, где четыре года влачил жалкое существование. Потерянные годы жизни! Когда наступили девяностые годы, эпоха челноков, Сурепкин бросил вечернее отделение университета. Свои университеты он проходил на рынке. Он торговал джинсами, спортивными костюмами, шоколадками; работал продавцом в магазине сотовой связи, потом создал свою компанию. Такой вот зигзаг судьбы.

Марат ждал его в вестибюле офиса компании. Он предупредительно открыл перед шефом дверь его кабинета и, войдя следом, плотно прикрыл ее. Быстро придвинул кресло ближе к столу, сел напротив шефа.

"До чего же он ловок! — подумал Сурепкин, глядя на спортивную, подтянутую фигуру помощника. — Ловок и изящен".