Пикировщики над джунглями - Питер Смит

Летчики считали контроль пехотных офицеров попыткой привязать авиацию к земле, и потому сами оказались неспособны в полной мере оценить потенциал ударов с воздуха. Авиационные наставления, датированные июлем 1943 года, продолжают отстаивать собственную концепцию непосредственной поддержки. «В районе боев контролировать действия против вражеских подразделений крайне трудно, они слишком дорого обходятся и, в целом, почти неэффективны. Цели слишком малы, разбросаны на местности, их трудно обнаружить. Кроме того, всегда сохраняется опасность поразить собственные войска».

Действительные возможности пикировщиков оценила только морская пехота. Роберт Шеррод отмечал, что морские пехотинцы сделали несколько важных выводов:

«1. Совершенно необходима оперативная и надежная радиосвязь. Одноканальные радиостанции оказались совершенно неприемлемы. Появившиеся позднее двухканальные были немногим лучше.

2. Любые визуальные средства связи (сигнальные лампы, ракеты) уступают радио, однако их все-таки можно применять из-за ненадежной радиосвязи или при необходимости соблюдать радиомолчание. Их использование требует налаженного взаимопонимания с войсками.

3. Находящийся в воздухе офицер наведения должен иметь связь с разведывательными самолетами и пехотными авангардами».

Интересно сравнить эти требования с практикой действий немецких пикировочных частей. Они оказываются почти идентичными. Пилоты Ju-87 поочередно отправлялись в качестве офицеров связи в наземные части, чтобы координировать атаки. Очень часто они возглавляли колонны танков на специально оборудованных машинах и вызывали на помощь «Штуки», если противник пытался остановить немецкое наступление.

Морская пехота провела достаточное количество экспериментов, чтобы отработать некоторые из этих идей, после чего использовала их во время боев на Соломоновых островах и архипелаге Бисмарка, Сначала авиация взаимодействовала с морской пехотой, но потом это взаимодействие плавно распространилось и на армию. На Гуадалканале летчики морской пехоты впервые начали поддерживать войска, действующие в джунглях. Им пришлось провести множество атак против военных кораблей и транспортов в море, однако и пехота не раз вызывала их на помощь. Лишь пикирующие бомбардировщики могли остановить японские атаки и подавить их артиллерию.

В первые 2 недели, проведенные на аэродроме Гендерсон, эскадрилья VMSB-232 майора Ричарда Мангрума была вынуждена действовать в самых примитивных условиях. Например, не было никаких подъемников для бомб, поэтому 500-фн снаряды приходилось вытаскивать из хранилища на руках, на себе тащить к самолетам и вручную же подвешивать. Жесткие шины, специально приспособленные для посадки на палубу авианосца, в момент перепахивали грунтовую полосу, а после первого же тропического ливня аэродром превращался в обычное болото. Тропический климат, насекомые, малярия и другие болезни косили американцев точно так же, как японцев, англичан, австралийцев и новозеландцев.

В ходе боев на Соломоновых островах выяснилось, что самой сложной проблемой является обнаружение вражеских орудийных позиций. Японцы прятали их все более и более искусно. Это стало очередным уроком, который пришлось выучить дорогой ценой. Скоро стало очевидно, что лишь пикировщики могут решить эту проблему. Туземные следопыты обшаривали джунгли и сообщали австралийским береговым наблюдателям, где именно японцы начали строительство очередной батареи. Однако знать, где находится орудие, и уничтожить его — две большие разницы. Сначала были испробованы армейские средние бомбардировщики, но все их усилия оказались почти бесполезными. Тогда за дело взялись пикировщики морской пехоты. Как отметил капитан 2 ранга австралийского флота Эрик Фельдт в своей книге «Береговые наблюдатели»: «Ковровые бомбежки позиций в джунглях не приносят никакого вреда противнику. Однако точечный удар по выбранным целям — это совсем другое дело».

Эта же самая проблема еще не раз возникнет в будущем во время войны во Вьетнаме и в других местах. Следующий шаг авиация морской пехоты сделала во время боев на Новой Гвинее. Была создана пока еще примитивная система воздушной поддержки. Морская пехота использовала термин «непосредственная поддержка» для обозначения ударов на расстоянии не более 1000 ярдов от линии фронта. В то время на Тихом океане просто не было специалистов по организации связи с авиацией, поэтому пришлось искать добровольцев. Была сформирована Группа связи под командованием майора Уилфреда Стайлза. В нее вошли 8 офицеров: 2 из наземных войск и 6 летчиков морской пехоты, а также 8 рядовых радистов. Стайлз выбил 4 командных автомобиля, оснащенных радиостанциями SCR-103, сигнальными лампами Олдиса, кое-какой пиротехникой.

Эти команды были отправлены на фронт во время боев на Мунде, но пехота еще не слишком верила в эффективность и безопасность такой поддержки. Почти все бои в джунглях превращались в рукопашные схватки в условиях ограниченной видимости. В густых зарослях даже артиллерия испытывала серьезные трудности при обстреле вражеских позиций. Решение было найдено в Бирме, где начали использовать дымовые мины для минометов. Были созданы специальные карты. Точные удары становились все более необходимыми, так как японцы усиленно окапывались, а бункера и блиндажи можно было уничтожить только прямым попаданием.

12 июля 1943 года 169-я пехотная дивизия внезапно подверглась мощной атаке с фланга крупных сил японцев и была вынуждена остановиться. И здесь новая система прошла первую проверку. Координаты на карте, переданные по радио летчикам, не совпали с районом, обозначенным дымовыми минами, которые легли в 600 ярдах в стороне.

Новый вызов поступил только 1 августа. 43-я пехотная дивизия находилась восточнее плантации Ламбети на Нью Джорджии, где попала под плотный огонь хорошо укрытых японских орудий. Наступление захлебнулось. Одна из команд Стайлза вызвала на помощь самолеты, и 18 «Доунтлессов» нанесли удар, разгромив японские позиции.

Это стало неплохим примером, и 25 августа пришел третий вызов. На этот раз требовалось уничтожить сильный узел японской зенитной артиллерии на вершине холма Библ. Его бомбили 54 «Доунтлесса» и 53 «Авенджера» флота и морской пехоты. После того, как рассеялся дым с вражеских позиций больше не прозвучал ни один выстрел.

Кроме обычных пикировщиков, корпус морской пехоты начал эксперименты с мощным истребителем-бомбардировщиком Чанс-Воут F4U «Корсар», который попытались превратить в пикировщик. Боевой дебют этого самолета состоялся в феврале 1944 года, когда эскадрилья ВМФ VF-17 участвовала в налете на Рабаул. В марте летчики эскадрильи морской пехоты VMF-11 получили «Корсары», оснащенные самодельными узлами подвески бомб, и начали их испытывать. Выяснилось, что «Корсар» может пикировать под углом до 85 градусов, не теряя управления. Этот самолет мог нести гораздо больше бомб, чем «Доунтлесс», не говоря уже о грозной батарее из шести 12,7-мм пулеметов, которая позволяла эффективно обстреливать вражеские позиции. 18 марта 1944 года «Корсары» морской пехоты в первый раз атаковали с пикирования японские зенитные батареи на острове Милле.

Летчики морской пехоты из эскадрильи MAW-4 отлично использовали «Корсары» при атаках японских позиций на Малоэлапе и других атоллах в течение 9 месяцев. Контр-адмирал Де Витт Рамсей писал:

«Более 75 процентов целей были менее 50 футов в диаметре. Целями в основном были японские орудийные позиции, которые уничтожались одна за другой. Эскадрильи морской пехоты, занимавшиеся этим, испробовали несколько методов атаки. Но для «Корсара» самым эффективным оказалось пикирование на высокой скорости под углом 70 или 80 градусов».

Одного из летчиков морской пехоты спросили, не согласится ли он использовать этот метод против немцев. Он ответил: «Если меня попросят разбомбить завод, моим единственным вопросом будет: в каком департаменте?»

Заранее было известно, что бои за возвращение Филиппин будут долгими и тяжелыми. На этом архипелаге достаточно джунглей, но там имеется множество городов, где наверняка будут идти уличные бои, напоминающие Сталинград. Армейская авиация не имела совершенно никакого опыта точного бомбометания, поэтому сразу было решено всю эту работу взвалить на летчиков морской пехоты. Требовалось сформировать большое Пикировочное авиакрыло морской пехоты и специально подготовить его.

Поэтому 10 октября 1944 года полковник Лайл Г. Майер, который командовал на Бугенвилле 24-й авиагруппой морской пехоты, собрал своих людей и сообщил им о той роли, которую предстоит сыграть летчикам в грядущих боях. Им предстояло объединиться с 32-й авиагруппой полковника Клейтона Б. Джоунса. Заместителем командира крыла должен был стать Джон Смит, вернувшийся из Соединенных Штатов. В результате в состав крыла предполагалось включить 7 эскадрилий пикировщиков. Полковник Джонс должен был принимать на себя командование, когда обеим авиагруппам предстояло действовать в бою совместно.