Близкая Земля - Влада Ольховская

корпусу, которую они давали при поступлении в академию, и начать работу на новых нанимателей. Клятва верности – это ведь даже не присяга! Хотя попадались среди пленных и воины постарше, принесшие присягу, для них условия были такими же.

Им всем предстояло послужить людям, оплатившим их появление на свет. Выбор заключался лишь в том, как ты будешь это делать: живым или мертвым. Любой ответ тут же проверялся телепатом. Тех, кто отказывался служить новым хозяевам, ожидала смерть, причем чудовищная… Вскрытие заживо в присутствии других похищенных, чтобы дать им правильную мотивацию.

Зария наблюдала три таких вскрытия, и ей хватило. Одной мысли об этом было достаточно, чтобы в памяти снова звучали чудовищные предсмертные крики. Поэтому когда тот самый вопрос задали ей, она согласилась поступить на службу к корпорациям.

Ей просто очень хотелось жить…

– Если вы думаете, что я буду вас осуждать, то зря, – сказал солдат. – Вы отреклись от службы Земле, а мы сейчас воюем с Землей. Было бы лицемерием с моей стороны критиковать вас.

– Это и не нужно – я сама справляюсь.

– Вы сожалеете?

– Да… Да, я сожалею, – печально улыбнулась Зария.

В первое время все было не так уж плохо. Зарию похитили совсем девчонкой, ей потребовалось несколько лет, чтобы закончить обучение. Она прошла все испытания, и хотя ее верность вызывала сомнения, новые работодатели убедились, что она очень сильна. Им этого было достаточно, чтобы включить ее в группу, направленную на Марс.

– Мне повезло, что нас больше не проверяли телепаты, как раньше, – признала она. – Изначально страх помог мне проскочить… Но теперь я сильно сомневаюсь, что все было бы так же просто.

– Почему? Какая вам разница, кому служить – частникам или специальному корпусу?

– Это сложно объяснить.

– А вы попытайтесь, я никуда не спешу, – солдат выдал очередную очаровательную улыбку, отзывавшуюся приятным теплом внутри.

Ему хотелось доверять – этому человеку, с которым Зария разговаривала впервые в жизни. Она не знала, почему, да уже и не хотела знать.

– Я не представляю, за что я сражаюсь, куда я вообще двигаюсь… Когда я была со спецкорпусом, у меня были идеи, которые мне близки… Вы будете смеяться, но когда я произносила клятву на первом курсе, я верила в нее! Мои одногруппники смеялись, а я верила… Мне нравилось думать, что я становлюсь частью чего-то важного…

– А здесь?

– Здесь я не понимаю, куда я иду. Зачем мне это восстание? Оно бессмысленное, оно гнилое какое-то, мы вред несем! И сенатор… Она мне даже не нравится, зачем я ее охраняю? Я пыталась говорить об этом с остальными… Но их устраивает то, что нам очень много платят. И что с того? Где тратить эти деньги, как вообще жить, если я должна скрываться – я в розыске! Бред какой-то… Я не такой жизни хотела! Это прозвучит бесконечно тупо, но… Иногда я жалею, что сделала такой выбор.

– Что остались в живых?

– Да! Говорю же – тупо… Но мне кажется, что, ухватившись за жизнь любой ценой, я предала ту Зарию, которой была… Настоящую, она тогда умерла, а я – какой-то паразит, который украл ее жизнь… Простите, это уже полный бред!

Она больше не могла справляться со смущением. Ей казалось, что солдат осуждает ее, смотрит на нее, как судья на худшую из преступниц. Спастись Зария планировала привычным способом: уйти и все. Забыть. Она знала, что он за ней не погонится, зачем ему?

Он действительно не стал преследовать ее, но и уйти ей не позволил. Зария уже покидала шатер, когда солдат ее окликнул:

– Зария, подождите.

– Не думаю, что нам стоит продолжать этот разговор, – покачала головой она, не оборачиваясь.

– Согласен. Но я просто хотел дать небольшой совет. Вы можете пренебречь им, если угодно.

Она все-таки посмотрела на него, не сдержалась.

– Какой совет?

– Ваша очевидная цель на этой планете – охрана сенатора. А сенатор Саанви Скайлер, как мне думается, человек достаточно… идейный. Поговорите с ней. Узнайте, чем она живет. Быть может, ее цели и станут вашим новым ориентиром. К тому же вы всегда можете поговорить со мной. Я в ближайшее время никуда не денусь с этой базы.

– Поговорить с вами… – задумчиво повторила Зария. – Да я даже не знаю, как вас зовут!

Она догадывалась, что он улыбнется в ответ. Она даже хотела этого – и была вознаграждена.

– Это легко исправить. Меня зовут Стефан – всегда к вашим услугам.

* * *

Лукия прекрасно знала, что информация, добытая Альдой, повлияла на команду не лучшим образом. Они не только не приблизились к выполнению задания Вернона, но и столкнулись с новой угрозой. Где-то высоко над их головами застыли орудия Черной Армады, которая очень скоро устанет ждать – и тогда от привычной жизни на Итойе ничего не останется. Это были вполне серьезные причины для подавленности.

Сама же Лукия расстраиваться не собиралась, ей полагалось действовать.

– Готовимся к выходу, – велела она. – Мазарин, добудьте из памяти пленника карту подземных тоннелей со всеми возможными ловушками и передайте ее Витте. Справитесь?

– Разумеется! – отозвалась Альда, поспешно стирая кровь с лица. – Я в порядке, это мелочи, правда!

– Рада это слышать. Витте, обработайте данные и выведите на планшеты команды наиболее удобный маршрут. Пункт назначения – тоннель под центральным архивом города. Мы не можем просто метаться, надеясь случайно узнать что-то о Кольце, нам нужно место, где вероятность получить данные выше всего. Фревилл, подкорректируйте здоровье пленника настолько, чтобы он долгое время мог оставаться в живых без посторонней помощи.

– Чего? – удивилась Римильда. – Но зачем? Он же военный преступник, пусть страдает!

Лукия знала, что хилер эмоциональна – и своевольна, как все обладатели высших номеров. Большую часть времени капитан это игнорировала, любые проявления характера она считала мелочью до тех пор, пока они не мешали миссии.

Однако умела капитан и отдавать приказы так, чтобы каждый из ее подчиненных вспоминал свое место.

– Вы желаете покинуть команду, Фревилл? Я готова принять заявление в любой удобной форме.

Дурой Римильда не была и мгновенно сообразила, что перешла черту. Лукии было любопытно, как она отреагирует: агрессией или показным смирением?

Хилер предпочла смирение. Похоже, у нее были свои причины держаться за место в команде.

– Простите, капитан. Не повторится.

– Принято, Фревилл. Что же до вашего возражения – с сутью я согласна. Да, Хапикерн-Тохил военный преступник, и никакая преданность племени его не оправдывает, насколько мне известно, итальтика обладают свободной волей и не обязаны подчиняться ацелотте.

– Да, это, скорее, традиция, – подтвердила Альда.

– Именно. Пускай суд разбирается, как много допускает следование традициям, мы никого не будем казнить на месте. Майрон, как только Фревилл закончит, установите рядом с пленным сигнальный маяк, чтобы наши бойцы смогли забрать его отсюда, когда прибудут. Рэйборн, обеспечьте нас источником света, в тоннелях их нет. Триан, для вас распоряжений нет, у вас есть пожелания насчет вашей роли на этой миссии?

– Сначала я буду стоять и многозначительно молчать, потом то же делать на ходу.

– Как вам будет угодно.

Лукия и сама понимала, что нынешний план не из тех, которые гарантируют успех. Она понятия не имела, будет ли в архиве хоть какая-то информация по Кольцу. Но идти туда все равно было лучшим вариантом, чем хватать всех итальтика подряд и заставлять Альду проверять их память. Капитан прекрасно видела, сколько сил ушло у телепатки на допрос одного пленника. Она не собиралась доводить Альду до истощения.

Поэтому она и не дала Триану никакого задания. Она не могла просить у него совета открыто – его роль в команде этого не предполагала, он был обязан лишь защищать их. Но Лукия знала: если он захочет что-то предложить, он найдет способ. То, что он вроде как остался не у дел, означало, что он пока и сам не видит лучших вариантов.

Выполнение ее команд отняло меньше часа, и скоро они готовы были продолжить путь. Старая часть тоннелей зияла перед ними открытой пастью, редкие порывы ветра приносили оттуда странные запахи, совсем не то, чего обычно ожидаешь от подземелья… Не сырую затхлость, а аромат скошенной травы и меда… Странно. Но с этим предстояло разобраться по ходу дела.

– Капитан, обойти старые тоннели невозможно, – извиняющимся тоном сообщил Витте. – Точнее, можно, но это будет очень долго…

– Нет необходимости, – указала Лукия. – Нас интересует кратчайший путь, а не самый