Не говори мне о любви - Юлия Леонова

- Поздравляю Вас, Ваше сиятельство. Я искренне надеюсь, что эта невестка будет именно такой, как Вы хотели! - голос ее дрожал, глаза щипало от еле сдерживаемых слез, но Катя упрямо вздернула подбородок и вернула князю не менее ледяной взгляд. - Можете не беспокоиться на мой счет, я не стану обивать пороги Вашего дома.

Развернувшись, она тяжело зашагала по аллее в сторону особняка, стремясь оказаться как можно дальше от Елецкого, но вдруг вернулась.

- Сергей Васильевич, Ваше сиятельство, позвольте мне поблагодарить Вас. Хотели вы того или нет, но Вы спасли моего ребенка. Я знаю, Вы не верите тому, что это ребенок Ника, и после того, что сделал с Вашим сыном мой брат, мне трудно винить Вас в этом, но в любом случае это МОЙ ребенок, а моя мать хотела отдать его в деревню, и я ничего бы не смогла с этом сделать. Только благодаря Вам у него будут любящая мать и прабабушка, и я от всей души благодарю Вас за это! - и после несколько неуклюжего реверанса ушла, оставив князя в полном потрясении.

Только закрыв за собой дверь спальни, она смогла дать волю слезам и отчаянию. Катерина плакала долго навзрыд, вцепившись обеими руками в белокурые локоны. Перепуганная горничная поспешила доложить графине об истерике, случившейся с барышней.

Наталья Федоровна нашла внучку сидящей на кровати и уставившейся невидящим взглядом в окно.

- Все кончено, бабушка! - твердила она, сжимая в кулачок тонкие пальцы. - Все кончено!

- Ну-ну, Катрин, полно, - подойдя к ней и погладив растрепанные кудри, произнесла графиня с тяжелым вздохом, - Может, все не так плохо, как тебе кажется.

От своего дворецкого она уже знала, что утром Сергей Васильевич приезжал с визитом к Катрин, и, видимо, сообщил ей что-то такое, что очень расстроило ее внучку. Катя подняла голову и посмотрела на графиню глазами полными слез.

- Он потерян для меня навсегда!

- Неужто Николай..., - ахнула Наталья Федоровна.

- Ник женился! - простонала Катя, и, закрыв лицо руками, снова разрыдалась.

Графиня присела рядом с ней и, обняв внучку за плечи, обратилась к ней:

- Катюша, послушай меня. У тебя ребенок скоро будет. Вот в чем смысл всей твоей жизни, только о нем ты должна думать прежде всего. Сейчас ты думаешь, что жизнь кончена, но никто не знает, что ему судьба готовит. Ты еще молода совсем. Года через три никто даже не вспомнит о том, что было. Ребеночек подрастет, я за тобой хорошее приданное дам. Ты еще будешь счастлива, поверь мне!

- Спасибо Вам, - вздохнула Катя. - Если бы не Вы... Маменька заставила бы меня отдать ребенка.

Со дня возвращения Елецких в Отрадное минула неделя. Весть о том, что князь Николай Елецкий вернулся с Кавказа с молодой женой, чудом избежав смерти в плену у горцев, уже успела облететь все окрестности. Соседи, тактично не показывавшиеся у Елецких после сообщения о гибели Николая, теперь зачастили с визитами, чтобы лично убедиться в правдивости витающих по округе слухов. Молодая княгиня Наталья Елецкая пришлась по душе местному обществу, но нашлись и завистницы... Ах, нет на свете платочка, который можно было бы накинуть на очаровательные женские ротики!

Едва ли не каждая барышня в округе мечтала, что когда-нибудь Николай обратит свое внимание именно на нее, поэтому рассказы о петербургских похождениях молодого князя были одной из излюбленнейших тем девичьих разговоров. Не оставили они без внимания и последний его стремительный роман с parvenu Забелиной, которая произвела фурор в высшем свете Петербурга своей красотой; но развязка этого романа нанесла сокрушительный удар по нежным девичьим сердцам. Если даже она, признанная красавица, не смогла удержать его, - хором вздыхали барышни, - то где уж им-то? Теперь же самые бойкие из девиц с наслаждением пересказывали петербургские сплетни Наташе, перемежая их воспоминаниями о собственных переживаниях по этому поводу. Она долго мучилась, не зная, что из того, что ей поведали, правда, а что ложь, и решилась спросить обо всем у Ника.

Вечером после ужина Ник с отцом собирались выпить по рюмочке бренди в кабинете. Почти три недели, проведенные в одной карете, значительно растопили многолетний лед в отношениях между отцом и сыном. Что-то было сказано, что-то стало понятно без слов, и Анна Петровна наконец-то наслаждалась согласием между двумя своими самыми дорогими мужчинами. Наталья остановила мужа, коснувшись его руки:

- Ники, могу я поговорить с Вами?

- Конечно, Натали, - улыбнулся он, присаживаясь на софу рядом с ней.

Наташа вздохнула, собираясь с силами, чтобы начать нелегкий для нее разговор.

- Вчера с визитом к Вашей маменьке приезжала madam Камолова с дочерьми, и, кажется Софи, рассказала мне, что у Вас зимой был роман с некоей mademoiselle Забелиной; будто бы Вы даже собирались жениться на ней, - потупилась Натали.

- Пусть это Вас не волнует, ma cherie, (моя дорогая). Одно время я действительно был увлечен этой девушкой, но все это осталось в прошлом, - улыбнулся Ник, в душе проклиная неуемную болтливость Софи.

Наталья улыбнулась ему в ответ и, очаровательно краснея, попросила:

- Ники, прошу Вас, не засиживайтесь сегодня с батюшкой допоздна.

- Я не заставлю Вас долго ждать, - улыбнулся Ник, поднося к губам ее пальчики, и, поднявшись с софы, направился в кабинет к отцу.

Проснувшись посреди ночи, Ник так и не смог больше уснуть: разговор с Натали разбередил старые сердечные раны. Все это время в Отрадном он запрещал себе думать о ней, а теперь вновь и вновь вспоминал Катрин. Первый вальс в Олесино, в доме Волошиных, когда он только хотел подразнить наивную провинциалку, но ее одержимость впитанная с молоком матери идеей выйти замуж за богатство и титул отчего-то привела его едва ли не в ярость. Вспомнилась случайная встреча в Екатерининском сквере, когда он сгорал от ревности, наблюдая, как Андрей догоняет и целует ее. А потом была та роковая ночь, когда она отдалась ему, подарив свою невинность и незабываемое наслаждение.

Едва забрезжил рассвет, Елецкий поднялся и бесшумно вышел из комнаты. Не прибегая к услугам Никифора, он оделся и поспешно покинул дом. Выехав за ворота усадьбы, Ник пустил жеребца шагом. Утро выдалось холодным, но ясным, предвещая хорошую погоду. Вот-вот должны были ударить первые заморозки, но пока природа словно замерла в ожидании зимы. Деревья, уже расставшиеся с ярким осенним убором, теперь простирали к блеклому голубому небу голые ветви. Спустя пару часов Ник уже въезжал в ворота усадьбы графини Блохиной. Я только посмотрю на нее, - уговаривал он сам себя, - только скажу, что между нами все кончено. Спешившись, он бросил поводья подбежавшему к нему конюху, поднялся на крыльцо, и на какое-то бесконечное мгновение замер перед входной дверью, не решаясь постучать. Может, не стоит, ворошить прошлое, просто развернуться и уйти, навсегда перевернув эту страницу, вычеркнув Катрин из своей жизни? Глубоко вздохнув, Ник поднял руку и постучал.