Влюбленная Джейн - Рейчел Гивни

загривку пробежали мурашки, выступил пот. Может, бумажный пакет еще где-то рядом? Подышать в него сейчас было бы не вредно. София почувствовала себя дурой. Пытаясь вернуть мужа, она заигрывала с ним как влюбленная девчонка. Да еще и без толку! Джек думал только о работе.

Он просматривал свои листки, стоя в стороне перед другим монитором (поменьше), когда София обогнула павильон звукозаписи и случайно вышла прямо на него. Она тут же принялась мысленно ругать себя за то, что не выбрала другой маршрут, но было поздно: Джек уже заметил ее.

– Ты куда? – спросил он.

София сглотнула.

– В вагончик, – сказала она бодро, хотя на самом деле с трудом сдерживала слезы. – В свою норку. Там мне удобнее.

Джек кивнул и продолжил читать. София пошла дальше. Вдруг он ее окликнул. Она обернулась и услышала:

– Кстати, отлично выглядишь.

Джек уже не смотрел в сценарий. Их взгляды встретились. Он улыбнулся, и София узнала эту улыбку. Когда они только познакомились, он тоже так улыбался: уголком рта, нагловато, но мило. Он вдруг показался ей таким же молодым и полным энергии, как тогда. Небрежно прислонившись к стене павильона, Джек быстро и самоуверенно оглядел Софию с головы до ног. Другие могли этого не заметить, однако она знала (потому что знала его): он смотрит на ее тело, пытаясь определить, как оно выглядит под костюмом. Не изменилось ли за прошедшие пять месяцев? Оно не изменилось, и по взгляду Джека София увидела, что теперь он тоже в этом уверен.

– Правда? Спасибо, – ответила она так непринужденно, как только смогла, а потом развернулась и пошла дальше.

Только отойдя достаточно далеко, София позволила себе улыбнуться. Интересно, привык ли Дерек получать неприлично щедрые чаевые. В любом случае сегодня они его ожидали.

Глава 23

Джейн покоряла Лондон. Подойдя к гигантскому подвалу из железа и кирпичей, она прочла: «Метрополитен» – и достала из кармана сине-голубую карточку, которую дал ей Фред. Человек, сидевший в билетной будке, взял у нее четыре фунта и каким-то образом «положил» их на карту (или, во всяком случае, сказал, что сделал это).

– Какова длина вашей подземной трубы? – спросила Джейн.

Он только прищурился, а потом вздохнул и, так и не ответив на вопрос, бюрократическим тоном объяснил, как пользоваться картой.

– Ее нужно приложить к желтому кружку, тогда ворота откроются, – произнес он медленно, как будто разговаривал со слабоумным (Джейн, к своему ужасу, признала, что это отнюдь не лишнее). – Сядете на коричневую линию, а на «Оксфордской площади» перейдете на красную. Сейчас вам туда, – он указал в сторону туннеля и с улыбкой прибавил: – Первый раз в Лондоне?

– Давно здесь не была, – ответила Джейн.

Пройдя сквозь туннель, она принялась искать обещанный желтый круг. Какого размера он должен быть? Как чайное блюдце? Или еще больше?

Наконец Джейн увидела ряд невысоких стальных загородок, а на столбиках между ними – желтые кругляшки размером с ладонь. Стоило ей поднести карточку к одному из них, как воротца чудесным образом открылись. Джейн поспешила воспользоваться этим безмолвным приглашением. Едва она прошла, створки оглушительно захлопнулись. Она инстинктивно отскочила и с облегчением выдохнула, радуясь, что металлические челюсти не успели ее укусить. (Ей вспомнились пружинные ворота пастбищ, которые вели себя так же своенравно.)

Все другие люди тоже проходили через это испытание. Одному мужчине не повезло: створки закрылись прежде, чем он успел пройти. Он ударился о них чреслами, остановился, закатив глаза, и стал сердито звать на помощь служителя в форменной одежде. Это происшествие удвоило страх Джейн перед спесивыми воротами: даже людям двадцать первого века не всегда удавалось с ними совладать.

Подняв голову, она увидела множество всяких знаков. На одном из них была надпись «Линия Бейкерлоо», а ниже коричневая черта. Вспомнив, что сказал продавец билетов, она пошла туда, куда указывала стрелка, с содроганием думая о том, какие еще потрясения ей предстоит пережить.

Предчувствия оказались ненапрасными: внезапно нахлынувшее людское море подхватило ее и понесло так стремительно, что она едва касалась ногами земли. Те, кто шел впереди, доходили до конца туннеля и исчезали, вернее, спускались под землю (Джейн подумала бы, что они куда-то проваливаются, не будь их движение таким медленным и плавным). Вскоре Джейн сама приблизилась к тому заколдованному месту и ахнула, увидев самодвижущуюся лестницу, которая везла людей вниз. Удивительно беззаботно становились они на ступени со страшными стальными зубами по краю. Серебристые челюсти хитроумной машины зловеще поблескивали в желтоватом свете туннеля, напоминая звериные клыки. И как люди не боялись, что это металлическое чудовище их съест?.. Джейн сперва попятилась, но, постояв немного, все же решилась сделать шаг вперед. Затаив дыхание, она совершила не слишком удачный прыжок и оказалась на самом краю ступеньки, на которой уже стоял старик в клетчатом костюме.

– Осторожней, пожалуйста, – сказал он.

– Прошу меня извинить, сэр, – ответила Джейн, поднявшись на ступеньку выше. – Я родом не отсюда, а это приспособление так опасно…

Лестница ползла вниз довольно долго, уходя под землю футов на тридцать, если не глубже. Там, где она кончалась, ступеньки делались плоскими и исчезали, сравниваясь с полом. Джейн опять испугалась, что железные зубы ее поймают. Но другие люди сходили с лестницы, едва глядя под ноги.

– Сейчас наш черед! – сказала Джейн пожилому джентльмену. Сделав вдох и зажмурив глаза, она шагнула на твердую почву и радостно воскликнула, обращаясь ко всем, кто был впереди: – Поздравляю вас, господа!

Старик в клетчатом костюме покачал головой, а другие и вовсе не обратили на Джейн никакого внимания.

Следуя указателям коричневой линии, она вышла на подземную платформу, к которой подошел красно-белый поезд. Он был меньше, чем тот лиловый, который привез ее из Бата, но двери открывались и закрывались точно так же – сами, как будто имели собственный разум. Джейн взялась за шест, тянувшийся от пола до потолка. Тронувшись с места, поезд сразу же вошел в туннель, и за окнами стало совершенно темно, хотя внутри вагона по-прежнему горел яркий свет. Поглядев на белую коробку, закрепленную на потолке, Джейн едва не ослепла, перед глазами поползли красные точки. Она со вздохом опустила веки. Впредь ей следовало быть осторожнее и остерегаться маленьких солнц, которые светили отовсюду.

Дав зрению отдохнуть, Джейн принялась изучать людей. Почти все бережно держали в ладонях плоские коробочки, к которым, по-видимому, испытывали нежность и чуть ли не благоговение. Нынче утром Джейн уже видела такое. Ей стало очень любопытно, что же содержится в этих прямоугольничках, и, взглянув на один из них, она обомлела: там помещался целый театр с крошечными актерами, которые двигались и разговаривали друг с другом. Джейн покачала головой и в ужасе отошла. Опять магия! Неудивительно, что люди не отрывают зачарованных взглядов от этих вещиц!

Теперь Джейн стала