Сборник "Поступь империи" - Иван Кузмичев

-И как их успехи?– спросил я.

-Никак,– уныло ответил барон.

-Этого и следовало ожидать…

-Особенно тогда, когда покушались на жизнь цесаревича!– заметил Артур.

-Да, что есть, то есть,– не стал отговариваться и отбрасывать данную мысль.

-Нам надо в гостиную Ваше Высочество,– настойчиво сказал барон.

-Эх,– вздохнул я, чувствуя, что в теле появляется какой-то непонятный азарт, одним словом истосковался я по работе!– Идем, будем заново вливаться в струю рутины. Итак, почти месяц провалялся, дел скопилось, наверное, не меряно.

Попутно узнал состояние дел в корпусе, по поводу последних прожектов, находящихся еще в зародыше.

Как я и думал, мои чертежи, на досуге составленные мной в пасмурные вечера и ночи, остались лишь фантазиями, причем беспочвенными, жаль, что никто из друзей ни проникся. Хотя почему никто? Надо только здравомыслящего человека отыскать, с так сказать бурной фантазией и не зашоренным взглядом на мир! Вот только где такого взять?

Правда, в свое оправдание я могу сказать, что чертеж пушки многим пришелся по вкусу, другое дело как претворить его в жизнь…

С открытием литейной при заводе под приглядом Ивана, нужно отлить как минимум двадцать пушек, специально спроектированных как полевая артиллерия витязей. Почему именно так? Потому что само деление кадетов на взводы по 25 человек предусматривает в себе ответ на вопрос. Одним из главных моих требований для самих витязей было, прежде всего, максимальная автономность, в рамках отданного приказа. Таким образом, каждый командир-витязь, начиная от сержанта, имел в своем распоряжении как минимум одну единицу артиллерии. А это в свою очередь немаленький аргумент в сражении, если командир с головой конечно дружит. Так что упор был сделан на облегчение орудия по максимуму, но не в ущерб качеству самой пушки. Поэтому по моим подсчетам используя сталь из чудо-печей Ивана Нестерова, удастся облегчить эти 12-фунтовые пушки раза в два, по сравнению с их чугунными товарками.

В чем же было отличие моего проекта от изготовляемых сейчас пушек? Как вам сказать…

Как только я впервые познакомился с такой наукой как артиллерийское дело, еще перед приездом Петра, сразу же заинтересовался способом ее улучшения, все-таки знаний, слава Богу, пока на некоторые проекты хватает.

Первым делом я достал чертежи самых последних пушек, отливаемых в России, все же надо было с чего-то начинать. Убожество… Мдя, видели бы мои современники их. Но не беда, в конце концов, и я не пальцем деланный. По вечерам, выкраивая время от сна и наместничьими делами, подгонял свои идеи и мысли под нужное орудие, если быть точным, то выкидывал знания о ненужном и пока не сбыточном, как, к примеру, сведения об электричестве, нитроглицерине, примеси которого используют в большинстве патронов моего времени. Да и много чего пришлось «забыть».

Так что начал я можно сказать с азов. Но первым что хотел бы заметить, это было бы упоминание того стереотипа, который стал для меня тем прапором, на который пришлось постоянно оглядываться. Именно «позаимствовав» большую часть составляющих у «единорога» графа Петра Ивановича Шувалова, бывшего генерал-фельдцейхмейстером в русской армии моего времени. Я таки сумел начертить относительно «живую» «химеру».

А что делать, если артиллерия делится на три вида, без возможности какого-либо изменения? Пушки стреляют на 15-17 градусов, по стелющейся траектории, мортиры и гаубицы стреляют на 65 градусов, навесом, не имея возможности стрелять по низкой траектории. Вот именно на исправление этой проблемы и бросил я свои силы, постоянно напоминая себе о том, что в первую очередь сие орудие будет полевым и как можно более легким. В идеале конечно витязям подошел бы миномет. Да откуда его взять то? Гремучая ртуть только-только начала производиться в тех количествах, которые позволила начать изготовление «ударного пороха» для капсюлей. Так что о чем-то большем мечтать глупо… пока глупо.

Главной особенностью нового орудия была имеющая вид усеченного конуса камора. Такая форма каморы увеличивала удобство заряжание орудия, увеличивая по моим подсчетам скорость заряжания в два раза, а также увеличивала скорость воспламенения заряда и, как следствие, увеличивала метательную мощь заряда, по крайней мере, я так думаю. Новые орудия же могли стрелять по навесной траектории с большим, до 35 градусов, углом возвышения. Если учесть то, что они будут стальными, то могла бы получиться просто сказочная полевая пушка среднего калибра, при условии дальнейшей удачной конструкции. Вот только сказать насколько лучше будут характеристики моего орудия по сравнению с нынешними пушками, пока нельзя. Опытов то нет, всего лишь чертеж на бумаге…

Увы, но кроме этой радостной для меня новости, которую сообщил Михаил, пришлось услышать и другие, не совсем приятные вести. Одна «сырая» идея с созданием обувной мастерской чего стоила. С одной стороны мысль замечательная, но вот сам процесс создания и направление деятельности был не проработан, что меня лично не устраивало, по одной простой причине – любое производство должно окупать свои собственные затраты на сырье и работников. Пускай не сразу, но и не должно быть так, что в течение трех лет приносит одни убытки. Иначе оно и не нужно вовсе. А тут получалось, что деньги то будут вложены, причем не малые, а отдачи и вовсе не получится. Так что идея Кузьмы ушла на доработку. Как впрочем, и идея Николая о создании кумпанства с десятком купчин, по освоению Уральских недр. Опять же получалась сходная проблема, правда не много под другим углом – не было поработано одно важное обстоятельство, а именно ответственность и обязанность сторон. Было просто желание отправить экспедицию и там дальше разобраться, оп месту прибытия так сказать.

Если честно то такого я не ожидал от Николая, все-таки он сын купца, умный мужчина, а вот предложение выдвинул какое-то детское…

-Не подумал я, Ваше Высочество,– смущенно оправдывался Николай Волков.– Слишком уж кус изрядный бы по удаче намечается.

-Всех денег не заработаешь, друг мой, так что лучше в начале разработать те производства, за которые мы уже взялись, а только потом зариться на что-то большее,– улыбнулся я ему.

Пара часов в обществе друзей пролетело как мгновение, но, к сожалению, время было уже позднее, да и засиживаться я не мог, все же раны давали о себе знать, как и общая слабость тела. Попрощавшись с товарищами, пошел к себе в спальню, набираться новых сил для завтрашних рутинных дел.

Однако поспать мне не дал Никифор, почти сразу же зашедший следом за мной.

-К вам просится ваша гостья Ваше Высочество,– сказал камердинер.– Прикажите впустить?

-А куда деваться? Конечно, впускай, лекарь, как никак,– вздохнул я, но помимо легкого сожаления о потерянных минутах сна, где-то в сердце легонько кольнуло, царапая ледяную бронь одиночества…

-Цесаревич, я же предупреждала вас, чтобы вы двигались как можно меньше, да и нельзя вам утруждать себя в таком состоянии,– покачав головой, выговаривала мне Оля спустя пять минут, осматривая раны на моем теле.– Выпейте вот эту настойку.

Перед носом появился небольшой стаканчик с вязкой жидкостью. Медленно стекающей по стенкам сосуда.

-Пейте, это только на пользу будет,– улыбнулась девушка, смотря на мое скептическое выражение лица.

-Да такую дрянь нельзя вообще никому пить!– возмутился я, попробовав на язык настойку, чем вызвал улыбку на губах Ольги.

-И никакая это ни дрянь, это вообще то отличное средство для сращивания рваных мышц,– нахмурилась знахарка.

-Верю,– заверил я ее, через силу выпивая медленно сползающую со стенок гадость.

-Вам, цесаревич еще повезло, вот если бы было задето легкое или печень, вам бы так легко не отделаться. А так вы только много сукровицы потеряли,– сказала девушка, глядя на меня.

-Оля, зовите меня по имени, прошу вас…– оборвал я свою спасительницу.

-Но как же так можно?– изумилась она, но тут же замолчала, увидев что-то в моем взгляде.– Хорошо Алексей

-Вот так-то лучше,– улыбнулся я ей.– Оля, а почему ты стоишь? Садись. Негоже мне сидеть, когда моя спасительница стоит!

-А вам, Алексей, вообще стоять не рекомендуется! У вас дырка только начала затягиваться, так что еще недельку вам бы полежать не помешало. При условии, что будете пить эту настойку.

-Почему же?– удивился я.

-Потому! Объяснять долго,– ответила девушка, посмотрев на меня как на дурака.

Что ж, куда деваться, если в этой эпохе власть имущие частенько пренебрегают знаниями, хотя надо отметить, что и в моем времени стоящие у «руля» в стране, или держащие руки на пульсе одной шестой мира, порой были малограмотными и что скрывать тупыми, не видящими ничего дальше своего носа!

-Хорошо-хорошо,– поднял я ладони.– Вот только есть один вопросик, такой маленький, и невзрачный. Поможешь в нем разобраться, Оля?