Измена. Не делай мне больно - Каролина Шевцова

правда устала держать перед всеми соседями лицо и делать вид, что у нас с Сашей все нормально. Чертов дом для чертовых сотрудников авиакомпании, где даже сексом заняться по-человечески нельзя, а то вдруг кто что подумает!

Я устала жить одна. Засыпать в холодной кровати. Готовить обеды и выливать все в ведро, потому что мне лично кусок в горло не лез. Устала гадать, где мой муж сейчас. С кем он сейчас. И что он сейчас делает.

И при всем этом улыбаться его гребанным коллегам, дабы не омрачить репутацию благоверного!

Я просто устала, но даже это пройдет, потому что я не могу позволить себе быть слабой.

- Витаминка, - Сережа мягко обнял меня за плечи. Он повернул меня к себе, и осторожно погладил по спине, словно дал разрешение на слезы.

И я расплакалась.

Не по своему кобелиному мужу. Не из-за неудачной попытки восстановиться в университете. И не из-за вечного недосыпа и работы по ночам.

Нет. Просто у меня тоже была мечта, не такая глобальная, как у Саши. Не такая возвышенная и красивая, но моя. А сейчас ничего не осталось. Только фантик и какое-то далекое воспоминание о вкусной конфете.

Наконец я отстранилась о Сережи, вытерла влагу под глазами и произнесла:

- Саша ушел от меня.

- Ку-куда.

- Не куда, а к кому. К Жанне.

На лице Фридмана промелькнул калейдоскоп эмоций. От неверия, до сочувствия.

- Ты уверена, - наконец произнес он.

- Сереж, ну хоть ты не придуривайся. О таком романе наверняка весь аэропорт был в курсе.

Стало противно, что меня до сих пор держат за дуру. Я скинула с себя ботинки и медленно пошла на кухню, в то время как Фридман так и остался на коврике перед дверью.

- Ты точно уверена?

- Точнее некуда, - еле прошептала я. После истерики наступил ожидаемый откат. Глаза слипались, а эмоциональный фон снизился до уровня дождевого червя. Нужно скорее лечь спать и не думать обо всем этом. Как не думала и раньше, прогоняя любую тревожную мысль прочь и забивая все время работой над новыми десертами. Не от хорошей жизни я пекла как оголтелая. Просто это позволяло выкинуть все другие мысли из головы и я наконец успокаивалась. А иначе бы сошла с ума.

- Сережа, - протянула я из комнаты, - ты прости, что не зову, но я правда устала.

- Ко-конечно, Вик. Это ты ме-меня прости. Все наладится, я обе-бещаю.

- Ты очень хороший.

Даже слишком. Он не просто хороший, он замечательный! Возможно, Фридман великолепный мужчина и уж наверняка лучший из тех, с кем доводилось встречаться мне. Вот только сказать об этом я не могла. Слишком поздно.

Глава 23

Бывают дни как этот.

Дни, когда хочется запереться дома, отгородиться от всего мира и переждать бурю, прекрасно понимая, что ее эпицентр не снаружи, а внутри. Внутри тебя самого.

За окном лил дождь. А уже к ночи обещали резкое похолодание, и все это рисует ужасную картину – каток по всему городу. Невозможность выйти на улицу, переполненные больницы, конские цены на доставку продуктов и такси.

От перепада температуры у меня болела голова.

И, кажется, снова вернулся токсикоз.

А зареванное лицо опухло так, что я испугалась собственного отражения в зеркале.

И да, я опять плакала. Хотя обещала себе больше не делать этого.

Вчера я почти закончила свою кондитерскую карьеру. Джейн Грей правила Англией дольше, чем я пекла свои торты. Спасибо, что в отличие от «девятидневной королевы» мне голову никто не отрубил. Хотя, судя по воплям заказчицы и лицу ее мужа – могли. Всю ночь накануне я пекла и украшала гендерные капкейки для большого праздника. Милейшая (на первый взгляд) пара решила необычно узнать пол малыша, для чего позвали всех друзей, родных и видеографа, чтобы получился памятный фильм.

По задумке в одной половине кексов была синяя начинка, в другой розовая. Чьих больше, тот и победил.

Началось с того, что кексов оказалось поровну. Двадцать на двадцать. Я долго не могла понять, в чем прокол, пока не вспомнила, что из остатков теста испекла лишний кекс – уже для себя. Но из-за спешки тупо забыла об этом и запихнула свой капкейк в коробку. На беду, он сбил им всю систему голосования.

И да, потом заказчица дозвонилась до своего врача и все-таки узнала пол ребенка, но момент был упущен. На видео остались только озадаченные лица гостей и озлобленное будущей мамы.

Все вскрылось, когда я приехала за фарфоровой трехъярусной подставкой, которую одолжила им для красивого кадра.

- Я сделаю вам большую скидку на этот заказ, - от стыда мне хотелось провалиться под пол. – И еще испеку небольшой тортик на рождения малыша, совершенно бесплатно!

Эти двое смотрели на меня так, словно хотели убить.

- С хера ли небольшой? Пеки гигантский. И бесплатный. Все будет бесплатно: кексы, торт и оплата видео, которое ты запорола.

- Но как же…

Затраты на продукты и такси до места проведения банкета вгоняли меня не просто в минус. На мне образовался неплохой долг, который я могла покрыть только из денег Сережи. Тех самых, которые поклялась не брать.

- Давайте искать плюсы в этой ситуации, - лепетала я, - вы хотели необычную гендер-party, и все вышло точно не как у других. И видео можно обыграть в смешном ключе, уверена, выйдет здорово!

- Володя, кажется эта пытается нас с тобой развести как лохов!

- Вижу, котя, вижу.

Будущая мамочка хищно осалила клыки, и из нежного создания превратилась в акулу. Обычно беременным советовали беречь себя и смотреть только на красивое. Картины в музее, или романтические пейзажи – все должно услаждать глаз и успокаивать нервы.

Судя по поведению этой дамы, смотрела она исключительно Следствие ведут с Леонидом Каневским. «Котя» так настойчиво жала меня к стенке, что я уже решила, что где-то за ее спиной прячется мясницкий нож, которым эти двое не преминут воспользоваться.

- Хорошо, я покрою затраты на видео, - согласилась я. – Но оплатите хотя бы заказ. Я ведь оказала услугу, так что…

- Мы не будем платить за твои дерьмовые кексы. На вкус как вата, меня вообще от них чуть не стошнило, поняла?

- Именно, котя, - поддакивал ей муж.

Поверить в это было сложно. Я пекла капкейки по своему фирменному рецепту и пробовала готовое тесто –