Запасный выход - Константин Туманов

По слегка доработанному плану дальше выступали двумя группами. Первую вел сам Покрышкин, а вторую Иван Вахрамеев. Именно они должны были подняться наверх, подсаженные снизу товарищами. Стена, как доложили разведчики, высотой всего три метра, а местами и того меньше. Так что забраться тихо вполне реально. Там двое часовых, но они ходят дозором вокруг, причем парой, что явно не предусмотрено даже местным убогим уставом. Видимо, вдвоем не так страшно. Их, по возможности, постараются оглушить. Если нет – ребята будут работать ножами, бесшумного огнестрельного оружия все равно нет.

Пробравшись под звуки обрушившейся на землю воды и завывающего ветра прямо под стену, обе группы подняли наверх по разведчику с разных сторон форта. Хотя можно было сильно и не таиться. Шум дождя и завывание ветра скрывали если не все звуки, то очень многие. Не прошло и получаса, как сверху упали веревки, по которым мы и взобрались.

И тотчас же разошлись вслед за своими проводниками по периметру. По паре человек на три имеющиеся лестницы, три человека между ними одиночными постами, а разведчики снова исчезли, на этот раз во дворе форта. Им необходимо было обезоружить часовых: возле порохового погреба, если он там был, и ворот. А потом можно «пожелать спокойной ночи» оставшимся солдатам.

Сидеть в мокрой одежде под струями непрекращающегося ливня было не сильно приятно, однако я терпеливо караулил порученную нам с отцом лестницу. Больше всего мне хотелось, чтобы все закончилось благополучно для наших ребят. Не так, совсем не так я представлял себе операцию по взятию форта Лоренсу-Маркиш. Не теми силами, что имеются у нас сейчас, и не в таких условиях.

Недостаточно снаряжения. Алексей правильно говорил, что у бойцов даже бронежилетов не имеется. А врача у нас нет даже на примете. Если что случится, раненого придется везти в Онгудай. Так что об этом тоже необходимо позаботиться. И ПБС никто не додумался сделать, а ведь можно было бы заказать детали разным людям в современном мире, а собрать потом и Латыпин смог бы. Там, в принципе, ничего сложного и нет.

За этими неприятными рассуждениями о собственных недосмотрах меня и застал Ваня, бесшумно поднявшийся по лестнице. Да так, что я от неожиданности чуть на спусковой крючок не надавил. И в полный голос доложил:

– Двор чист, ворота под нашим контролем, оружейная тоже. Там часовой стоял у двери, сама дверь на замке. Есть еще несколько запертых помещений, похоже склады. Открыта только одна, сколько там человек – пока не знаем. Но выйти оттуда незаметно они не смогут. Так что, можно сказать, форт наш. Потерь нет, даже раненых. У противника тоже. Наверху часовые прятались от дождя под навесом, сейчас там и лежат связанные и с кляпами во рту. Третий – внизу, тоже связан. Четвертый у ворот «отдыхает».

– Что предлагает лейтенант?

– Собраться внизу и внезапно ворваться в помещение с фонарями. Работать прикладами, много людей там все равно нету. Безоружные, ослепленные, со сна – серьезного сопротивления не ожидается.

– У офицеров и сержантов, если они там есть, оружие может оказаться с собой. То есть шпага-то в любом случае будет, но и про пистолеты забывать не стоит. Это на улице из него не выстрелишь – дождь. А в помещении самое то.

– Поэтому первыми пойдем мы втроем, наша задача – не задерживаясь прорываться дальше в поисках вооруженных. А остальные уже за нами всех мордой в пол.

– Что кричать не забыли?

– Да помним, помним…

– Ну, тогда пошли.

Все оказалось не так страшно, как мне представлялось. Внутри ночевали только пятнадцать человек во главе с сержантом. Оставленный разводящим, он бессовестно дрых в караулке. И проснулся только от удара берцем по ребрам. После чего тихо лежал на полу и лишь непонимающе хлопал глазами. Сопротивление оказал только бугай, здоровенного вида солдат, спавший дальше всех от входа. Он успел проснуться и с ревом кастрированного быка бросился на шедшего первым Покрышкина. По всей видимости, в роду бывшего лейтенанта все-таки были тореро, так грациозно он пропустил противника мимо себя. А потом прибавил ему ускорения прикладом по затылку. На этом бой, собственно, и закончился.

– Всех связать, и пусть пока лежат в этой комнате. Сержанта – в ту.

– Есть.

С грехом пополам поговорив с пленником, чье красноречие стимулировалось регулярными подзатыльниками, удалось выяснить общую картину. Весь наличный гарнизон был здесь, даже те солдаты, кто обычно ночевал в поселке, с семьями. А вот их оружие, что было особенно для меня важно, хранилось в соседнем помещении. Солдатам не разрешалось разгуливать с ним вне службы. Да они, наверное, и не стремились. Я уже имел «удовольствие» подержать в руках местный мушкет. Тяжеленная дура, причем без ремня для ношения. А это означало: необходимо все время держать его в руках или положив на плечо. Если же солдат в ближайшее время не собирался стрелять – заряжать оружие было и вовсе нельзя.

Там же, в поселке, был дом уже бывшего заместителя коменданта, дона Эухенио Мария Суареш Гомеш-и-Рамирес. Сам комендант благополучно помер еще в прошлом году, а нового прислать не успели. Скромненький особнячок стоял прямо на небольшой площади. Кроме него там разместились церковь, дом священника, отца Серхио, и администрация фрегезии. То есть португальской административной единицы Лоренсу-Маркиш. Всего же население поселка составляло около двух сотен гражданских. Точно мой собеседник, звали его, как оказалось Хозе Кардозу, не знал. Просто считать не умел.

Отправив португальца в общее помещение, я оглянулся на внимательно слушавших наш разговор отца, Леху и Волосюка:

– Пока нам так везет, я предлагаю закончить начатое.

– Хочешь навестить дом этого дона Жени?

– Я так понимаю, что дон Эухенио сейчас как раз в саванне червей кормит, это он командовал атакой на башню. Важнее посетить падре Серхио, пощупать, так сказать, за теплое вымя. У святого отца вместо ружей есть слово божье, которое в эти времена да в местной глуши может поднять против нас даже домохозяек с кухонными ножами. Вот эту проблему нам и нужно решать в первую очередь. Я, признаться, не уверен, что у нас получится убедить его сотрудничать. А стоит ему хоть один раз вякнуть про слуг дьявола – и все, спокойствия и работы тут не будет. Никакой.

– Может, его это, того… Отправить на свидание со святым Петром? – Ага, это уже Волосюк демонстрирует свои познания в католической теологии.

– Ну, во-первых, ликвидировать его мы всегда успеем. Во-вторых, убить тоже не выход. Нет, если он окажется тупым фанатиком, не способным к логическому мышлению, то придется его по-тихому где-то прикопать. Ни в коем случае не публично. Но я предлагаю попробовать другой подход. Свозить его в Бийск…

Ответом на мое предложение стало задумчивое молчание.

– Смотрите сами. Провести его по улицам, показать церкви с крестами, мол, не исчадия ада вокруг. По-моему, в Бийске есть и католический храм. Главное – не давать ему общаться с местными священниками. Для католиков понятие «святая ложь» весьма привычно. Пообещает тебе все что угодно, и будет верить, что схизматикам и еретикам, то бишь нам, лгать можно без зазрения совести. Особенно если он из иезуитов. Они сейчас находятся в опале у понтифика и католических королей. А через семнадцать лет орден вообще упразднят, вот и разгоняют их нередко по дальним колониям. Или это они так прячутся? Кстати, в Тете, относительно крупном городе всего в какой-то тысяче километров отсюда, до самого последнего времени имелась целая иезуитская миссия. Пока орден с португальским королем не рассорился. Да, про нынешний год все слышали? 1760-й от Рождества Христова…

– А это не опасно, давать ему такие знания?

– Здесь не скроешь ни нашей техники, ни новых технологий. Нам придется что-то говорить людям, особенно наиболее проницательным из них. Посланцев Бога разыгрывать не получится, в слуги дьявола мне самому не хочется. А в этом времени у местных для нас другой ниши не найдется. Так что единственная версия, которую я смог придумать – это открытый божественной силой проход между двумя временами. Она позволит нам интегрироваться в восемнадцатый век, и при этом не «разорвет мозг» местным господам-товарищам. Вроде того, что люди пошли не тем путем, и Он, в благости своей, позволил горсти избранных вернуться на триста лет назад и попробовать снова. Может, у кого-то другие предложения есть? А то я уже голову себе сломал… В общем, думайте, время пока есть.

Дождь давно кончился, больше не скрывая шум от наших действий, да и рассвет был близок. Следовало поторопиться, а потому снова разделились на два отряда. В конце концов, и у дона и у падре в доме не могло оказаться много народу. В лучшем случае пара слуг. Оставив часовых – один стерег пленных, а второй присматривал за воротами, мы просочились в мирно спящий поселок. Правда, скрываться долго не получилось. Несколько собак учуяли чужаков и подняли визг и вой, так что пришлось двигаться бегом, на опережение. Алексей со своими бросился к дому дона, на всякий случай. А я решил заглянуть к падре. На огонек, так сказать, весьма кстати появившийся в окне.