Пустые калории. Почему мы едим то, что не является едой, и при этом не можем остановиться - Крис Ван Туллекен

проведенное учеными Гарварда и опубликованное в 2018 году, с виду действительно подтверждало углеводно-инсулиновую гипотезу9. В рамках исследования 164 студентов, преподавателей и сотрудников университета с лишним весом посадили на низкоуглеводную диету, и она благотворно повлияла на метаболизм. Кевин Холл стал первым, кто указал на значительную проблему с анализом данных: команда из Гарварда анализировала не совсем тот результат, который планировалось проверить изначально.

Когда вы планируете эксперимент, вы должны решить, что собираетесь измерять и как сообщить о результатах измерения, до того, как проводить эксперимент. Если вы меняете измеряемые параметры, это примерно то же самое, что сначала выстрелить из лука в стену, а потом нарисовать вокруг стрелы мишень. Как Холл выразился в комментарии, «Если сообщать о результатах исследования в соответствии с предварительно составленными планами анализа, это помогает снизить искажения»10.

Когда Холл проанализировал данные в соответствии с исходным планом самой гарвардской команды, эффект, о котором они заявляли, исчез. Больше того, исследование тоже поддержало общепринятое мнение, что чередование в диете жиров и углеводов никак серьезно не влияет на расход энергии.

Я и сам пробовал кетогенную диету. Я обнаружил, что могу даже в ее рамках есть много того, что мне нравится, что чувствую себя сытым и что даже действительно сбросил вес. Но в конце концов мне нестерпимо захотелось спагетти-болоньезе, риса с курицей и жареной картошки к стейку, так что я бросил диету. Мой опыт подтверждается обширными исследованиями на пациентах с эпилепсией, которых посадили на кетогенную диету (которая, похоже, на самом деле снижает частоту приступов, особенно у детей). Вы, наверное, могли подумать, что для взрослых, которые сидят на низкоуглеводных диетах, профилактика приступов эпилепсии должна стать достаточно серьезным стимулом. Но оказалось, что они в пять раз чаще прекращают участвовать в научных исследованиях по сравнению с пациентами, которые участвуют в испытаниях стандартного лекарственного лечения11. Стоит, впрочем, отметить, что подобные диеты нередко отличаются от стандартной диеты Аткинса, из-за чего следовать им становится сложнее.

Я не хочу сказать, что низкоуглеводные диеты не помогают некоторым людям сбросить вес и что они не приносят никакой пользы для здоровья. Еще я не хочу сказать, что инсулин не является важным регулятором запасания жира в организме. Но кое-что я все же сказать хочу: если рассмотреть весь спектр доступных данных, то в том случае, если вы будете употреблять в пищу столько же калорий, сколько и раньше, уменьшение уровня инсулина после отказа от углеводов не приведет к тому, что вы станете запасать меньше жира или сжигать больше энергии.

Собственно говоря, я подозреваю, что низкоуглеводные диеты действительно помогают людям, которым удается все же их придерживаться[55] – дело просто в том, что в процессе эволюции людей углеводы составляли основу нашего рациона, и пищу без углеводов труднее есть. Белки и жиры насыщают вас быстрее, чем вы успеваете съесть много калорий. Но проблема, связанная с любыми диетами, состоит в том, что мы на самом деле не выбираем, что нам есть. Нами руководит внутренняя система. Вы можете избегать углеводов, но это примерно то же самое, что задерживать дыхание. Рано или поздно «сломается» практически любой.

В конце концов Таубс оказался не Галилеем. Но он чем-то напоминает папу Урбана VIII, друга и покровителя Галилея. Именно Урбан предложил Галилею сравнить геоцентрическую и гелиоцентрическую модели солнечной системы – точно так же, как Таубс предложил Холлу проверить углеводоцентрическую модель ожирения. И в обоих случаях результаты оказались совсем не такими, на какие надеялись покровители.

Итак, получается, что сахар не вызывает лишнего веса, потому что повышает уровень инсулина. Но какое место он занимает в истории взаимоотношений человеческого здоровья и УПП?

* * *

Люди с давних пор едят огромное количество углеводов в виде сахара и крахмала. Диета связывает нас с окружающими людьми – по крайней мере, она должна так делать, – и эти связи и в исторические, и в доисторические времена формировались вокруг небольшого количества крахмалистых растений, обычно одного на целое общество: кукурузы, картофеля, риса, проса, пшеницы. Мы очень любим крахмал и сахар (во фруктах, сахарном тростнике и меде), и эти вещества человеческий организм умеет и любит усваивать даже в довольно больших количествах12, 13.

Мед – это очень интересный пример, потому что его удельная энергия чуть ли не наивысшая среди всех натуральных продуктов. Но химически он почти неотличим от кукурузного сиропа с высоким содержанием фруктозы (и то и другое – смеси глюкозы и фруктозы в разных пропорциях) и столового сахара (и то и другое – кристаллизованные пары молекул глюкозы и фруктозы)[56]. В доисторический период люди получали из меда немалую часть калорий – в некоторых сообществах эта доля составляла в среднем 16 %, а одно исследование народа мбути, живущего в лесах Конго, показало, что в сезон дождей они получают из меда до 80 % всех пищевых калорий[57]. О широком распространении ожирения среди этих народов и сообществ не сообщается (а многие современные племена охотников и собирателей до сих пор едят мед в больших количествах)16.

Нельзя забывать и о том, что Карлус Монтейру в своем исследовании назвал пакет с сахаром на столе признаком здоровья, потому что это означало, что в этой семье готовят еду. Это не означает, что сахар полезен для здоровья. Это лишь значит, что наш рацион питания настолько ужасен, что покупать сахар и готовить сладости дома полезнее, чем покупать готовую промышленную УПП, в которую сахар добавляют при производстве.

Да, знаю, это выглядит так, словно я пытаюсь усидеть на двух стульях и сказать, что сахар – это признак сразу и здоровья, и нездоровья. Но на самом деле мои взгляды следующие: сахар (в том числе и мед) вреден для здоровья не потому, что повышает уровень инсулина, а потому, что портит зубы и заставляет вас больше есть.

Я протестировал эту вторую идею[58] на Лире и Саше за завтраком. Вы тоже можете провести такой тест, если у вас под рукой есть ребенок или просто человек, который готов есть безудержно. Вам понадобятся сахар, молоко, две тарелки и рисовые хлопья. Сначала насыпьте в тарелку поровну хлопьев – скажем, по 30 г. Потом уберите из одной тарелки ложку хлопьев и добавьте вместо нее ложку сахара. И,