Корабль умников - Валерий Гвоздей

– Есть. Но хватит на сегодня.

– Мэй, через несколько часов – гипер, – сказал Ники. – И неизвестно, что с нами случится дальше.

– Нет. На сегодня – хватит. Поверь мне.

Тин промолчал.

Когда Мэй открывала ему чужое прошлое, он шел и разговаривал с человеком. И все становилось на свои места.

А куда пойдешь теперь?

Часть третья. СХВАТКА

Глава первая. НА ПОРОГЕ

Заняв свое место в рубке, Ники взглянул на экран, где яркими точками горели знакомые звезды.

Впереди была Солнечная система.

– Она еще цела? – Прозоров начинал сомневаться даже в том, что видел.

– Кажется. – Тин вздохнул. – Минкуса не обнаружил?

– Минкус тут не появится раньше нас.

– Мы тоже пока соваться не будем.

Сергей нажал пару кнопок, вывел на экран другой сектор космоса:

– Кое–кто опередил нас. 

Второй пилот тоже присмотрелся:

– Два корабля?.. Чьи?

– Это мекбан. Точно. И они кого–то ждут.

– Я догадываюсь – кого.

– Эфиан всех отправила на базы. Решили проявить инициативу? Не похоже на мекбан.

– Свой приказ Эфиан отдала кораблям, участвовавшим в оккупации. Эти могли выполнять другую задачу. И теперь, находясь тут, приказа не нарушают.

– Засекли нас. Хотят двигаться в нашу сторону.

Тин включил коммуникатор:

– Зоран! Иди в рубку, с Эфиан.

Чолич почти втолкнул в рубку официальную представительницу. Ее правая, распухшая рука, обвязанная бинтом, лежала в перевязи.

Как всегда, Эфиан держалась холодно и замкнуто.

За ними подошли и остальные.

Удастся или нет отключить мину? От этого зависело все.

Увидев сигнал приемника, Сергей прибавил громкость. Из динамиков прозвучало требование, на общеземном:

– Не включайте маршевые двигатели! Приказываю лечь в дрейф!

– Нахальство какое, – пробормотал второй пилот. И сказал в микрорфон: – Мы спешим!

Чолич раскрыл пульт Эфиан:

– Попробуем?

– Чуть позже. Они еще не перешли черту.

– Как сказать. Правый готовится к атаке. Второй намерен его прикрывать.

Ники взглянул на Эфиан. Женщина сидела в штурманском кресле, смотрела на экран с каменным выражением лица.

– Урезоньте его, – сказал второй пилот. – Зоран, подай ей пульт.

Царапнув Тина взглядом, Эфиан ввела код. Действовала она левой рукой. Чолич следил за ней. Кажется, у нее уже вырабатывался рефлекс подчинения.

– Ближний, – уточнил второй пилот.

Эфиан коснулась нескольких миниатюрных кнопочек.

В черноте космоса расцвела яркая вспышка. И боевой корабль мекбан исчез с экрана.

– Очень удобно, – пробормотал Чолич.

– Нам далеко до технологий мекбан, – выдохнул Сергей.

– Я сказал – урезоньте, а не взорвите, – упрекнул Ники, взглянув на Эфиан.

– Второго тоже? – холодно спросила женщина.

– Подождем.

Через три секунды второй корабль начал разворот, стремясь выйти из режима атаки.

– Сообразительный, – прокомментировал Чолич.

Корабль все более уклонялся от прежнего курса.

– Пусть уходит, – сказал Тин. – Больше не сунется.

Никто не заметил, что Эфиан вторично ввела программу уничтожения.

Чолич запоздало выхватил у нее пульт.

Еще одна вспышка озарила экран.

Ники смотрел в лицо женщины:

– Зачем вы это сделали?

Эфиан неопределенно улыбалась:

– Так будет лучше. Для всех.

– Я бы мог и сам. – Старик хмуро глянул на Тина. – Больше она к пульту не прикоснется.

– Ладно. Активизируй отключение мины.

Зоран набрал комбинацию. И все, кроме Эфиан, замерли.

– Сигнал дойдет? – не выдержал Коншин.

– Кто знает… – Чолич не отрывал взгляда от миниатюрного дисплея. – А от этой чертовой куклы разве добьешься правды…

– Капитан, следом из гипера вышло еще какое–то судно, – сообщил Ковак. – Высокоскоростное, малого тоннажа.

– Класс?

– Яхта. Но с мощными двигателями. И на ней – знак правящего дома Энтойи. Неужели за мной?

Второй пилот усмехнулся:

– Кто бы это мог быть?

Прозоров тяжело вздохнул.

А Мэй улыбнулась:

– Вот настойчивая…

– Школу прогуливает, – заворчал Ники. – Вряд ли папа ее отпустил.

Зачастила инфанта на Землю.

Он снова подумал о наследственности.

В кого же уродилась Гуин де Энт? В папу или в маму?

– Подойти незамеченными к Земле нам не удастся, – проговорил Марио. – Мы не знаем, где Минкус держит земное Устройство. Может, нам лучше поискать его корабль и предложить обменять второе Устройство на пульт Эфиан? Минкус любит меняться.

– Гораздо больше он любит все получать – даром!.. – проворчал старик. – Минкус хитер. Играть с ним в такие игры – себе дороже.

– Да, но сейчас у Системы одна цель – «Подкова». И любой космический патруль, любой космодром даст ему знать, где мы и что мы…

Ковак удивленно оглядел всех:

– Стоп… Я не ослышался? Вы намерены играть с Системой?..

– Мы намерены уцелеть, парень, – ответил ему Зоран. – И вернуть себе то, что у нас было отнято.

– Не знаю, что у вас было отнято, но когда начнете свою игру – предупредите. Я бы хотел сойти.

– У тебя есть челнок. – Тин покосился на беглеца. – Горючее мы дадим. Но куда сядешь? На любом космодроме тебя возьмут в оборот. С Энтойей у Земли договор о выдаче преступников.

– У меня есть не только челнок. Еще у меня есть голова. А в голове – хорошая идея. Когда передающий контур отключен, можно говорить прямо.

– И в чем заключается твоя идея?

– Высаживаете меня на предельном расстоянии от Земли. А дальше я добираюсь своим ходом. И захожу на орбиту. Сажусь на частный орбитальный космодром, у своего дяди, Элберта Ковака. Уже другим челноком – на Землю.

– Гениально, – фыркнул Чолич.

– Да чего ты?.. – обиделся Ковак. – Надо лишь держаться непринужденно. Вроде как свой. И челнок перекрасить тоже бы не мешало. Или хоть – каторжные эмблемы замазать…

– Вот–вот. – Ники утвердительно кивнул. – Займись этим сейчас. Краску тебе выдаст Лу.

– Конечно, – отозвался Брэндон. – Ее на складе – бочки. Имеются и распылители, и респираторы. Все что хочешь.

– С вами так приятно иметь дело! – обрадовался каторжник.

– Но – с одним условием, – сказал второй пилот.

Ковак насторожился:

– Какое условие?

– Мы летим с тобой. К твоему дяде.

– А вдруг меня привлекут, как вашего сообщника?

– Человеку с твоей биографией – грешно произносить такие слова.

Подумав, Ковак согласился:

– Грешно. Летим все, места хватит. Должен я вас как–то – отблагодарить…

– Слова, достойные мужчины, – похвалил Ники.

– Ты поэтому не захотел избавиться от челнока? – догадался Чолич.

– В общем, да. Но этот план мало чего будет стоить, если мина сработает.

– Какая мина? – сдвинул брови Ковак. – На борту вашего корабля – мина?..

– Успокойся. Мина от нас очень далеко. Но если рванет – от космодрома твоего дяди ничего не останется. Некуда будет сесть. Ближайшие три–четыре миллиарда лет.

– Ничего не понимаю, – искренне признался каторжник.

– И ты не одинок, – печально утешил его Марио.

– Сколько еще нам ждать? – тихо спросил Коншин.

– Сигнал долго идет, – вздохнул Прозоров. – Если вообще дотянется… А войти в пределы Солнечной системы – рискованно.

– С этого расстояния пульт не сработает, – сказала Эфиан. – Нужно подойти ближе.

– Вы готовы рисковать вместе с нами? – спросил Ники.

– Если ваша планета погибнет – вы убьете меня.

– Верно. Я выполняю свои обещания. Сергей, давай к Земле, и как можно быстрее.

– Рвануть может – в любую секунду… – пробормотал Зоран.

– Нет выбора. Или отключим мину – или умрем вместе со всеми.

– Но если они все же поместили Светлану в криогенную камеру…

– Ионов говорил, что гарантии нет, что это лишь предположение. Может, и не решились.

Корабль вздрогнул. Это включились и начали разогрев маршевые двигатели.

– Свободным от вахты разойтись по каютам, – негромко сказал второй пилот. – В рубке напряженная атмосфера.

Экипаж начал разбредаться.

Ники тоже вышел в коридор.

Мэй взяла его за локоть.

– Поговорим о твоем прошлом? – негромко спросила она.

– Сейчас не время. У всех нервы на пределе.

– Это нужно сделать как можно быстрее. Но – не нагружая психику.

– Позже, Мэй.

– А позже нельзя. – Девушка остановилась посреди коридора, вынудив остановиться и спутника. – Мина в твоей голове тоже готова к взрыву. Необходимо отключить.

Вздохнув, Тин посмотрел в черные, бездонные, как космос, глаза Мэй.

И понял, что она уже знает о его прошлом нечто страшное.