Мистер Бантинг в дни мира и в дни войны - Роберт Гринвуд

Гараж Ролло назывался «Первый килвортский гараж». При нем имелся огромный выставочный зал, где стояли новые автомобили — чудесные, ослепительно отполированные, безупречные со всех точек зрения. При одном взгляде на них Криса охватывал экстаз, как верующего при созерцании божества. В этих сказочных чудовищах дремали силы, которые можно было пробудить к жизни одним прикосновением пальцев, и тогда, послушные, бездумные, неутомимые, они помчат вас хоть на край света, Пределом мечтаний было иметь свой собственный «тозер-райт» стоимостью в 1000 гиней. На худой конец можно было бы обойтись и «бентли» или большим «райли». Да, по правде говоря, Крис был бы в восторге, имей он даже второсортный фордик или вообще любую работающую на бензине и способную к передвижению автоколымагу. Созерцая автомобили, стоявшие в выставочном зале, он испытывая священный трепет перед теми сверхчеловеческими умам, которые могли измыслить подобные чудеса. — Чорт возьми! — бормотал он в благоговейном восторге. — Красавцы!

В мастерской стояли старые, замызганные машины, в той или иной степени разобранные и распотрошенные. Самые сокровенные их части, известные до сих пор только по описаниям и чертежам, открывались его жадному взору. Здесь вы заглядывали в нутро машины снизу вверх, словно из колодца. Машины висели над вами, поднятые для обозрения со всех сторон. Вас окружали станки, электросварочные агрегаты промыватели, различные механизмы и инструменты в безграничном многообразии.

С таким местом службы, как гараж Ролло, банк Барклэй не мог, конечно, итти ни в какое сравнение, ибо, как хорошо известно, в банке вообще нет никаких машин, если не считать за таковые пишущие и копировальные машинки. В гараже главенствовал неторопливый и всевидящий, облаченный в твидовый костюм мистер Ролло — существо спокойное, терпеливое и рассудительное. Если вы сообщали ему о каких-либо поломках или других убытках, он не вскакивал с места, как безумный, и не начинал бегать по гаражу с воплями, что его разоряют, как сделал бы мистер Бантинг; нет, он только кивал и спокойно продолжал заниматься своим делом. Если ему говорили, что он заключил выгодную сделку, он не проявлял неумеренного восторга, не пытался внушить вам, что он гений деловой изворотливости; он так же невозмутимо кивал и, как ни в чем не бывало, продолжал заниматься своим делом. Поистине это был поразительный человек. Он был наделен самообладанием и чувством меры и умел воспринимать жизнь с безмятежным спокойствием. Крис восхищался им превыше всех других людей в мире и твердо решил взять его себе за образец. В частности, он очень завидовал способности мистера Ролло целый день курить, не выпуская изо рта толстую черную сигару.

Его поражало, что Берт не находил ничего примечательного в своем отце и считал даже, что в некоторых отношениях ему далеко до мистера Бантинга. Берт весьма непринужденно позволял себе критиковать его деловые приемы.

— Уж очень он косный человек, — заметил как-то Берт. — Не понимает до сих пор, как в нашем деле важна реклама.

— Какая реклама, Берт?

— Ну что ты, не знаешь, какая бывает реклама? Методы высокого давления. Здоровый, крепкий напор. Как у американцев. Всякий понимает, что в наше время нельзя вести ни одного дела без рекламы.

— Но мне кажется, у вас дело идет совсем неплохо.

— Да поди ты к чорту, американцы просто подняли бы нас насмех с нашей выставкой. Перцу в ней нет, вот что. Даже ни одной световой рекламы! А говорить с ним — только зря время тратить. Ни за что не признается, что дело идет не так, как надо. Ничем не интересуется, кроме своего крикета.

Ролло-младший был не более высокого мнения и об остальных членах своей семьи. Взять хотя бы его сестру. Крис отнюдь не принадлежал к разряду дамских угодников, готовых бегать за каждой юбкой, но сестра Берта Ролло, вне всяких сомнений, была девочка хоть куда. Крис чувствовал, что он никогда не забудет свою первую встречу с ней, — в его жизни это было событие. Как-то утром — он уже несколько недель работал тогда у Ролло — он зашел в выставочный зал посмотреть только что полученную «лагонду» и неожиданно натолкнулся на незнакомую девушку. Прежде всего он заметил, что эта девушка выглядела, как настоящая кинозвезда. Любая королева карнавала показалась бы рядом с ней просто гусыней, у нее были ослепительно желтые волосы и сверкающие шелком ноги, и она вытирала тряпкой «лагонду» с небрежно-аристократическим видом. Крис наблюдал за ней с таким напряженным вниманием, что даже забыл полюбоваться на чудесный обтекаемый радиатор «лагонды». Девушка поставила стройную ногу на подножку и, тряхнув локонами, продолжала грациозно начищать машину. Крису было ясно, что она совершенно не замечает его присутствия.

— Послушай, — взволнованно прошептал он, схватив за рукав проходившего мимо Ролло-младшего, — это кто такая?

Берт посмотрел в указанном направлении. Его взгляд был устремлен через самое дальнее окно на улицу. Прошло некоторое время, пока он уразумел, наконец, куда смотрит Крис. Тогда он перевел взгляд на более близкие предметы.

— Ах, это! — воскликнул он. — да это наша девчонка.

— Как? Твоя сестра?

Берт утвердительно кивнул. От него не укрылся странный взгляд, которым Крис смотрел на его сестру. Это его смутило, так как он всегда остро чувствовал недостатки своих родственников; он поспешил предупредить неизбежную, как ему показалось, критику по ее адресу:

— Не обращай на нее внимания, — сказал он извиняющимся тоном. — Она у нас немножко того...

Крис не сразу освоился с мыслью, что эта ослепительная красавица — сестра Берта, о которой он знал только то, что она учится где-то в городе и живет в школьном пансионе. Крис привык думать, что отсутствующая сестра Ролло-младшего была существом низшего порядка и не шла ни в какое сравнение с другими девушками. Он даже немного жалел Берта, которому так не повезло с сестрой, хотя, если уж на то пошло, то и ему по поводу Джули не было оснований особенно задирать нос. Сейчас Крис пытался выяснить, нет ли у Берта еще другой сестры или это та самая и есть, только в наружности ее почему-то произошла чудесная перемена. Да, это она и есть, единственная сестра Берта, возвратившаяся домой из пансиона.

Невольно возникала мысль, что в некоторых отношениях Ролло-младший явно туповат.

— Да, реклама, — продолжал между тем Берт. — Нужно шагать в ногу с веком. Если бы я заправлял всей этой лавочкой, хо-хо!..

И Берт с жаром начал рассказывать, как он к чорту разломал бы этот курятник и какой бы он отстроил новый гараж, весь сплошь в электрической рекламе, залитый ослепительными огнями, точ-в-точь, как тот лосанжелосский, которым он любовался на обложке журнала.

— Я бы все здесь перетряхнул. Все бы повернул по-новому. Тебе бы, конечно, поручил всякие там гроссбухи, ведь ты все же, как-никак, работал в банке. Мне самому неохота с ними возиться, а нашей девчонке тогда не справиться.

— Ты имеешь в виду свою сестру? — Крис постарался придать вопросу как можно более небрежный оттенок.

— Угу. Сейчас она этим занимается.

Крис решил, что ему представляется удобный случай удовлетворить свое любопытство.

— Кстати, как ее зовут, Берт?

— Кого? Ее? — Натужившись, сдвинув брови, Ролло-младший отвинчивал гайку. На мгновение эта операция поглотила все его внимание. — Будь она проклята, эта резьба в левую сторону. Ну-ка, будь другом, капни мне сюда немножко керосину.

Крис капнул и ждал, когда же Ролло-младший ответит на заданный ему вопрос. По, повидимому, он совершенно улетучился у него из памяти, и Крис не знал, как ему снова об этом заговорить, не уронив своего мужского достоинства. Это было глупо, Крис сам это чувствовал, и в душе ему было даже стыдно, но он испытывал непомерное, ничем не объяснимое желание во что бы то ни стало узнать ее имя. С того самого дня он непрестанно думал об этом. В конце концов у нее могло быть самое заурядное, а то и вовсе безобразное имя, что-нибудь вроде Клары или Роды. Впрочем, какое это имеет для него значение?

— Вот где можно денежки лопатой огребать, — продолжал молодой Ролло, — это если изобрести какое-нибудь новое приспособление. Вроде, например, щитка от солнца. Тот, кто его выдумал, здорово набил себе карманы. А ведь знаешь, я сам об этом думал. Честное слово, еще за год до того, как его пустили в ход. Я как раз лежал в это время с ангиной. Только я тогда не занялся этим как следует.

Он задумался над упущенной возможностью.

— А я хотел бы заняться продажей автомобилей, — сказал Крис.

— Вот еще одна область, в которой мы здесь безобразно отстаем, — сказал Ролло-младший, откладывая в сторону гаечный ключ. — Это наше английское «хотите — берите, хотите — нет» ни к чорту не годится. Американцы, так те торговлю превратили в науку. У них даже специальные колледжи есть. Ты думаешь, в американском гараже могло бы стоять столько непроданных машин? Нет, сэр, уж там что-нибудь да придумали бы. Но старик ни бельмеса не смыслит в научных методах торговли. Он думает, что тот, кому нужна машина, сам за ней придет, а ему надо только сидеть и дожидаться.