Мистер Инкогнито - Френсис Дикинсон

Кайл звонил иногда, но ограничивался вопросом о самочувствии и разговором на общие темы.

Стэн Брэдли оставил ее в покое и, по слухам, продал свой дом в Денвере и уехал то ли в Нью-Йорк, то ли в Сингапур. Откуда он узнал о готовящемся свалиться на ее голову миллионе – а в том, что именно это послужило причиной его неожиданного визита, она не сомневалась, – Линде рассказал начальник полиции Том Гордон. Как выяснилось в ходе расследования обстоятельств убийства Криса Бейкера, кое-кто из служащих страховой компании «Колорадо иншуэренс» продавал конфиденциальную информацию о клиентах и деталях страховых сделок. Прямые доказательства того, что одним из покупателей такого рода сведений был Стэн Брэдли, отсутствовали, но косвенные подтверждали его интерес к этой сфере бизнеса.

Так или иначе, прах Криса Бейкера предали земле, и на городском кладбище рядом с могилой Шейлы Шеппард появилась могила ее мужа.

Находка в канале и предшествовавшие ей события всколыхнули интерес жителей Блэкфилда к истории своего города вообще и к роли в ней Шеппардов в частности. Результатом стало увеличение числа клиентов магазина «Радужный мир», причем многие заглядывали специально с целью задать владелице тот или иной мучивший их вопрос: одни спрашивали, умеет ли Линда устанавливать контакт с потусторонними силами; другие желали знать, по какому принципу женщины-ведьмы подбирают себе мужчин; третьи просили помочь отыскать пропавших супругов, сбежавших кошек или потерянные украшения; четвертые…

Однажды, когда Линда в очередной раз пожаловалась Клэр на докучливых посетителей, подруга не выдержала и изложила ей свое видение ситуации.

– Послушай, я что-то не понимаю. Ты получила миллион… Кстати, ты его получила?

– Да, деньги переведены на мой счет еще на прошлой неделе, – подтвердила Линда.

– Тем более, – продолжала Клэр. – У тебя есть миллион, но при этом в твоей жизни не произошло никаких перемен. Ты целыми днями торчишь в каком-то магазинчике, дохода от которого хватает разве что на поддержание штанов. Извини. Или я не права?

– Права.

– Нисколько не сомневалась. А между тем возможностей у тебя хоть отбавляй. Понимаю, ты не готова к резким переменам. Ты не можешь заставить себя продать дом, расстаться с магазином и купить скромное бунгало где-нибудь в солнечной Калифорнии. Пусть так! Но хотя бы возьми отпуск. Отдохни. Съезди в Европу. Или в Бразилию. Или на Гавайи. Вот увидишь, ты вернешься другим человеком.

– А ты поедешь со мной?

Предложение прозвучало заманчиво, но Клэр покачала головой и вздохнула.

– Нет, тебе надо поехать одной.

– Но я…

– Помолчи. Я присмотрю за домом. Дорис – за магазином. У тебя есть паспорт?

Линда рассмеялась.

– Как быстро ты все решила.

Клэр обняла подругу за плечи.

– Я же все вижу: ты ходишь как потерянная. Возьми себя в руки. Встряхнись. Слышишь?

Линда задумчиво кивнула.

– Да, милая, слышу. Я и сама часто об этом думаю. Наверное, ты права.

– Вот и отлично. – Клэр даже захлопала в ладоши. – В следующую субботу сядете с Дорис, и она мигом тебе что-нибудь подберет. Договорились?

– Договорились.

Проводив Клэр, Линда прошлась бесцельно по комнатам, села в кресло и включила телевизор.

Ну почему ты не едешь, Кайл?

Кайл всегда легко принимал решения, но на этот раз жизнь подбросила ему по-настоящему твердый орешек.

Как быть? Что делать в ситуации, когда женщина, которую любишь, получает вдруг миллион? Как воспримет она известие о том, что ты собираешься круто изменить свою жизнь?

Еще месяц назад, планируя расстаться с ФБР и перебраться из Денвера в Блэкфилд, Кайл не видел в таком шаге ничего особенного: в конце концов, мужчина, делающий выбор в пользу любимой, достоин уважения. Но теперь все изменилось. Из-за одного маленького обстоятельства – он собирается бросить службу и променять столицу штата на глубокую провинцию ради ее миллиона. По крайней мере, так могут подумать. И, что самое страшное, так может подумать Линда.

Глава денверского отделения Федерального бюро расследований рассеянно кивнул в ответ на приветствие Кайла.

– Садитесь, Уоррен. – Он кивком указал на обтянутое черной кожей кресло. – Подождите минутку, я сейчас закончу.

Кайл пожал плечами. Он неоднократно бывал в этом офисе по разным поводам, и сейчас ему вдруг стало не по себе: неужели он никогда больше не войдет сюда?

Шеф, как называли старшего агента подчиненные, отложил ручку и посмотрел на Кайла.

– Прежде всего хочу лично поблагодарить вас за Блэкфилд. Ошибок, конечно, не избежали, но цель операции достигнута, преступники арестованы, а вы еще отличились и в другом деле. Я получил письмо от родителей девочки. Спасибо, Уоррен. Такое поведение наших агентов укрепляет репутацию ФБР.

Кайл ограничился тем, что просто кивнул.

– Ладно, идем дальше. Вы подали рапорт об увольнении, верно?

– Да, сэр.

Шеф вздохнул.

– В нашу контору стремятся многие, кто-то задерживается на время, кто-то уходит, а кто-то остается навсегда. Я работаю здесь давно и льщу себя надеждой, что разбираюсь в людях. Зная вас, Уоррен, я мог бы поклясться, что вы из числа последних. Мне представляется…

– Сэр, я принял решение.

– Не перебивайте меня, Уоррен! Мне представляется, что вам нужен отпуск. И я даю его вам. На две недели. Разберитесь с делами и приходите… – он бросил взгляд на настольный календарь, – четырнадцатого октября.

– Сэр…

– Я знаю, что вы хотите мне сказать, Уоррен. Ваше место здесь. На любом другом вы будете чужим. Ваше призвание – помогать и защищать. Через две недели вы либо скажете, что я ошибался, либо поблагодарите меня за то, что не дал вам уйти.

– Сэр…

Шеф поднялся и протянул руку. Кайл тоже встал.

– И вот что еще я вам скажу, Уоррен. Миллион – вовсе не причина, чтобы не сделать женщине предложение.

Кайл заглянул в кабинет, который делил с другим агентом, Манфредом Фланнером, проверил стол – не осталось ли каких бумаг, постоял у окна, откуда открывался вид на центральную часть Денвера. Вдали, ясно различимые на фоне голубого неба, виднелись горные вершины.

Сзади послышались шаги Манфреда. Подойдя, он встал рядом.

– Слышал, шеф тебя не отпустил?

– Точно, отправил в отпуск.

– И что? – Манфред достал из кармана смятую пачку «Кэмела» и щелкнул зажигалкой – запрет на курение в общественных местах он воспринимал как посягательство на его гражданские права и обещал подать в суд на любого, кто попытается вырвать сигарету у него изо рта.

До сих пор смельчаков не находилось: за Манфредом закрепилась репутация горячего парня, что подтверждало и его прозвище – Гейзер.