Предназначенный - Кристина Каст

- Это полезный небольшой дар, - сказала Афродита.

- Это ты так думаешь, но проблема состоит в том, что "видение" настолько точно, насколько человек с даром, - сказал Дэмьен.

- Что? - не поняла Зои.

- Ну-уу, это выглядит так: Шайлин должна быть способна использовать свой дар. Она должна понять то, что она видит, и правильно это истолковать, - сказал Дэмьен.

- И если она не сможет, то это всего лишь палитра цветов? - спросила Зои.

- Хуже, - сказал Дэмьен. - Поскольку с Истинным видением это не просто палитра цветов. Все мы знаем, что она читает в душах. - Он покачал своей головой. - В руководстве были выдержки из историй о том, как Истинное видение было неправильно истолковано и неправильно использовано. Это может быть плохо, действительно плохо.

- Как насчет норм или правил, и тому подобного? - спросила Зет.

- Таких нет. Они разные для всех, у кого было Видение, - ответил Дэмьен.

- Итак, мы просто стреляем в пустоту, - сказала Стиви Рей, чувствуя себя полностью сокрушенной. - Опять.

- Я думаю, это полностью зависит от того, какой Шайлин человек, - сказал Дэмьен.

- Она подружилась с Эриком, и это нехороший знак, - подытожила Афродита.

- Эй, некоторые из нас, кто дружил когда-то с Эриком, оказались хорошими, - сказала Зои. - И плюс, девочка, которая может видеть правду о нем, действительно могла бы хорошо подействовать на него.

Афродита фыркнула. 

- Если она сможет перевести их правильно.. или как вы это там называете.

- Я хочу верить, что она может, - сказал Дэмьен.

- Мм-да, я тоже, - сказала Стиви Рей, но тот, о ком она в действительности думала, был Рефаим и Калона. "Пожалуйста, Никс, позволь Рефаиму различать правду." Когда она отправила страстную, но безмолвную молитву, ее глаза поднялись, и она встретилась с пристальным взглядом своей ЛПН.

- Я тоже хочу верить, - тихо проговорила Зои, как будто она могла прочесть мысли Стиви Рей.

- Нуу, я хочу верить, что когда я выйду из этой комнаты и пройду по коридору, то перенесусь в люкс отеля Ритц Карлтон на острове Гранд Кайман. Я понимаю, что для вас всех солнце - проблема, но я была бы не прочь немного встряхнуться и позагорать. - Афродита сделала паузу и послала Дарию сексуальную улыбку.

- Я позабочусь о том, что касается загара, если ты сможешь справиться с встряской.

Стиви Рей встала и зевнула.

- Ну-уу, не хочу показаться пошлой, но я сейчас потеряю сознание. Вы все расплываетесь.

- Фу-уу, школа и никакого Ритца. Двойное Фу-уу, наша действительность, - сказала Афродита. - Богиня, как я рада, что завтра пятница. - Она изогнула светлую бровь, взглянув на Зои. - Я обещаю тебе, что пройдусь по магазинам и сделаю ремонт в эти выходные. Противостоя злу, Тьме, и всему остальному, что меня ждет.

- М-мм, говоря о комнатах, кто-нибудь знает куда Эрик разместил Шайлин? - спросила Стиви Рей, опять подавляя зевоту.

- В комнату Просто Элизабет, - сказал Дэмьен.

- Жутковато, - ответила Стиви Рей.

- Не то, чтобы она теперь стала её комнатой, - уточнила Афродита.

- Я собираюсь спать, - сказала Зет, - Доброй ночи, друзья.

Все пожелали ей доброй ночи, но Стиви Рей наблюдала, как она медленно шла прочь, вниз к старой комнате Далласа, которую она и Старк сделали своей. Ее шаги были медленными, и ее плечи резко опустились, как будто она пыталась взвалить на них слишком непосильную ношу.

Стиви Рей вздохнула. Она знала, как на самом деле чувствует себя Зет.

11

Ленобия

Ленобия принюхалась. Воздух, смешанный с ароматом опилок, кожи, сладкого корма и лошадей, пах чем-то еще - чем-то с запахом дыма и смутно знакомым. Она в последний раз прошлась железной щеткой по Муджаджи - ее любимой кобыле с сильным черным крупом скаковой лошади - и, погладив ее по морде, покинула стойло. Она свернула в длинный широкий коридор, по обе стороны которого выстроились просторные стойла. Ее нос вел ее именно туда, куда она и ожидала - в большое стойло около пристройки. Двигаясь тихо, Ленобия говорила себе, что она вовсе не собиралась к нему подкрадываться. Просто она хотела быть уверенной в том, что не напугает его лошадь.

Трэвис был к ней спиной. Ковбой стоял посреди стойла. В одной руке он держал густой дымящийся пучок сухих трав. Другой рукой развевал светлый дым вокруг него и над ним. Бонни, его большая кобыла породы Першерон, стояла перед ним и дремала поджав одну ногу. Она только немного дернула ухом, когда он подошел к ней и провел дымящимся пучком вдоль всего контура ее огромного тела. От Бонни он направился к своей постели, которую соорудил в дальнем углу стойла, и окурил ее дымом, как овеял себя и кобылу. Как только он начал разворачиваться, Ленобия отступила и исчезла из поля его зрения. Размышляя о том, что только что увидела, Ленобия вышла через боковую дверь конюшни, отошла на несколько футов к скамейке, присела, вздохнула в тишине холодной ночи и попыталась разобраться в своих мыслях.

Ковбой жег шалфей. Определенно, Ленобия была уверена, что это был запах белого шалфея. Он отлично подходит для очищения пространства. Но зачем оклахомскому ковбою заниматься этим?

Привычки людей? Что она знает об этом? У нее было лишь поверхностное общение с ними... Ленобия изучала изогнутое тонкое золотое колечко в форме сердца, обрамленного изумрудами, и прокрутила его вокруг безымянного пальца левой руки. Она точно знала, как давно она была рядом с человеком, с особенным человеком - двести двадцать три года назад.

Ленобия посмотрела на свой палец, на котором было кольцо. На него попадало не так много света. Рассвет только начал обращать небо из черного в сине-серый, и она почти смогла разглядеть чистый зеленый изумруд. В этом свете его красота казалась призрачной, мрачной - как воспоминания о лицах из ее прошлого.

Ленобия не любила думать о них. Она давно научилась жить здесь и сейчас. Достаточно проблем на сегодня. Она посмотрела на восток и прищурилась от разгоравшегося света. 

- Также достаточно и счастья на сегодня. Лошади и счастье. Лошади и счастье. - Ленобия повторила эти три слова, которые были ее мантрой в течение более чем двухсот лет. - Лошади и счастье...

- Эти понятия неразделимы для меня.

Прежде чем Ленобия сообразила, что это говорит ковбой и никакой опасности нет, ее тело стремительно развернулось и она пригнулась, готовая обороняться - в этот момент раздалось пронзительное лошадиное ржание, как боевой клич, донесшееся из конюшни.

- Тпру-уу, успокойся, - сказал Трэвис в то время, как поднимал руки, показывая, что они были пусты, и делая от нее шаг назад. - Я не хотел...

Ленобия проигнорировала его, опустила голову, сделала глубокий вдох и сказала: