Законы Рода. Том 9 - Ascold Flow

Мои губы растянулись от уха до уха. Отлично! Я как раз хотел узнать, насколько сильнее стал после усиления на базе Собирателей. Лучше места и не найти!

— Нет. Я обязательно отправлюсь в командировку. Подготовьте три машины. И столько грузовиков для складирования добычи, сколько найдёте.

Надо не забыть разгрузить склад Фомы. Незачем там столько лишнего барахла таскать, когда впереди нас ждёт новая добыча!

— Жанна, ты говорила, что на заводе из-за задержки поставок остановлены некоторые линии. Как скоро возобновится работа?

— Ждать некоторые компоненты нам ещё как минимум неделю. Склады практически пустые. Всю готовую продукцию Ирисовы стащили перед передачей завода.

— Ну вот и хорошо. Там и оставим пока болгарскую добычу. Вместе с Фомой и Гри сходите на склад. Пусть хомяк разгрузится. И проведите опись. Всё внесите в базы данных. Ну не забудьте опечатать склады и поставить охрану.

— Грышу?

— Грышу.

— Хорошо, — согласилась Жанна, даже примерно не представляя, с каким объёмом работы ей предстоит столкнуться.

А ведь ещё трофейный зал для Фомы я обещал, с постаментами и подписями каждого комплекта нижнего белья, стащенного у самых красивых представительниц всех могущественных родов нашей империи. Я даже боюсь представить, что ждёт этот мир, когда этот щекастый маньяк начнёт совершать командировки в ближайшие государства… Принцессы всех стран окажутся под угрозой! Одна надежда, что Хлоша остепенит этого пушистого маньяка.

На следующий день. Академия. Кабинет ректора Журавлёва.

— Михаил Игнатьевич, вызывали?

— Да, заходите, — махнул рукой ректор вернувшемуся героем из Болгарии Новоградову, и Цербер без промедлений вошёл в богатый, полный магических артефактов кабинет.

В основном, конечно, это были безделушки, подаренные выпускниками факультета артефакторики, которые согревали сердце старика. Любил он оставить себе на память хоть что-то от покидающих стены его академии талантов. И сегодня к нему зашла попрощаться на ближайшие несколько месяцев, пожалуй, самая яркая звёздочка за последние десятилетия.

Два Игнатьевича оказались в одном кабинете, а больше ни к кому вопросов у Максима Берестьева в стенах академии и не было. Лишь с этими двумя ему необходимо было переговорить. А всё прочее, начиная с запроса на внесение изменений в его документы и вплоть до замены студенческого в связи с ошибкой в фамилии он тоже уже подал.

— О, и ты тут? — удивился Цербер, присаживаясь за стол напротив своего студента.

— Граф Берестьев не особо появлялся на публике после сражения в изломе. И я тоже был удивлён, когда, войдя в кабинет, увидел его. Стража ведь никого не пропускала, — прокомментировал Журавлёв, давая понять своему коллеге, что студент посещает академию втайне. — И пусть это сперва вызвало моё раздражение и чересчур негативные эмоции, мы уже разобрались. Граф объяснил свою позицию, так что претензий к нему у меня нет. И вести о том, что он посещал нас, не стоит разносить по всей округе.

— Я не из тех, кто слухи распускает, — нахмурился Цербер.

— И я этому очень рад, Иннокентий Игнатьевич. Итак, молодой человек, я вашу просьбу выполнил. Теперь хотел бы услышать ваше предложение.

Слово перешло к нежданному гостю, и тот, не спеша, начал объяснять цель своего визита.

— Дело в том, уважаемые, что после всего произошедшего моя позиция в империи изменилась. Отныне я не могу посвящать время учёбе и нахождению в стенах академии. Но я бы хотел сохранить за собой статус студента и получить доступ к материалам библиотеки, чтобы в свободное время продолжать обучение. Я получил новое задание от Кремля, о сути которого не могу рассказывать никому, даже вам. Постараюсь навестить вас ближе к Новому году. Иннокентий Игнатьевич, если вы хотите вернуть долг, вам придётся увольняться, но я не настолько наглый, чтобы заставить вас бросить дело всей жизни, особенно с учётом огромной пользы, что дают ваши уроки выживания и боевой подготовки. Так что ваш долг я, можно сказать, прощаю. Разве что… Если вы займётесь подготовкой моих гвардейцев на этой неделе, пока я здесь, буду благодарен.

— Далеко уезжаешь? — с благодарностью кивнул Цербер на мои слова о прощении долга.

— По стране мотаться буду. Сам не знаю, где я окажусь через неделю. Пока жду бумаги.

— Ну и хорошо. До конца недели у меня график более-менее свободный. Два занятия перенесу, так что давай адрес. Где там твоя тренировочная база?

— Своей базы, по сути, нет… К сожалению. Кощеевка. Там при усадьбе и занимаемся. На свежем воздухе.

— Сойдёт. Ещё что-то? — поинтересовался Цербер, уточняя, нужен ли он тут.

— В целом нет, уважаемый. Разве что я бы хотел вас представить своим бойцам. Давайте согласуем время вашего прибытия. Наберёте мне, как соберётесь?

Наставник записал новый номер студента и ушёл. Взгляд Берестьева переместился на ректора. Тот молчаливо смотрел на закрытую преподавателем дверь и стучал пальцем по столу.

— Ты чем Грандхимеру так жахнул, что её на куски разнесло?

— Магической бомбой.

— А где взял? Какой состав?

— Собственный рецепт, — не стал уточнять граф, что это была магическая техника и обычная взрывчатка, а не техномагический артефакт, как подумал руководитель альма-матер большинства магов империи.

— Ну ладно. Главное, что она у тебя оказалась. Сильно ты выручил. Долго бы эту тварь ковырять пришлось. Какие ты там книги взять хотел в библиотеке?

— Если честно — все… — скромно улыбнулся студент.

— А ты унесёшь?

— Хомяк утащит.

— Все отдать не могу. Ну и я так понимаю, речь не об оцифрованных общедоступных изданиях, верно?

— Да, господин ректор. Я бы хотел получить доступ к тем закрытым экземплярам, доступ к которым согласовывается с деканами факультетов либо же с ректоратом. Ну а какие не можете… Оставим эти экземпляры на следующий раз. Если вы не против.

— Кто я такой, чтобы отговаривать своих студентов от жажды знаний, — усмехнулся Журавлёв.