Я пришел убить хорвата - Николай Стародымов

Впрочем, до Бермудского треугольника или до не менее таинственного, хотя и менее известного Моря дьявола отсюда далеко. Мне бы решить более прозаичную задачу.

Итак, что мы имеем? Вот-вот перекроют окрестные дороги, начнут проверять и досматривать всех подряд. Значит, на дорогу соваться сейчас — гиблое дело. Где вероятность повальной проверки наименьшая? С удочкой на берегу реки… Почему? Потому что человек, который совершил поджог контейнера, скорее всего постарается укатить подальше, а не усесться едва ли не под мостом. Потому что поджигателя обязательно должны были бы страховать на автомобиле.

Так, может, сейчас попросту вернуться к тем двоим рыбакам и присоединиться к ним?.. Нет, не годится. Вид у меня не рыбацкий, экипировочка неподходящая… Но тем не менее, планы я строю, наверное, в нужном направлении.

Итак, река. Рыбалка. Безопасное место. Там искать вряд ли станут… Погоди-ка, но тогда вообще самое безопасное место — это железная дорога!

Так-так-так… Уже ближе, уже теплее… Нужно добраться до ближайшей платформы. В ночном ларьке купить водки. Вымыть ею руки, чтобы отбить запах ружейного масла, изобразить рыбака, возвращающегося с неудачной зорьки… А почему возвращаюсь так рано? Уснул и удочки течением унесло… Внешний вид… Рыбак я не слишком опытный, не знал, как экипироваться… Слабо, конечно. Но если «мент» сам не рыбак, может, такое хилое объяснение и пройдет… А то еще вот так: с приятелями на машине приехали, а там ночью разошлись и он, сволочь и паразит, наверное, уехал, так его и растак…

Ладно, все это детали, потом додумаю, поимпровизирую что-нибудь, если нужда будет. Главное — мешок, в котором содержатся отнюдь не рыболовецкие снасти. Выбрасывать его не хочется. Но, наверное, придется. Потому что он меня с головой выдаст.

А зачем выбрасывать? Не выбросить — только притопить, вот что нужно сделать! А потом, если нужно, вернуться и забрать. Или…

Мысль мне понравилась. Так я и сделаю! Только детали нужно будет додумать.

Теперь, когда решение принято, времени терять больше нельзя.

Решительно поднявшись, я быстро зашагал в сторону, откуда только что пришел, только теперь забирал чуть левее, ближе к мосту и подальше от места ночлега рыбаков. И тут мне повезло. Я скоро вышел на берег небольшого затончика, глубоко вдавшегося в берег. Пройдя немного вдоль него, я нашел то, что мне нужно — высокое раскоряченное дерево. Оно и будет ориентиром.

Здесь я снял мешок, положил его на землю. Вовремя спохватился, что его совсем не видно в темноте. Поэтому я откинул клапан, достал зубило и положил сверху материи. Фосфоресцирующая метка теперь четко указывала, где он находится. Сам же нашарил какую-то корягу и начал промерять глубину затончика. Раз воткнул ее в дно, второй, третий… По всему выходило, что тут всего-то метра полтора, не больше. Лучше бы, конечно, помельче, ну да выбирать не приходилось.

Достал из мешка моток прочной веревки. Остальное было делом нескольких минут. Тщательно затянул шнуры мешка. Продел веревку под лямки, другой конец ее привязал к палке. Аккуратно опустил мешок в воду, потом выпустил и палку.

Если я все правильно рассчитал, палка тоже должна оказаться под водой. Теперь ничто не указывает о том, что именно здесь на дне покоится опасный клад. И в то же время достаточно «кошкой» или даже просто рукой нащупать палку, плавающую, вопреки природе, ниже уровня воды, — и мешок будет у тебя в руках.

Все, можно двигать дальше.

Удивление Марека, открывшего дверь на мой звонок, словами описать невозможно — его нужно было видеть. Наверное, так смотрят только на выходцев с того света, когда те вдруг ни с того ни с сего заявляются в гости и просят закурить.

— Эт-то вы?

Надо ж, даже заикаться от волнения начал, бедолага!

Глупый вопрос. Можно не отвечать. Я просто отстранил Марека плечом от дверного проема и вошел в квартиру. Как и в прошлый раз, в нос ударил застоявшийся дух редко проветриваемого помещения. Правда, сегодня солнечные лучи не пронизывали клубящийся пылью атмосферу квартиры. Сегодня на улице было душно и пасмурно.

Не спрашивая разрешения, я сразу направился в комнату. Хозяин захлопнул дверь и пошел за мной.

— Ну ты даешь, — оправившись от удивления, бормотал он. — А мы думали, что ты вообще пропал…

— К вашему сожалению, не пропал и даже к вам же пришел, — обронил я. — Что дальше?

Теперь нужно ухо держать востро. Если мои опасения верны и я для Пегого и его компашки стал лишним, от меня обязательно постараются избавиться. Кто, когда и как — это уже детали. Впрочем, тут же успокаивал я себя, теперь в подобной акции, скорее всего, уже нет столь острой необходимости. Более того, моя смерть перестает для них иметь какой-то практический смысл. Одно дело, если бы труп взломщика контейнера был обнаружен неподалеку от места преступления без документов, зато с полным комплектом инструментов, тем самым обрубались бы все концы преступления. И совсем другое — где-то просто так «замочить» человека без паспорта, причастность которого к тому или иному преступлению вообще недоказуема. К тому же они, убеждал я себя, не могут быть уверены, что у меня, кроме них, нет еще какой-нибудь другой связи в городе.

…Я прошел на то же место, где сидел в прошлый раз. Оно было удобно уже тем, что с него можно было без труда контролировать обе двери.

— Где шеф? — в лоб спросил у Марека, который тоже опустился в кресло и замер в нем, выпрямившись, напряженный и настороженный.

— Какой шеф? — облизнув сухие губы, переспросил хозяин квартиры.

— А у тебя их что, несколько? — ухмыльнулся я. — Или ты квартиру предоставляешь любому, кто тебя хорошо об этом попросит?

Марек не ответил, сидел против меня, глядел выжидательно. Маловероятно, конечно, что он был посвящен во все детали связанного со мной дела, однако не мог не чувствовать, что что-то происходит не так, как планировал Пегий и это его несомненно тревожило. Потому и тревожило, что он не знал, как теперь поступить, чтобы не вызвать раздражения хозяев.

— Ладно, поставлю вопрос иначе, — снисходительно облегчил я ему задачу. — Где и когда я смогу увидеть человека, с которым мы виделись в твоем присутствии три дня назад в этой же комнате?

На лице Марека отобразилась такая сложная гамма чувств и мыслей, что его впору было бы пожалеть. Только почему-то не жалелось.

— Мне ему надо позвонить, — наконец не слишком решительно сказал он.

— Так чего же ты сидишь? Звони! — поторопил я его. — И обязательно напомни, чтобы он захватил с собой то, что мне обещал в прошлый раз за выполнение заказа.

Хозяин суетливо подхватился и вышел из комнаты, тщательно прикрыв за собой дверь. Что ж, если в ситуации разобраться объективно, он находится в собственной квартире, а потому имеет полное конституционное право на тайну переговоров. Хотя с другой стороны и я имею не меньшее право на то, чтобы знать, в каком ключе обо мне пойдет речь.

Выждав несколько секунд, достаточных для того, чтобы набрать номер, я подошел к двери и распахнул ее по возможности тише.

Марек стоял в прихожей спиной ко мне, прижимая к уху телефонную трубку.

— Санек, слушай внимательно и запоминай! — говорил он торопливо, приглушенным голосом, в первое мгновение не увидев меня. — Прямо сейчас передай…

В этот момент Марек увидел в зеркале мое отображение. И растерянно умолк, хлопая глазами в полированное стекло. Тогда я решительно забрал из его вялых пальцев трубку и сам прижал ее к уху.

— Алло! Алло! — надрывалась мембрана. — Ты чего замолчал, а, Марек?

— Это уже не Марек, — сообщил я собеседнику. — Так вот, Санек, не сочти за труд, если тебя это не слишком обременит, передай, пожалуйста, своему шефу, что Беспросветный вернулся. Что он свою часть договоренности выполнил. И что он ждет от шефа выполнения обещаний. Все понял?

Человек на том конце провода какое-то время молчал. Либо с трудом переваривал услышанную новость, либо сейчас лихорадочно прокручивал в голове варианты того, как поступить дальше.

— А я с кем сейчас разговариваю? — наконец выдал он вопрос.

Все ясно. Такую глупость мог спросить только тот самый мордоворот-телохранитель, который сопровождал Пегого в день нашего разговора.

— А ты пошевели своей единственной мозговой извилиной, если она у тебя еще окончательно не стерлась, и сообрази сам… Короче говоря, я нахожусь у Марека и жду шефа. И глядите у меня — без фокусов!..

Не дожидаясь ответа, я опустил трубку в гнездо и повернулся к Мареку. Тот глядел на меня выпученными от страха глазами. В руке он сжимал пистолет, который мелко подрагивал в пальцах.

Это очень опасно — оружие в руках перепуганного человека. Потому что он может пальнуть даже оттого, что трясущийся палец излишне резко вдавит спусковой крючок. А глупые выстрелы куда чаще находят жертву, чем тщательно выверенные…