Война 2010: Украинский фронт - Федор Березин

– Машина есть исправна – час! – сказал турок и для понятливости показал один палец и свои часы марки «Орион». – Если нет час машина – война! – для наглядности он хлопнул кобур. – Понятно, Украина?!

– Понятно, – промямлил капитан сухогруза, удивляясь превратностям судьбы. Уж сколько раз он побывал в этом самом Самсуне в виртуальном режиме, а вот теперь придется пришвартоваться там по-настоящему.

– С меня шкуру снимут, – сказал он, внезапно вспоминая о своем начальстве в порту Мариуполя.

Вполне может быть, турок не понял сложности выражения и принял произнесенное за возражение. Тогда он смахнул с капитана фуражку, хапнул за чуб и грубо потрепал из стороны в сторону. Тот инстинктивно вцепился в руку. Тогда турок поморщился и кивнул вооруженному матросу слева. Тот даже не кивнул в ответ, а просто не меняя положения ног совершил быстрое движение руками и торсом. И капитан «Сергея Середы» впервые ощутил, что такое получить прикладом под дых.

49. «Барражер»

Цель подобного типа называлась «барражёр», и относилась к разряду самых сложных. Пожалуй, ее мог превзойти разве что несущийся по стратосфере стратегический разведчик SR-71 «Чёрный дрозд», ну и конечно «стелс». Однако для борьбы с последним типом С-200 не предназначался, его боевым бизнесом значились высотные и скоростные цели. Лишь в процессе долгой «жизни» и умных доработок его обучили еще и искусству сдергивать с неба «барражёры». Но вообще-то, покуда все это являлось теорией, или даже гипотезой. Сегодняшний эксперимент командира инструкторской группы Забияки должен был подтвердить или опровергнуть давние бумажные предположения. Данный эксперимент был абсолютно чистым, здесь не планировалось никаких учебно-полигонных подстав. Самая большая сложность сейчас заключалась в поиске цели. Ведь зенитно-ракетный комплекс был вынужден работать без нормальной помощи внешних радиотехнических средств, до сей поры подчиненных предателям-штабникам. В его распоряжении оставалась только автоматизированная система целеуказания К-9М, и ее станция разведки П-14Ф. Отсутствие внешней помощи резко снижало боевые возможности в плане успешного поиска целей, и мало того, однозначно подставляло под удар, из-за вынужденного удлинения «рабочего» цикла поиска. Ведь не вызывало сомнений, что сразу после активации радиолокатора подсвета цели ЗРК будет обнаружен, а значит, по нему начнут работать все наличные боевые средства противника. Опять же, в условиях полного отсутствия предварительных данных разведки, состав сил и средств агрессора можно было лишь предполагать. Но то, что в округе, в смысле, на дальности работы современного оружия, их хватало не вызывало сомнений абсолютно.

Вообще-то сложность работы по цели типа «барражёр» заключалась в парадоксе. По идее, радиоизлучению совершенно все едино, от чего отражаться, и отскакивать назад к локатору. Конечно всяческие штуковины типа «Б-2» осуществляют с излучением различные пируэты, от чего нужные радиоволны не возвращаются к РЛС, а уходят в непонятные, энтропийные по отношению к станции, направления. Но в обычных условиях, любой объект взаимодействует с синусоидой радиоволны, а потому наблюдаем. Однако данное обстоятельство является и горем тоже. Ведь локатор помещен не в поле битвы лукосовских «Звездных войн», а значит, отраженная энергия поступает не только от летающей техники, но и от чего угодно. От гор, от деревьев, и даже от поверхности моря. То есть, если принимать все подряд, то на экране РПЦ будет сплошное поле засветки. Тем не менее, обходить это препятствие конструкторы давно научились. Они используют эффект Доплера. И потому все излучение, кое возвращается на локаторы без сдвига частоты, искусственно обрезается еще на входных контурах аппаратуры приема. Но ведь «барражёр» оттого и зовется «барражёром», что барражирует, то есть, «ходит» по небу приблизительно в одном месте и к тому же со скоростью сравнительно небольшой. Если вектор его движения перпендикулярен потоку радиолучей, то техника вырежет его отражение быстрее чем полевой хирург, набивший руку на ампутациях. Потому, в далеких восьмидесятых, когда у американцев появились С-3А, и пришлось изобретать методы для обхода своих же аппаратных примочек.

Тактические методики для уничтожения «барражёров» нашли. Естественно, единственным ЗРК, кто мог такое осуществить, являлся в те времена С-200, причем в первую очередь, из-за своей уникальной дальности. Конечно, она не равнялась дальности действия самого АВАКС-а, но, тем не менее, двести сорок километров – тоже хорошее дальнодействие. Тем более, сейчас в деле был не просто С-200 «Ангара», и даже не С-200В «Вега», а С-200Д – «Десна». Последняя из когда-тошних принципиально важных доработок системы. Между прочим, его дальнобойность по медлительной цели, то есть и по «барражёру» тоже, составляла целых двести пятьдесят пять км в максимуме.

Четвертая власть:

«…думаю, один из стимулов, повлиявших на ускорение решения Великого Национального Собрания Турецкой Республики по выходу из блока, это срочный увод – попросту бегство – американского военного контингента с территории Грузии. Как можно доверять свою безопасность партнеру, который бросил несчастных грузин на „съедение“ охамевшей русифицированной Абхазии с Осетией?…»

50. Крутой бизнес

Тут уже целая инфраструктура. Трофейные «Икарусы» и «Пазики», из взятых под контроль частных, а может и государственных автопарков, едва успевают шуршать шинами. Крутят колесики туда-сюда. Неплохо бы вообще освободить для них главную городскую трассу, дабы шли без остановок. Но сил для такого глобального контроля дорог недостаточно. Тем более, ведь рулить приходится не только по улице Артема с Университетской. Общаги раскиданы по всему городу. Главное, сам конвейер набирает обороты. Похоже, бойцы генерала Хайруллах-бея набили руку, наладили процесс, окончательно распределили обязанности. Утряслась всяческая мишура привыкания к местности и к специфике города. Офицеры оперируют крупномасштабными картами Донецка вполне уже на троечку. Некоторые без боязни листают маленькие атласы на русском языке, выпущенные для таксистов, – давние трофеи передовых разведывательных подразделений; здесь даже номера домов помечены. У одного имеется «леп-топ» с программой отображения местности, но солдаты смотрят на летёху неодобрительно. Что мы – янки какие-нибудь изнеженные? Так что он, похоже, водит по экрану маркером лишь для собственного развлечения, не для дела. Хотя ведь вокруг хватает куда более крутых развлечений. Вначале побаивались, все больше автоматами тыкали, теперь поняли, что противодействие отсутствует начисто. Так что девок в процессе загрузки удается полапать. Конечно, времени заняться чем-то посерьезнее нет. Что обидно. Вонючие «ЛАЗ-ы» ходят туда-сюда, что тот маятник. Рассказывают, в помещениях аэропорта уже давка. Почему эти дончане не умудрились за годы демократии отгрохать аэровокзал покруче? Сейчас бы он вполне-таки пригодился.

Так вот, пока первые шеренги, в поте лица, набивают тут автобусы, на аэродроме уже наверняка идет развлекуха на всю катушку. Вот всегда и всюду приятнее всего тыловым службам. И главное, им потом тоже пойдут «боевые» и прочие выплаты, а так же выслуга. Командование обещалось месяц за три с половиной. Но вот хватит ли в этом городе работы на месяц? Вообще-то на инструктаже утверждали, что столица области – город-миллионник. Да и в конце-концов, тут вообще мегаполис. Куча городов-спутников.

Кстати, темп работы нарастает еще и потому, что уже и лапать наскучило. Когда, в конце-концов, смена? Пусть другие попашут. Побегают по этажам, повытаскивают девок, прячущихся по туалетам. Вообще, мебели везде раз два и обчелся. Спрятаться просто негде. Правда, в одном месте неприятное ЧП. Киса бросилась на балкон, стала куда-то спускаться, не удержалась… Может даже и красивая была. Теперь как разобрать. Вахидэ-бей заставил двоих оттащить труп в сторонку, спрятать за крыльцом. Все ж не сразу найдут. Кровищи от расколотой головы было, шайтан знает сколько. Но зато ни из этой, ни из соседней «общаги» (так они тут зовутся) никто более не сигал, даже со второго. Зрелище ведь действительно было неприятное. Майор Вахидэ еще даже заставил перевернуть труп. Осмотрел на предмет пулевых отверстий, как все поняли. «Нет, – говорит, – все-таки несчастный случай». Главное не шутил. Правда, никто бы, наверное, и не засмеялся, даже если б шутил. Все ж, тело, удосужившийся свалиться с восьмого этажа, – неаппетитное зрелище, веселью не способствует.

Конечно же, несчастные случаи бывают и с огнестрельным оружием. Третьему взводу первой роты пришлось пустить в ход свои М-16. А что было делать? Ошиблись этажом – какая-то пацанва бросилась на них со стульями. Сержанту Мустафе выбили глаз. Ребята в злости выпуляли по пол рожка. Досталось наверное и правым и виноватым. Майор Вахидэ потом им пенял. Но устроить настоящую нахлобучку покуда не вышло. Сверху, по связи, сам генерал-лейтенант торопил не в шутку. И ведь спешить действительно требовалось. Например, одна общага оказалась вообще полупустая. Возможно, кто-то уже предупредил. Конечно, телефонные линии взяли под контроль еще в первый час, а с «мобилками» порешали еще до посадки «Гэлэкси», но ведь кое-кто мог машиной, мотоциклом проскочить. Чего сложного? Весь город асфальтирован не хуже Стамбула. Так что на месяц праздник лапанья и погрузки никак не растянуть. Разбегутся, попрячутся. Потом придется выковыривать по единице, производить для этого целые боевые операции. Неизвестно, станет ли командованье связываться. Так что внезапность – первейшее дело в этом смысле.