Душегуб - Сергей Жилин

В «тёплых огнях» шумновато, за каждым столиком идёт оживлённая беседа, все шумят. Особенно рьяно болтуны втирают Иоанну. Наш каштановолосый богач нынче злее вулкана, челюсти ходят ходуном от неудержимого порыва разнести всё вокруг.

Рад, что тебя обидели. Поднимаю бокал за того, кто на это решился.

— Эй, Винчи!

Кто там ко мне? Высокий плотный амбал с глупой мордой и пышными усами. Бывший полицейский Марк, вернувшийся с лёгкой руки Стального Тима.

— Чего нужно?

Присел рядом, что явно не свидетельствует о том, что разговор выйдет коротким. Задумал основательно прожужжать мне мозги:

— Тим сказал, ты взялся искать Душегуба, — взвалил здоровяк локоть на стойку.

— Радуйся: он не соврал.

— Зачем тебе?

— А что? Думаешь, помощи от меня дождаться? Не выйдет, Марк, потому что мы с тобой разными делами занимаемся…

Жаль, что ему ума не хватает просто встать и убраться.

— То есть? — доказал свою бестолковость амбал.

— Ты пытаешься обратно в участок затолкать свою тушу, а я детей ищу! — донёсся до его ушей мой гневный рык.

Реакция полисмена очевидна: он встал, весь такой крутой, закивал сам себе, и сделал это, безусловно, очень круто, затем кинул просто очень крутые слова:

— Тогда лучше не мешайся.

— Поверь, ты меня даже не заметишь!

Хм, в «Огнях» кого-то не хватает…

Глава 8 Возвращаясь на место преступления

В доме Гангейлов витает приторно-сладкий запах мутировавшей плесени donos finguntus. Гроза заброшенных зданий. Некоторые используют её в качестве наркотика с весьма летальным исходом. От этого жилища осталось много больше, чем от полусгнивших стен дома Эбимоля, что даёт шанс отыскать зацепки. В прихожей стоит вывороченный комод, на полу расстелен тонкий половик. Пыль плавает в воздухе, как в невесомости, медленно и вальяжно.

Помявшись на пороге, мы двинулись внутрь:

— В таком месте мог не то что Немаин зародиться, — окинул я взглядом пёстрые жёлто-зелёные островки плесени на стенах.

— Сомневаюсь, что Гангейлы жили в такой помойке.

— С другой стороны, возникновение здесь donos finguntus говорит именно о том, что хозяева не слишком заботились о гигиене, — побарабанил я пальцами по пыльному комоду. — За три года она покрыла все стены…

Юрико открыла первую дверь слева и моментально отпрыгнула назад, зажав нос со ртом рукой. Зловоние резануло по глазам, выдавив из них слёзы:

— Понятно почему, — откашливаясь, прошептала она, — у них уборная прямо в доме!

— Нужно взять анализы.

— Предоставлю это тебе, Оскар.

Пока зачерпнул в баночку небольшой комок экскрементов, успел пожалеть, что бог наградил меня носом. Стоило мне ужом выскочить из тесного закутка, как Юрико захлопнула дверь и отшатнулась подальше. Вонь ещё долго будет махать из щелей своими щупальцами.

Я с интересом изучил находку поверх очков:

— Предположим, что семья Гангейлов брезговала гигиеной, — завёл я руку за спину, — уборная прямо в жилище, редкие влажные уборки… В таких условиях вполне могла появиться болезнь.

— Так просто? — с интересом ковырнула ногтем яркую плесень напарница.

— Не совсем, — с сожалением цыкнул я языком: новые вопросы без ответов тут же всплывают и не дают покоя, — неясно, почему же в таком случае первой в Гаваре умирает Роксана Хэллуэйн, а супруга Гангейла — одной из последних?

— Одна была слабее здоровьем, а другая — сильнее.

— Как вообще госпожа Хэллуэйн заразилась? — щёлкнул я пальцами в пустоту. — Не хватает фактов. Обыщем дом.

— Зачем? — возразила Юрико, но, тем не менее, двинулась за мной во тьму здания. — Что мы ищем?

— Не знаю…

Попробуй объяснить свои ощущения. Просто что-то подсказывает, что мостики между фактами протянуты неправильно. Я бы мог довольствоваться тем, что Немаин зародился здесь, в этом самом доме… Но что я за специалист, если не восстановлю полную картину.

Решили разделиться. Разошлись по разным направлениям, я попал в крошечную комнату, свет в которую попадает через дыру в крыше. Стол и какие-то шкафчики засыпаны трухлявыми щепками, сапоги погрязают в пыли.

Похоже на кухню. По крайней мере, наличие ныне неиспользуемых холодильника и микроволновой печи говорят именно об этом.

В ведре в углу гниёт тряпка, рядом рассыпается шкаф, вычищенный до последней крошки. Ящик за ящиком я выбрасываю на пол, но ровным счётом ничего не нахожу. Всевозможные хлебницы, какие-то банки — всюду пусто. Местные вынесли всё, что представляет хоть маломальскую ценность. Оставили лишь то, что неудобно нести.

Под столом приютилась пустая кастрюля, за шкафом благоухает ещё одно скопление donos finguntus. Прямо рядом с крупным жёлто-зелёным пятном отошли обои… а за ними что-то есть.

Еле дотянулся до подозрительного участка, естественно, изгваздав рукав в ржавчине и пыли. Пальцы отодрали кусок обоев — там и впрямь оказалась спрятана ниша. Совсем небольшая, но вполне пригодная для хранения какой-то коробочки. Металлический портсигар. На крышке всё ещё читается название города в Нидерландах, где производились сигары. Внутри звенит десяток монет на сумму девятнадцать звонов.

Заначка заставляет серьёзно задуматься: предположим, чета Гангейлов не была дураками, тогда зачем им откладывать деньги? Здесь каждая монетка на счету, сомневаюсь, что у пары нашлось столько лишних денег на чёрный день. Дай бог, тут не каждый день считается чёрным.

Три варианта: семья просто прятала деньги от воров, откладывала на что-то дорогое (обе версии меня не устраивают) и кто-то из пары прятал деньги от супруга… на что?

— Оскар!

Бросившись на звук, я обнаружил японку в соседней комнате. Она разворотила пол с целью извлечения из-под досок небольшого свёртка. В нём оказался белый порошок.

— Наркотик, — легко определила Юрико, — слишком мало — Гангейлы им не торговали. Употребляли эту дрянь.

— Не оба. Я тут нашёл на кухне портсигар, а в нём деньги. Скорее всего, один из Гангейлов тайно от другого копил на наркотик.

— Тогда ситуация проясняется, — напарница пересыпала порошок в пластиковую баночку. — Употребляющие наркотик чаще других болеют: ослабление иммунитета, подрыв здоровья, да ко всему прочему изготавливают порошок в таких условиях, что зараза так и липнет. Это как раз вписывается в теорию специалистов из Центра.

— Немаин в Сакра Ципионе появился среди наркоманов, — подхватил я. — А одна партия может быть распространена на огромные расстояния, плюс приобрести её могут спустя десятки лет…