Левиратный брак (СИ) - Татьяна Алферьева

— По-моему бежать бесполезно, — рассмеялась она, чтобы скрыть охватившее её от неожиданной близости смущение. — Мы уже вымокли с вами до нитки.

Она выскользнула из кольца мужских рук, скинула туфли и подняла вспыхнувшее лицо к небу, наслаждаясь дождём. Сверкнуло. Следом раскатисто пророкотал гром. Каунти с изумлением глядел на девушку, до сих пор ощущая в руках её гибкое податливое тело без малейшего признака корсета. После отъезда мужа Лилиана ни разу его не надевала.

— Дважды за это лето попадаю под ливень! — прокричала она. — Бежим!

Девушка подхватила подол платья и туфли и побежала по дорожке, прыгая из одной лужи в другую. Потемневшее небо разорвала надвое длинная ветвистая молния, громыхнуло где-то совсем рядом. Впереди показалось крыльцо дома.

— Бог мой! Как вы промокли! — запричитала графиня Дейшир, увидев вернувшихся с прогулки Лилиану и герцога. — А я говорила — будет дождь.

— Сделайте маркизе тёплую ванну и приготовьте одежду леди Аны, — между тем отдал распоряжения слугам Каунти, стараясь не глядеть при этом на Лилиану. Мокрое платье липло к её стройному телу, откровенно прорисовывая его соблазнительные очертания.

— Только не задерживайтесь, маркиза, — попросила леди Арабелла. — Я боюсь оставаться одна в такую сильную грозу.

Горничная проводила Лилиану на второй этаж в комнату со светлыми обоями и простой обстановкой: кровать, платяной шкаф, комод с прибитым над ним зеркалом и медвежья шкура на полу перед камином. Из комнаты был выход на длинный крытый балкон, который являлся общим сразу для нескольких комнат. После ванны одевшись в светло голубое платье с чужого плеча, которое оказалось немного велико и в длину и в ширину, Лил спустилась в гостиную, где её с нетерпением поджидала леди Арабелла. Следом вошёл Каунти, так же переодевшийся во всё сухое.

— Похоже, герцог заманил и взял нас с вами в плен, маркиза, — хмыкнула графиня, глядя в окно на непрекращающийся дождь. — Раз так, предлагаю сыграть в преферанс за чашечкой горячего чая.

— Боюсь, я буду для вас плохой компанией, — развела руками Лил. — Никогда не играла в эту игру.

— Никогда не поздно научиться, — уверенно заявила пожилая леди. — Грэг, ты не против перекинуться в картишки?

— Почту за честь, Ваше сиятельство, — улыбнулся герцог.

За чаем и картами под шорох дождя за окном непринуждённо потекла беседа.

— Так значит, через неделю ты едешь в столицу? — уточнила у Каунти графиня. — Что ж, по всей видимости, Его величество хочет окончательно реабилитировать тебя в глазах общества и подобрать тебе подходящую невесту. То-то начнётся паника среди мамашек девиц на выданье. И осенний сезон пропускать нельзя и ты тут как тут. Эх, не была бы я так стара, поехала бы, посмотрела на эту комедию. Леди Мариана, а вы когда едете в Йордан?

— Пока не знаю.

— Как не знаете? Начало осеннего бального сезона не за горами. Где пропадает ваш муж?

— В Пенуэле, на выставке.

— Ох, уж эти мужчины со своей страстью к лошадям, собакам, оружию. Такая хорошенькая женщина вынуждена скучать в провинции из-за того, что мужу вздумалось поехать на какую-то выставку.

— Поверьте, мне совсем не скучно.

— Так я и поверила. Кстати, родители Виктора живут в столице. Могли бы пригласить вас к себе, раз муж шатается неизвестно где.

К вечеру графиня заметно взбодрилась, оказавшись довольно разговорчивой и весёлой особой. После карт, она заставила Лилиану сесть за клавесин музицировать, а герцога — услаждать её слух пением. Богатый бархатистый голос Грегори Каунти обволакивал и пробирал до глубины души. Лилиана подняла на мужчину глаза, уверенная, что он на неё не смотрит, и неожиданно для себя встретилась с его внимательный взглядом. Он пел для графини, а глядел на Лил. В глубине его тёмно-серых глаз скрывалось что-то затаённое, невысказанное. Девушка поспешила отвернуться, прогоняя возникшие внутри странные ощущения.

Ужин заметно затянулся. Говорила в основном графиня, вспоминая стародавние времена. Она была прекрасным рассказчикам, и слушать её можно было бесконечно. Жизнь старой леди оказалась богата событиями, описание которых графиня щедро приправляла своим отменным юмором и тонкой иронией. Поэтому разошлись по комнатам все трое ближе к полуночи, когда бродившая неподалёку гроза решила вернуться.

На этот раз раскаты грома безостановочно следовали один за другим. В комнате было светло от прорезавших небо причудливых молний. Лилиана не удержалась, завернулась в покрывало и вышла на балкон, чтобы быть ближе к разгулявшейся стихии. Она с удовольствием вдохнула ни с чем несравнимый аромат грозы. Очередная яркая вспышка осветила балкон, и Лил вздрогнула, поняв, что стоит на нём не одна. Неподалёку от неё неподвижно замер герцог, глядя прямо перед собой.

— Вы тоже любите грозу? — спросил он, пользуясь передышкой между раскатами.

— Да, — девушка успела ответить прежде, чем снова ухнул гром.

— Сегодня был чудесный вечер, один из лучших в моей жизни, — герцог говорил достаточно громко, чтобы Лил слышала, но она всё-таки сделала несколько шагов ему навстречу.

— Вы так грустно об этом сказали, словно, подобное никогда больше не повторится. Но у вас всё впереди. Всё для вас только начинается, — горячо произнесла девушка.

— Возможно, — не стал отрицать герцог.

В вспышке молнии его глаза показались Лилиане угольно-чёрными. Волосы были собраны в хвост, делая черты лица строже, отчётливее.

— Обычно женщины боятся грозы. Из комнаты леди Арабеллы я слышал испуганные вздохи.

— Так надо пойти успокоить её. Проводите меня.

Она оказалась совсем рядом. Стоило только протянуть руку, чтобы прикоснуться к её волосам или лицу, или снова ощутить в объятиях гибкое стройное тело. Ни одна женщина не вызывала в нём, зрелом, повидавшем и испытавшем многое мужчине такую бурю эмоций, как эта юная девушка и чужая жена. Чистая, искренняя, светлая и совершенно для него недоступная по причине своей принадлежности другому. Пора брать себя в руки, иначе…

Герцог глубоко вздохнул, пальцы непроизвольно сжались в кулаки:

— Её дверь следующая после вашей.

Лилиана подошла, постучала.

— Леди Арабелла, это я Мари! Пустите меня.

Изнутри ослышался шорох, после чего дверь широко распахнулась.

— Деточка! Как хорошо, что ты пришла. Я ужасно боюсь грозы. Однажды я видела как…

Дальше слышно не было. Маркиза вошла в комнату. Герцог приблизился вплотную к перилам балкона и долго стоял под долетавшими сюда холодными каплями дождя, вспоминая прошедший день. Да он хотел ещё раз увидеть рыжеволосую красавицу с лучистыми голубыми глазами и тёплой улыбкой. Он каждый день ездил в Коэн, но девушка больше там не появлялась. Тогда он пригласил её на обед, а чтобы соблюсти приличия, позвал единственную соседку, которая не отказала бы ему в визите, старого и верного друга их семьи — графиню Дейшир. И не учёл одного, что пойдя на поводу своих желаний, попадёт в самую настоящую западню. Западню её глаз, её голоса, её движений…А теперь остывая под холодной дождевой водой, он медленно приходил в себя, понимая, что зашёл слишком далеко.