Одинаковые (СИ) - Дорских Лоя

«Я у входа в клуб. Выходи!» — улыбка сама растянулась на лице, стоило прочитать сообщение от Саши.

— Вер? — и даже скептичный взгляд Леры не смог её стереть с моего лица.

Соколов Александр.

Уснуть у меня так и не вышло. Сначала таращился в окно, вливая в себя чай, потом, на автомате перешёл на кофе. Какой уж тут сон?

Затем Паша проснулся с жаждой крови в глазах. Правда, такой настрой наступил не сразу, а после разговора с мамой, которая телефонным звонком его и разбудила, очень тактично предлагая записаться к одному врачу узкой специализации. Ох, Вера, знала бы ты, каких трудов мне стоило отговорить братишку от поездки к вам с явно членовредительскими целями!

Полностью порыв души Паши заглушить не удалось — план мести в его голове всё же созрел, но обрушится сия кара сегодня исключительно на Лерину голову. Кто же виноват, что у неё сегодня смена в клубе, а Паша как раз после обеда свободен? Мне остаётся лишь надеяться, что всё пройдёт без эксцессов. Шальную идейку поехать вместе с ним, отбросил в сторону. У меня на день уже были намечены совершенно другие планы.

Первым делом нужно навестить родителей и серьёзно с ними поговорить на счёт Стаса. У меня было достаточно времени ночью, чтобы всё взвесить и принять несколько решений на этот счёт. Раз Инна не может держать язык за зубами, то почему бы и мне не сделать сестрёнке ответную услугу? Тем более, что настраивать родителей против мужчины я и не собирался. Мысли такие в голове были, даже отрицать не буду, но это ребячество какое-то!

Нет, я собирался просто рассказать о нём правду, немного сдобрив её своим личным мнением о мужчине. Чуть-чуть приукрашенном мнении, естественно. Ну, и как-то логично объяснить гору вранья самой Инны, которую она уже успела им наворотить в разговорах о «мальчике».

Затем, по плану, было наведаться к самой Инне и очень доходчиво разъяснить что, кому и как можно рассказывать, а о чём лучше промолчать.

Ну, и третье дело на день — встретиться с Жанной. Можно было бы и по телефону ей объяснить всё, но что-то мне подсказывало, что личный разговор дойдёт до неё куда быстрее.

Влив в себя ещё пару кружек кофе, спустился к машине, по пути звоня отцу, сообщая о скором приезде.

Разговор с ними вышел гораздо легче, чем я себе представлял, хоть и затянулся на полдня. Больше всего их возмущало враньё дочери, чем возраст «мальчика». Может быть на это повлияло моё замечание, что сам Стас знает об этой ситуации и, несмотря на своё недовольство, уважает Инну и ждёт пока она сама поймёт абсурдность происходящего. Да, мои ораторские способности в купе с уверенными заявлениями, что Стас — надёжный и адекватный мужчина, а Инна — непонятно почему стесняется его возраста (по сути — на пять лет всего старше нас с Пашей), однозначно своё дело сделали.

Поставив себе мысленную галочку с припиской «выполнено», поехал к сестрёнке. Цени, Стасик, мою доброту. Надеюсь, после моего жеста доброй воли и он перестанет вмешиваться в мои отношения с Верой.

Отношения с Верой.

Вот тут я окончательно ничего не решил, кроме того, что не плохо было бы с ней сегодня встретиться. Но, это после того, как со всем остальным закончу.

Предупреждать сестрёнку о приезде не стал, чем очень её удивил.

— Я внимательно тебя слушаю, — как только Инна открыла дверь в квартиру, без предисловий и приветствий прошёл в комнату, под слегка опешившим взглядом сестры.

— А… — выдавила она из себя, закрывая входную дверь и проходя следом за мной, остановилась рядом с диваном, на котором я расположился. — Что случилось? Это из-за вашей встречи со Стасом? Что вчера…

— Да, — перебил её, — вот на счёт Стаса я тебя и слушаю.

— А что на счёт него? — уточнила сестрёнка, непонимающе хлопая глазами.

— Ну, для начала, почему он развёлся с женой, — прикинул я на вскидку. — Затем, сколько отношений у него было после, да и сколько перед самой женитьбой, если знаешь, тоже озвучь, будь добра. Изменял ли он Насте, или не изменял, и далее по списку. Начинай!

Я даже рукой махнул, давая ей отмашку к действию. Клокочущее внутри раздражение и не пытался скрывать.

— А с какой стати я должна тебя посвящать в детали его личной жизни? — переварив мои вопросы, возмутилась Инна.

— Ну, перед ним же ты активно потрясла нашим с Пашей грязным бельём, подробно рассказывая о личной жизни каждого из нас! — рыкнул я, заметив мгновенную перемену в сестрёнке. — И подобных вопросов у тебя в голове почему-то не возникало!

— Саш, я… — Инна открывала и закрывала рот, пытаясь оправдаться. — Я ничего такого и не рассказывала…

— Да ты что? — деланно удивился. — То есть мне показалось, что Стас тыкнул меня носом в моё же прошлое, как сопливого котёнка?

— Я не знаю…

— И про мои измены Жанне он тоже с потолка взял? — перебил сестру, медленно поднимаясь с дивана. — Вот только с чего ты про них взяла? Свечку держала?

— Саша, я…

— Что? — переспросил, скрестив на груди руки.

— Я ничего такого не рассказывала! — перешла на крик сестра. — Да даже если и говорила — всё так и было! И пари ваши дурацкие, и череда баб непонятных, и Тутти твоя — скажешь не было ничего такого?!

— Это не даёт тебе никакого права молотить языком перед посторонними людьми! — осадил сестру.

— Стас — не посторонний, — гордо выдала Инна, встретившись со мной взглядом.

— Серьёзно? — криво усмехнулся, предупреждающе поднимая руку, обрывая готовые вырваться из неё крики. — Инна, вот скажи, мы с Пашей хоть раз влезали в твою личную жизнь? Может быть, мы преследовали твоих парней, или запрещали тебе с кем-то общаться? Чёрт, да мы даже Никиту твоего пальцем не тронули, когда ты убивалась по нему ревя белугой!

— А нос он себе тогда сам сломал? — поджав губы уточнила сестрёнка. — Неудачно чихнув?

— Нет, родная моя, это у Паши нервы не выдержали чуть раньше моих, — пожал я плечами. — Но заметь, случилось это только тогда, когда вы окончательно расстались.

— К чему ты про него вообще вспомнил? — устало вздохнула сестра.

— К тому, что, уважая границы твоей личной жизни, я, наивно предполагал ответное уважение с твоей стороны, — вкрадчиво объяснил. — А по итогу твой Стасик вылил на меня ведро помоев, объясняя, почему таким как я не место рядом с его сёстрами.

— Он так сказал? — совсем тихо произнесла Инна, но быстро отмахнулась, вновь добавив голосу уверенности. — Знаешь, в чём-то он прав. Да и вообще, ваш спор всё равно потерпел фиаско, так что лучше оставить девчонок в покое, не находишь?

— Я надеюсь, что ты меня услышала, — просто ответил, направляясь в прихожую, бросая ей на ходу через плечо. — Кстати, я сегодня поговорил с родителями о Стасе.

— Что ты сделал?! — заверещала сестрёнка, бросаясь за мной следом. — Да как ты вообще мог…

— Так же, как и ты, — перебил её. — Но, в отличие от тебя, преподнёс информацию нормально. Теперь единственное, что не устраивает родителей в Стасе — это то, что они ещё не знакомы, и его врушка-девушка.

— А… — Инна замерла с открытым ртом.

— Про Настю с Лёшкой я не рассказывал, ограничившись лишь возрастом, — продолжил, игнорируя её реакцию. — Этовашажизнь ивашедело, как, когда и что вы расскажете маме с папой.

Судя по тихому «спасибо» и появившемуся румянцу на щеках Инны, мой выпад попал в цель. Что ж, пункт номер два выполнен, осталась лишь бывшая.

Не успел я сесть в машину, прикидывая где лучше встретиться с Жанной, как телефон пиликнул входящим. На ловца и зверь, что ли? Но, нет. Писала мне Вера.

Занимался ли Паша боксом, занимался ли Паша самбо… Да чем мы только не занимались! Правда, не ожидал, что братец потащит Леру на ринг. Зачем? Ну, ответ на последний вопрос решил уточнить на месте, раз Вера нехотя согласилась встретиться.

— Язва, — улыбнулся, ещё раз пробежав глазами по последнему сообщению от девушки, сцеживая зевок в кулак и заводя машину.

Даже писать ей больше ничего не стал, чтоб не давать возможность слиться. Тем более, что адрес клуба я и так знаю.