АркАДьев: Пробуждение крови - Тим Волков

учет. Только вот есть момент — парочку бандитов я уже успел замочить, и если их кинулись искать, то ничего хорошего не жди.

— Значит, так. Жди меня за углом у полицейского участка с моей одеждой.

Я вручил Лансу халат.

— Упакуй только ее, чтобы видно не было.

— Зачем вас ждать?

— Пойдем делать ставки на зеро.

Я позвонил Кате, которая жила в этой же гостинице, спросил насчет регистрации. Они про это тоже знали. Мне повезло, никто из девчонок Общества изучения древних артефактов в полицию не ходил. Я подвязался сходить с ними. Идти в группе будет безопасней и не привлечет большого внимания. Скажу, что тоже пишут какую-нибудь диссертацию, потому и захотел приехать сюда. Если спросят.

Девушки планировали выйти минут через двадцать. Я быстро расспросил Ланса о том, как пройти до нужного места, и вышел на улицу. Дождался девчонок, и мы двинули по нужному адресу.

Город предстал великаном. Все здесь было огромным — дома, рекламные вывески, супермаркеты, — кроме самих людей. Жители, сотни тысяч, шли сплошным потоком, погруженные в напряженные думы. На нас не обращали внимания, даже не смотря на наш нетипичный вид — все потому, что каждый был погружен в гаджеты. И только когда у кого-то кончалась зарядка и он отрывал взгляда от телефона, то невольно обращал на нас свой удивленный взгляд. Туристов в Красном Китае было немного. Всё-таки, другой мир, а не соседняя страна.

До полицейского участка мы дошли минут за тридцать. И изрядно вымотались. Город, невероятно большой и душный, высасывал силы.

Мы зашли в помещение, показали дежурному визы, и он сразу же все понял без лишних слов. Встал и кивнул нам — идемте.

Мы прошли в отдельный кабинет и долго там кого-то ждали. Краем глаза я увидел камеру видеонаблюдения, висящую в верхнем углу комнаты, и мне стало не по себе. Наверняка наблюдают сейчас за нами. Поэтому лучше вести себя расслабленно и естественно. Но это получалось так себе — сказывалась нервозность.

Когда ждать уже надоело, и мы подумывали о том, чтобы вновь вернуться к дежурному и попросить позвать кого-то, дверь вдруг распахнулась, и к нам вошел человек.

Я не сомневался ни минуты, кто это такой — подсказала интуиция. Военная выправка, идеально выглаженная форма, хозяйские манеры поведения. Без сомнения, это был начальник полицейского участка господин Ченг, про которого мне рассказывал Ланс.

И вошедший мне сразу же не понравился.

Начальник полицейского участка района господин Ченг был крепким седым мужчиной с крючковатым носом и едким взглядом. Костяшки кулаков его были сбиты в каменные кругляши, что говорило о том, что Ченг не гнушался и сам заходить на допросы. Причем, делал это с явным удовольствием и усердностью.

— Рад приветствовать вас, уважаемые гости! — произнес полицейский. — Удивлены, что понимаете меня?

— Нет, — ответила за всех Катя, с упреком поглядывая на вошедшего. — Мушку-переводчика нам уже всем вручили, когда мы только спустились на берег. Так что мы вас вполне хорошо понимаем.

На лице Ченга отразилась ледяная улыбка, полная яда.

— Вы просвещённые, — произнес он, оглядывая каждого.

— Нам бы на учет встать, — напомнила Наташа цель нашего визита.

— Верно, — кивнул Ченг, словно издеваясь над нами. — На учет вам, и в самом деле, нужно встать. Таков закон. А закон мы должны соблюдать? Ведь так?

Последний вопрос он произнес нажимом, глядя сразу на всех и как бы по отдельности на каждого. Я понял, что Ченг обладает каким-то очень редким магическим даром или способностью, похожей на ментальность. Он сейчас проверял нас, сканировал, пытаясь понять, кто мы такие, на самом деле.

— Нам нужно заполнить какие-то бумаги? — спросила Вероника, когда пауза затянулась слишком долго.

— Бумаги? Нет, ни к чему, — покачал головой Ченг.

— А как же…

— Я просто побеседую с вами. И по результатам этой беседы решу — давать вам учет по магическим дарам или запретить пользоваться вашими умениями под угрозой смертной казни.

Последняя фраза произвела эффект. У девушек удивлённо вытянулись лица.

— У нас очень строго с этим, — пояснил полицейский. — Тем более, вы чужестранцы. До совсем недавнего времени мы вообще никого не пускали к нам. У нас был закрытый мир.

«Он и сейчас таким является», — хотел сказать я, но благоразумно промолчал.

— Наш мир — баланс всего самого лучшего, что только может создать коммунистическая партия. Двигаясь огромными шагами к окончательной победе коммунизма, мы строго следим за тем, чтобы каждый человек вносил вклад в общее дело. И не вставал на пути несущегося в светлое будущее локомотива.

Ченг выпрямил грудь, стал важно и протяжно декламировать явно заученный текст:

— Красный Китай — уникальный мир, где коммунизм свершился в полном своем воплощении. Наша общая цель — беспримерная победа человека над силами природы, полет инженерной мысли, торжество человеческого ума в науке и технике. Воплощенный гений нашего народа, воля и триумф тружеников, труд освобождающий — вот подтверждение могучей силы коммунизма и коммунистической партии. Честь и слава нашему народу! Честь и слава!

Воцарилась пауза — мы все смотрели на Ченга, не зная, как реагировать на эту его странную речь.

— Поэтому любой чужак, появившийся здесь, может этот баланс, выстроенный годами, разрушить, — прежним тоном произнес Ченг. — Понимаете, зачем нужен учет? И почему так все строго?

Мы что-то нестройно буркнули.

— Поэтому вы сегодня здесь, — Ченг растянулся в неприятной улыбке, обнажая ряд мелких желтых зубов. — И я рад, что вы пришли. Оказались ответственными ребятами. А то ведь знаете, как бывает. Приедут, сочтут наши законы неважными, простой формальностью, думают — успеют встать на учет. И забывают. Город большой, красивый, удивиться можно. Вот и отвлекаются. А время идёт. И потом наступает час расплаты.

С этими словами он вдруг перевел взгляд на меня. Но его психологическая уловка не сработала — я никак не отреагировал на это.