Легенды острова Джерси (ЛП) - Майклз Эррен

Его глаза искали женщину. Она стояла, промокшая и продуваемая ветром, по колено в прибое, широко раскинув руки, словно ожидая его объятий.

«Приди ко мне», ее голос был почти песней, такой полный жизни. Ее полные, красные губы обещали безопасность, тепло и многое другое. Она тосковала по нему; он слышал это в ее голосе.

Мимо Брендана пробежал матрос, поскользнувшись на мокрой палубе и чуть не упав, когда он скинул ботинки и нырнул головой вперед в море. Нос Морского волка приподнялся на волне, а затем раздавил его при падении.

— Иди ко мне, иди ко мне, иди ко мне…

Ее голова была запрокинута, ручейки воды стекали по ее шее, между грудей и вниз по ногам, когда морские брызги хлестали вокруг нее.

Брендан потянул штурвал, вскрикнув от усилия повернуть руль.

— Иди ко мне, иди ко мне сейчас же!

Корабль содрогнулся от прилива и начал медленный разворот. Возможно, слишком поздно. Волны разворачивали корму, угрожая разбить ее бортом о скалы.

— Поворачивай, ублюдок! — крикнул Брендан, и каким-то образом корабль начал приближаться к берегу. Теперь он мог видеть женщину так ясно, ее приоткрытые губы, мокрые от дождя, ее длинные ноги, едва скрытые прозрачной пленкой платья. Был виден каждый изгиб ее бледного тела, а глаза, казалось, горели холодным огнем. Последовала вспышка света, и он увидел, что ее глаза были насыщенного сине-зеленого цвета коварного океана. Она была бледна, как труп, как недавно утонувшая женщина. Ей, должно быть, так холодно. Он не доверил бы лодке добраться до берега. Он поплывет к ней.

Мысли о Колин улетучились, как далекий сон, когда штормовая песня шептала и ревела. Когда Брендан отпустил руль, нос лодки врезался в берег под волнами и резко накренил заднюю часть лодки вправо, где она врезалась в камни у основания утесов. Удар с силой отбросил Брендана с корабля в прибой. Когда он погрузился в воду, его обдало холодом, а в ушах зазвенел шум воды. Он приподнялся над поверхностью, смаргивая морскую воду с глаз и отбрасывая темные волосы с лица, чтобы увидеть, как корабль, покачиваясь, приближается к нему. Задыхаясь и борясь с течением, Брендан повернулся и оттолкнулся, но отступающие волны потащили его обратно. Его нога ударилась о скользкую гальку под ним, и ему удалось остановить свое продвижение, затем его отбросило вперед, когда новая волна обрушилась на него, сбив с ног. Он наглотался воды и вынырнул, кашляя, с трудом продвигаясь вперед, преодолевая беспорядочное сопротивление течения, мокрые камни предательски скользили под его ботинками.

Корабль застонал позади него с треском ломающихся досок. Оглянувшись, Брендан увидел, что он неумолимо надвигается, чтобы раздавить его, и, когда мужчина отпрянул назад, нос снова врезался в берег и остановился. Фигура рычащего деревянного волка остановилась в нескольких дюймах от его лица. Издав вздох, похожий на смех, Брендан повернулся и направился сквозь воду к суше. Чье-то тело ударилось о его бедра, и Брендан вцепился пальцами в воротник мужчины, прежде чем его успело смыть. Он вытащил тело на берег, покачиваясь от прилива, и в изнеможении упал на колени на мокрую черную гальку пляжа.

Мужчина, которого он вытащил из воды, один из пассажиров, начал задыхаться и его вырвало. Брендан поискал глазами бледную женщину, которая привела их на сушу. Слева от него стояла она, все еще протягивая руки к волнам, в то время как мужчины пробирались к ней сквозь прибой. Она вышла из воды, проталкиваясь мимо тел погибших и тонущих, игнорируя призывы тех, кто не умел плавать. Тела барахтались в волнах, их свободные конечности болтались, как у марионеток с натянутыми нитями.

Стройный и бледный молодой человек сидел, скрестив ноги, на большом плоском камне позади нее. Белый камень лежал, как упавший монолит, резко выделяясь на фоне черной гальки пляжа. Брендан заметил его только тогда, когда мужчина небрежно развернулся и спрыгнул со своего насеста. Не обращая внимания на наряды, которые он носил, молодой человек без спешки вошел в океан и начал вытаскивать живых людей и тела на берег. Он с легкостью поднимал людей гораздо крупнее себя и бесцеремонно сбрасывал каждого матроса на темную гальку, прежде чем перейти к следующему.

Один измученный моряк добрался до женщины на четвереньках. Он схватил ее за ноги, пальцы слабо теребили тонкую ткань ее платья. Охваченный внезапной силой, рожденной ревностью и негодованием, Брендан с трудом поднялся на ноги и шагнул вперед, камни захрустели под его ботинками, чтобы прижать мужчину к земле.

— Миледи, — прошептал он, опускаясь на колени перед женщиной, — меня зовут Брендан Вульф. Вы спасли меня. Вы спасли нас всех.

Она посмотрела на него сверху вниз своими холодными глазами и рассмеялась, как будто он сказал что-то очень забавное.

— Мне нравятся волки, — сказала она, и ее пьянящий голос обрушился на него, как теплая волна.

Брендан поднес ее руку к губам и страстно поцеловал ледяные пальцы. Этого было недостаточно. Никогда ничего не будет достаточно. Страсть захлестнула его, и он встал, чтобы заключить ее в объятия. Ее красота была безупречна. Черты ее лица были такими тонкими, что казались высеченными изо льда рукой мастера. Ее глаза, прикрытые снежными ресницами, были холодны, как море, охваченное штормом. На ней не было никаких украшений, кроме простого ожерелья из белой ленты с резным каменным кулоном. Ее рот, красный, как свежая рана, был изогнут в приглашающей улыбке.

Воспоминания Брендана о Колин стали не более чем постоянной щекоткой в глубине его сознания. Обещания, которыми они поклялись, и слова любви, которыми они обменялись, казались такими глупыми, когда он смотрел в океанские глубины бирюзовых глаз этой женщины. Он поцеловал ее холодные губы с чувственной силой, притягивая ее стройное тело к своему. Он почувствовал острую боль во рту и почувствовал вкус своей крови в том месте, где она его укусила. Он был благодарен ей за жестокость.

Он снова отстранился, чтобы посмотреть на нее, восхититься ею. Ее красные губы широко улыбнулись ему. Его кровь была у нее на подбородке и блестела на острых, как иглы, зубах.

Внезапный резкий удар сзади по коленям заставил его упасть, ударившись головой о каменистую землю. Он лежал, оглушенный, лицом вверх на черной гальке.

— Брат, — укоризненно сказала женщина бледному юноше, который стоял над Бренданом с презрением в глазах.

— Не играй с едой, Селена, — вяло ответил мужчина. Наклонившись, он нежно поцеловал ее и слизнул кровь Брендана с ее губ. — Оставь этого глупого ребенка и помоги мне с остальными, — добавил он.

Ошеломленный Брендан наблюдал, как бледные брат и сестра работали вместе, вытаскивая живых и мертвых из моря. Когда один из матросов попытался вырваться из хватки бледного брата, юноша бросился вперед и вонзил свои острые зубы в горло мужчины. Моряк вскоре затих.

Селена поднимала взрослых мужчин без усилий, ее худые руки легко справлялись с мертвым весом трупов и цепкими руками живых. Многие из них страстно тянулись к Селене, и она крепко целовала их, пока они не падали, окровавленные и ошеломленные. Брендан сгорал от ревности, даже когда его тело сотрясала сильная дрожь. Он был мокрым и продрогшим, и умирающий ветер пронизывал его промокшую одежду, как холодный нож.

Его рот онемел в том месте, где Селена укусила его. Его лицо покалывало, и он не мог найти в себе сил встать или даже пошевелиться. Он хотел подойти к этой женщине, объяснить ей свою внезапную любовь, но странный паралич не покидал его тела.

Буря утихла так же быстро, как и поднялась, и наступил холодный и серый рассвет. Волны успокоились, пока бледные брат и сестра работали. Брендан мог видеть их время от времени краем глаза, они исчезали из поля зрения, когда уносили моряков через скалы, а затем возвращались. По большей части он просто смотрел вверх, на холодное небо и холмы. Штормовые вороны висели на затихающем ветру, их хриплые крики смягчались шипением прибоя. Выгоревший красный цвет сухого вереска и очертания черно-красных скал над ним начали казаться знакомыми. Он понял, что они были очень близки к своему первоначальному пункту назначения. Он лежал на маленьком пляже под скромными утесами Сорел-Пойнт на севере острова. Они находились недалеко от предполагаемого места назначения Морского Волка — бухты Гуднайт, которую франкоговорящие жители Джерси называли Bonne Nuit. Он находился в нескольких минутах ходьбы от таверны Ла Фонтен, где он и его команда часто останавливались, чтобы выпить подогретого сидра. Вероятно, они находились всего в нескольких шагах от пещер, которые он и его команда использовали для хранения своего драгоценного груза контрабандистов. Груза, который теперь был разбросан или разбит под волнами. Его корабль был уничтожен, и он лишился средств к существованию. Его команда была мертва и умирала в воде, но если бы Селена только поцеловала его снова, тогда все это стоило бы того.