Попаданец. Маг Тени. Книга 10 - Серг Усов

тогда хотя бы малахит и другие камни сбывать, пока не придумаем что-то насчёт нашей посуды?

— А если ещё за городом портал сделать? — предложила Гадюка. — И ввозить через ворота с уплатой сбора?

— Угу. — наморщил лоб попаданец. — И кто этим будет заниматься? Почтенный Джеймс Бонд? У него времени на это нет. К тому же, проблема-то общая, не только Ровены коснётся. Ладно, я подумаю. Наверное, ещё люди потребуются, и с порталами да, ты, похоже права. Рик, Аля, что у нас с Борзым?

— Да ничего, командир. — пожал плечами ол Шеми. — Всё по прежнему, продолжает Але делать похабные намёки и с каждым разом всё настойчивей. Извини, но я его скоро прибью. Постараюсь сделать это незаметно. Хотя мне и так трудно быть тайным агентом.

— Что так? — внимательно посмотрел на него ол Рей.

— Аура, Джеймс. — ответил тот. — Никогда не думал, что это так утомляет, если держать её закрытой по полсуток. Раньше я хоть в кабинете на работе, оставаясь один, мог раскрываться, а сейчас мне посадили одарённую сотрудницу в помощники, так что расслабляюсь теперь только дома.

— Меня ревнует к какому-то толстяку, а сам себе красотку на работе завёл. — доверительно, склонившись к уху землянина, сообщила Гадюка. — Понятно, она же ола, а я кто?

— Ты красивая, Аля. — ответил Немченко. — И Рик тебя любит. А с приставучим авторитетом я сам сейчас вопрос решу. Без смертоубийства и драк. Никто ничего не поймёт.

А ведь у циничной воровки, отметил про себя Андрей, пусть и бывшей, реально начал развиваться комплекс неполноценности, после того, как её судьба свела с олом Шеми, которого она не на шутку полюбила, как и он её. Два любящих и ревнивых сердца прикипели друг к другу. Что ж, с уголовником Немченко разберётся прямо сегодня, а вот с муками Али пока не всё понятно. Если адепту семи стихий со временем действительно станет по силам создавать одарённых из простолюдинов, то Гадюка у него первая в очереди, пусть даже там откат к повторному применению такой возможности больше месяца. У него не такая уж и большая, что называется, скамейка запасных — младший магистр Гурс, капитаны Фрайс Рантин и Лицерос. Может ещё насчёт кого-то подумает.

— Сами? — не удивилась бывшая воровка, зная привычку своего могущественного начальника и господина лично ввязываться в решение вопросов, которые зачастую могли бы решаться и без него.

— Ну, да. — Андрей всё же взял с подноса кисть винограда. — Этот негодяй обедает всё там же?

— Где же ещё. — пожала плечами Гадюка. — Могу я спросить, какую участь вы Борзому приготовили? Ой, прости, папа — ты приготовил.

— Увидите, точнее узнаете. Чуть-чуть попозже. — усмехнулся благородный Анд. — Не при ребёнке.

— Какой я ребёнок, отец⁈ — возмутился Жора. — Я почти студент!

— Не при почти студенте. — поправился ол Рей.

Полученное от весёлой девочки Аиды заклинание называлось усмирение плоти. В зависимости от количества вложенного в него энергии человек — не важно, мужчина или женщина — терял интерес к плотским утехам, становясь к ним просто неспособным, на месяц, два и более до года. Тогда, глядя в невинные голубые глаза весёлой девочки-смерти, Андрей постеснялся чего-либо уточнять помимо полученного при освоении заклинания. Но суть понял, и ладно. Не думал, не гадал, что такая мелкая пакость может ему когда-нибудь пригодиться, однако, в данном случае, усмирение плоти будет в самый раз. Так что, зря он иногда оценивает большинство даров стихий как бесполезные. Жизнь предстоит долгая, мало ли что когда-то пригодится?

Уголовный авторитет, контролирующий этот район, обычно днём перемещался по нему, и искать его Немченко не видел смысла. Проще дождаться, когда Борзой вернётся в свой штаб, местонахождение которого олу Рею было хорошо известно, и там уж встретиться, разумеется, не показываясь главарю банды на глаза. До полудня оставалось ещё полтора часа, и землянин провёл его в беседе с соратниками.

Проверил знания Жоры, чему там в школе его учат, Гадюке передал новые рисунки нарядов, сделанные Джисой, а с Риком обсудил те сведения, которые в первую очередь интересуют разведку и лично благородного Анда. Понятно, самый важный сейчас вопрос был касаемый членов миллетского клуба. Сменит ли кто-то из десятиранговых олов на фронте погибшего ола Мейсера.

— Кончено, совет гильдии не та организация, где такой вопрос будет обсуждаться. — размышлял вслух попаданец.

— Извини, но у нас обсуждается всё подряд. — коротко рассмеялся ол Шеми. — Прибыли и убытки торговцев порой зависят вовсе уж от совсем посторонних причин. Так что, я обязательно узнаю в ближайшее же время, если кто-то действительно соберётся на восточную границу. Воспользуюсь эфирником или?

— Эфирником. — уточнил ол Рей. — Не знаю, когда в следующий раз к вам выберусь. Так, вы мне ничего вернуть не хотите? — намекнул он на кристаллы иллюзиона.

— Мы бы ещё их смотрели много раз. — сказал Жора. — Не надоедает совсем.

— Да? — усмехнулся Андрей, поднимаясь, ему уже пора было идти в гости к банде. — Тогда вот, держи ещё. — протянул он два небольших янтарных кубика. — Тут о пиратах Карибского моря. Не знаю, где это, — соврал с чистой душой. — Стихия тени мне многого не рассказывает.

Во дворе устроили картинное прощание с обниманием, поцелуями и слезами почтенной Али. Выйдя из ворот ол Рей свернул сразу же на первом проходе между оградами, где в кустах сирени скинул облик Джеймса Бонда, ушёл в сумрак и переместился на склады иногородних товаров, где располагался штаб шайки.

В комнате главаря он застал четверых человек — самого Борзого, развалившегося в кресле и неспеша поедающего финики, сидевшего перед ним на табурете худого пожилого, прилично одетого мужчину и двоих бугаев в кожаных безрукавках с бычьим выражением лиц.

Помещение — Немченко почувствовал — защищалось сигнальными артефактами, но, понятно, перед адептом тени десятого ранга такая охрана бессильна. Окно имелось только одно, да и то плотно закрыто ставнями, комната освещалась слабеньким амулетом и двумя масляными лампами, коптившими у двери за спинами бандитов, из-за чего обстановка выглядела зловещей. Не для адепта семи стихий, разумеется.

— Как же так, Тирарис, — с чуть заметной усмешкой говорил главарь шайки. — Скотобойня твоя хорошо процветает, мясо трижды в день отправляется на городские рынки и по лавкам. Никто тебя не