Неожиданный наследник 2 (СИ) - Яманов Александр

Присутствующие дураками не являлись и прекрасно поняли, о чём речь. Я спокойно могу обойтись без них, а заодно устроить резню аристократии. Под шумок никто и не заметит, как погиб тот или иной вельможа. Судя по Трубецкому, опасливо передёрнувшему плечами, до него дошло, что он находится во дворце без всякой охраны, а вокруг мои люди. Не стоит демонизировать молодых гвардейцев, решивших встать под мои знамёна. Думаю, многие сделали такой шаг вполне искренне. Но старые интриганы, не раз предававшие императоров и нарушавшие присягу, судят о людях по себе. Они бы точно избавились от ненужных препятствий.

— Что вы предлагаете? — произнёс Гагарин, не испугавшийся моих намёков, в отличие от товарищей.

— Военная и экономическая коллегии, сохранение всех прежних званий. Вознаграждения я обсужу с каждым из вас после подавления мятежа, — аристократы малость переволновались и уже не могли сдерживать чувства. И мои слова им точно не понравились, — Но я молод и неопытен. Мне понадобится поддержка столь талантливых государственных мужей. Того же Панина или Воронцова я не вижу во главе Коллегии иностранных дел. Надо подобрать достойного человека, что весьма не просто. И советоваться я намерен с вами. А есть ещё Камер, Вотчинная, Мануфактур, Штатс коллегии. Туда надо назначить грамотных людей. Я против того, чтобы они были вашими близкими родственниками. Надеюсь, что все собравшиеся понимают необходимость успокоения общества. Только выбирать людей я буду из предложенных вами кандидатов. Думаю, этого уже немало.

Народ призадумался. Явно недовольным был только Шувалов, надеявшийся вернуть своему худому роду ту безраздельную власть, которая была при Елизавете. Но здесь хватает других пауков, которые уже готовы перегрызть генерал-адъютанту горло. Ведь зять или двоюродный племянник — это не близкая родня, а значит, его можно посадить в нужное кресло. Решаю подкинуть алчным вельможам ещё одну косточку.

— Сенат в нынешнем виде меня не устраивает. Я вижу в нём всех присутствующих, а остальных кандидатов будем обсуждать. То же самое касается придворных должностей, оставлю их на ваше усмотрение. Не все, но большую часть, — а вот тут народ сразу приободрился.

Сенат и коллегии — это хорошо. Но те же камергеры и прочие камер-шенки располагали ещё большей властью и доступом к финансам. Главное, чтобы новые соратники не вспомнили, что я не упомянул Адмирал, Коммерц, Ревизион, Юстиц и Медицинскую коллегии. Эти ведомства я никому не отдам, так как поставлю туда своих людей. Пусть они пока и будут больше креатурами Шешковского.

— Кроме всего прочего, я хочу создать Особую комиссию, которая займётся судом над участниками мятежа во главе с Орловыми. И в ней я вижу только присутствующих здесь персон. Мне кажется, что заговор глубже и в него вовлечено гораздо больше людей. Поэтому доверять я могу только вам. Для примера возьмите командующих полками, их заместителей или большую часть сенаторов. Все дружно сказались больными или у них появились дела в имениях. Я бы более внимательно рассмотрел каждый случай, заодно подумал, кого из данных господ необходимо заменить.

А вот здесь уже все чуть не поддались вперёд, слушая мои слова. Они теперь мои, несмотря на недовольство Шувалова. Ведь речь идёт о перетряске гвардии и высшего чиновничества. Что открывает весьма любопытные перспективы. Но надо немного окоротить запросы гостей. Пусть поразмышляют, заодно начнут интриговать друг против друга.

— Я ещё подумаю о комиссии. Предлагаю обсудить подробности после ареста бунтовщиков. Заодно прошу вас приложить все силы и показать, что вы принимаете участие в общем деле. Мне не нужны недовольные поручики и прочие молодые авантюристы. России необходимо спокойствие, а его могут обеспечить только опытные люди вроде вас.

— Ваше Высочество просто не понимает всю опасность сложившейся ситуации. Малороссия бурлит и крайне недовольна последними действиями польских властей. Но сначала полыхнёт Правобережье, а затем и Левобережье. Это принесёт немало урона и России. А ведь есть ещё Крым с османами, которые могут поддержать гайдамаков с казаками. Но мятеж на польской стороне нам выгоден. Надо только первыми сделать верный шаг.

Глава Малороссийской коллегии Кирилл Разумовский заливался соловьём. Его появление в Аничковом дворце удивило даже Шешковского. Шестёрка заговорщиков только покинула мой дом, как явился новый гость. И ведь не выгонишь столь важную персону. Пришлось вместо обсуждения предстоящего захвата Зимнего, выслушивать велеречивого брата фаворита Елизаветы.

Меня удивляет это явление, ставшее обычным для России. Понятно, что на престоле женщины. Но неужели нельзя ограничиться только постелью и не подпускать любовников к управлению государством? Да, среди родственников счастливчиков, сумевших пробраться в спальню правительницы, встречались толковые люди. Тот же Алексей Орлов или сидящий напротив бывший гетман. Но неужели державе нужны все эти Бироны, Разумовские, Шуваловы и Орловы? Хочешь постельную забаву? То дело житейское и естественное. Но зачем осыпать недостойных людей золотом и отдавать им в руки управление страной? Взять того же Фридриха, который разделяет свою личную жизнь и государство. Что-то среднее получилось у Екатерины. Вот только слишком дорого обходились казне её игрушки с толпами родичей.

По словам Щербатова, коим я склонен доверять, Кирилл Разумовский — талантливый и полезный для страны человек. Только смущает его излишняя забота о Малороссии в ущерб общему делу. Вот и сейчас он попросил ни много ни мало, а восстановление Гетманщины с собой во главе, разумеется. По его словам, подобный шаг необходим для восстановления спокойствия в тех землях. А заодно для будущего захвата Правобережья, где вскоре должно вспыхнуть восстание против Речи Посполитой. Понятно, что освобождённые земли должны перейти к новому образованию, более похожему на удильное княжество, нежели губернию. Мнение поляков по данному вопросу Кирилла Григорьевича не волновало.

Мол, русские войска сначала просто займут земли на правом берегу Днепра, а далее начнётся работа дипломатов. Ведь в Польше и так стоят наши полки. Зато православное население будет под защитой, и уменьшится гнёт магнатов над крепостными. При этом граф сам является крупнейшим землевладельцем и особо не заботится о своих крестьянах, выжимая из них все соки. Но отчего-то Россия должна вступить в конфликт с поляками и создать для него полунезависимую вотчину.

Понятно, что предложение бывшего гетмана состояло из красивых фраз, которые не меняли сути. Мне угрожали возможным восстанием, которое должно охватить все южные православные земли. С учётом того, что сейчас в Речи Посполитой неспокойно, и зашевелилась Порта, науськивая своих крымских шакалов на очередной набег, ситуация выглядит тревожной. Будь на моём месте прежний Ваня, то граф мог добиться своего. Но Майор вдолбил мне в голову несколько важнейших вещей. И одна из них звучала так: без Малороссии России не быть империей. А ещё страшнее дать трём ветвям единого русского народа развиваться самостоятельно. Никаких речей о полунезависимых землях даже речи быть не может. Более того, надо давить любые попытки разъединить православные народы.

Я ведь понимаю, что крепостное право надо отменять. Но ведь именно такие, как Разумовский и являются оплотом этого устаревшего и дикого явления. Поэтому сразу понятно, что граф хочет больше власти. А в будущем он может задуматься о независимости. Не удивлюсь, если Разумовский и является главным подстрекателем к бунту. Ведь начнись сейчас одновременно восстание гайдамаков с казаками, самих поляков против нас, да ещё война с османами, то России будет нелегко. Победа достанется ценой огромных жертв и урона казне.

Поэтому я решил не скрывать своих идей перед умным человеком.

— Вы у нас президент Петербургской академии наук. Вот и займитесь образованием в империи. У меня много мыслей по реформам в данной области. И здесь понадобится опыт знающего человека, — судя по застывшему лицу, граф ждал совершенно иной ответ, — Я слышал, что вы разработали немало прожектов, пошедших на пользу империи. Поэтому жду вас через месяц, когда всё наладится. Мне нужен хотя бы набросок того, как улучшить образование в России. И дело должно касаться не только университетов, но и школ. Последние даже важнее.