Танец строптивых - Ксенольетта Мечтательная

— С ним все нормально, Ори, — по-настоящему успокоила меня Линди, — Все о тебе спрашивает. Не волновалась ли ты сильно, и все ли у тебя хорошо.

— А раньше он чем думал? — задала правильный вопрос Элания, — Это у нас то, у девушек, логика неправильная? — уже адресовала Мони.

— Опять из-за Риаса поругаемся, — обреченно бормотала Киви.

— Нам всем пора отдыхать, — заключил Райан.

Никто не смел противиться его слову. На ужин никто тоже идти не захотел. Когда мы остались с Линди наедине, я пошла отлеживаться в горячей воде, пытаясь отходить от стресса.

— Я не просто влюбилась, — тихо вела разговор сама с собой, — Я люблю его.

Мне не хотелось плакать, но тоска плескалась в душе. Как так вышло, что все вот так? Сначала он любит меня, а я его терпеть не могу. Теперь… Я люблю его, а он ненавидит меня.

Стук в дверь.

— Ори, к тебе Асель пришла. Я… Ори, она просит передать тебе, что ты проиграла.

Внутри все обрывается. Когда? Неужели? Кобеан не мог.

Я надела халат на голое тело, чтобы сэкономить время и выбежала в коридор. Напротив, двери огненного принца стояла Асель. Дверь открылась и оттуда была протянута рука принца. Я не понимала. Это было не страшно. Это было ошеломляюще и неправильно. Он обещал! Он…

— Кобеан! — не сдержалась я.

Принц вышел в коридор, чтобы приобнять Асель и посмотреть на меня так, будто я была для него прилипалой. Я подошла ближе, чтобы не кричать.

— Я же говорила тебе, Коби…, — слышу от Асель.

— Не переживай, моя прекрасная, я все улажу, — доносится от Кобеана, но адресуется не мне.

Принц поднимает на меня тяжелый взгляд, и я понимаю, что он трезвый. Он опоен? Нет, тогда бы он был более несобранный. А от зачарования он был бы слишком агрессивен. Тогда что?

— Ориса, я…, — пытается оправдываться Кобеан, отводя виноватый взгляд, — Если честно то, когда узнал правду о тебе. Ты не подходишь мне, Ори. Оставь меня в покое, пожалуйста, — были его последние слова прежде, чем он склонился за поцелуем к красавице.

Паре было не до смущения и не до меня. Это был не тот романтичный Кобеан, которого я знала. С Асель он вел себя уверенней и это было мне неприятно. Неприятно смотреть на это.

— Я скучал, Асель, — произносит тихо, но потом хмурится и окидывает меня осуждающим взглядом.

Он хочет, чтобы я ушла. Кому я верила все это время? Не было ярости и ревности. Я развернулась, чтобы пройти к себе, когда соседская дверь напротив распахнулась. Тиретис куда-то уходил, он окинул меня равнодушным взглядом, чтобы потом перевести этот же взгляд на пару в конце коридора. У него не было никаких эмоций на лице, он сделал пару шагов, но из комнаты выбежал Риас.

— Ты забыл, — отдает он какой-то конверт Тиретису, — До завтра! — улыбается, засовывая руки в карманы.

Ледяной принц кивает ему в ответ. Риас разворачивается, пробегает быстрым взглядом по мне, но останавливает взгляд в конце коридора. Его глаза широко округляются, и он быстро переводит внимание на меня.

— Ори, ты… С тобой все хорошо, Ори? — волнуется он.

Я на негнущихся ногах прохожу к себе в комнату, где ко мне подскакивает Линди. Она спрашивает, что произошло и почему Асель победила? Но, я хочу побыть одна.

— Все хорошо, Линди, — нахожу в себе силы улыбнуться, чтобы она успокоилась, — Тогда я, пожалуй, тоже хочу поваляться в горячей воде, — прекрасно все понимает подруга.

Я сажусь на кровать, не понимая своих чувств. Я доверяла Кобеану. Он обещал. Он всегда был заботлив и вежлив. Но только со мной… Помнишь, Ори, как он был жесток с Риасом? А когда-то винил Райана. Он осуждал Эланию, говоря, что она ядовитая и не стоит моего внимания. Лицемерный Кобеан! Я стала ему не нужна, как Ориса Дезант. Не понимаю только, почему он тянул так долго? Зачем говорил об обратном? Больно и гадко на душе. И это он еще говорил, что Риас плохой.

Риас. От воспоминания о нем, в душе опять все подернулось. Он волновался. Весь этот день он будто пытался наладить со мной отношения. Просто… по-своему. Он ведь всегда такой. Неправильный и неадекватный. Я закрываю глаза, чтобы снова увидеть, как Кобеан возвышается над страдающим в агонии Риасом. Кобеан, что сейчас ликует, нежась в объятиях первой красавицы академии. А Риас в одиночестве. Тиретис ушел и не вернется до завтра. Какого Риасу быть одному? Он же всегда жаждет внимания и общения. Это задевает.

«Ори, ты просто ищешь причины и оправдания», — шепчет мне вторая Ориса. Та, что на стороне Риаса.

— Я больше не буду сдерживаться, — бормочу себе.

Я поднялась, распахивая ворот махрового халата. Проверяю отсутствие кулонов, что сняла перед ванной. Закрываю глаза и отгоняю мысли, что отговаривают и просят не делать глупостей. Хватит, Ори!

Соседская дверь, как всегда гостеприимна. Риас стоял, облокотившись на стол напротив двери и хмурился, изучая бумаги. Он не услышал меня, увидел краем глаза. Он поднял на меня удивленный взгляд.

— Ори, ты…?

— Молчи, Риас, — уже я прошу о такой просьбе.

Он не ожидал моих рук на своей талии. Листы посыпались на пол, шелестя, но нам все равно. Я тянусь одной рукой к его лицу, ласково провожу кончиками пальцев по щеке, чтобы направить руку дальше к волосам и закопаться. Они приятны на ощупь. Шелковые. Я зарываюсь в них, и склоняю Риаса к поцелую. Он смотрит неотрывно, непонимающе. Не сопротивляется, но и не помогает мне. Тянусь, чтобы ощутить губами его мягкие губы. Слабое, еле ощутимое движение от него навстречу. Такое осторожное, будто не понимает, чего я хочу. А может и вправду, не понимает?

— Риас, — тихо выдыхаю, прерывая легкий поцелуй, — На мне нет защиты. Я без кулонов. Пожалуйста, Риас, не гони меня, — я закрываю глаза, от страха и немного от стыда.

Он молчал, все громче и громче дыша. Он молчал, а у меня в груди все сжималось. Рука стискивает ткань его рубашки.

— Боги, Ори, — услышала я прежде, чем его руки заскользили по моей талии.

Его губы накрыли мои в жадном порыве, языки переплелись. Новый уверенный поцелуй вскружил голову, выбивая все мысли и переживания. Сильные руки прижимали к себе, блуждая на моей спине. Вызывая дрожь в теле и сбивчивое дыхание. Он оторвался от поцелуя, чтобы продолжить его, прокладывая дорожку от подбородка по шее к ключицам, вынуждая запрокинуть голову назад. Не удается сдержать стона при вздохе.

— Ори, — шепчет Риас, отрываясь и заглядывая в мои опьяненные желанием глаза.

Его руки отпустили из объятий. Я теряюсь, пугаюсь, но уже успокаиваюсь. Риас медленно развязывает халат, чтобы после аккуратно обхватить мой овал лица.

— Если что-то… Скажи мне, Ори, — прошептал Риас, внимательно вглядываясь в мое лицо, — Только скажи.