Дети пространства - Ирина Емельянова

верхней четыре помельче, одна покрупнее — мегасекунды и сотни килосекунд, внизу три покрупнее, две помельче. И всё это вместе было одним большим числом — количеством секунд с полуночи 1 января 1970 года по Гринвичу. А третьей строчкой бежало привычное Карлу земное время — по часовому поясу Китая, по которому жила Порт-Шамбала.

Остающиеся на Земле

Анджей и Мара сидели за столиком причального кафе-автомата и сквозь огромные окна причальной галереи наблюдали, как на темнеющем восточном небе медленно карабкается вверх яркая звёздочка выхлопа двигателей «Марианны». Провожающие уже разошлись, они были на причале одни. Только в динамиках за стойкой кафе ещё звучала заказанная кем-то песня:

Когда уходим мы к неведомым высотам,

За нами в небе след искрящийся лежит.

И первая любовь с названием «работа»

Останется при нас оставшуюся жизнь.[9]

— Вот и Карл улетел, — нарушил молчание Анджей. — Простой студент-технарь из лаборатории Шварцвассера взял и отправился в Галактику. А я, который всю жизнь считал себя лёгким на подъем, сижу здесь.

— Какие проблемы? — откликнулась Мара. — Не последний корабль в Солнечной системе. Позавчера вон вышел из скачка толиманский грузовик назначением под Арктур.

— Но я же не специалист по корабельным двигателям, меня в экипаж не возьмут.

— Ты журналист. В обитаемых мирах это довольно востребованная профессия. А пассажирский билет стоит не запредельную сумму. До Арктура тебе точно хватит, а там заработаешь. Там явно не откажутся увидеть себя глазами землянина. Да и лекции о Земле можно читать…

В динамиках пел хрипловатый мужской голос:

Механик наш смеётся

И курит, как всегда.

Смеётся, смеётся,

А пламя в топке бьётся,

И кто-то расстаётся

С любовью навсегда…[10]

— Ты так легко предлагаешь мне куда-то уехать от тебя на годы?

— А кто я такая, чтоб мешать тебе путешествовать? Я нэви в третьем поколении, космонавт в седьмом. Я просто не представляю себе другой жизни. В кино видела, в книжках читала, но не представляю. Все вокруг меня живут именно так — люди встречаются, между ними вспыхивают какие-то яркие отношения, а потом каждый уходит в свой рейс, и годами только от барменов в провинциальных космопортах и узнают, что дорогой им человек been there, done this. Бывает, узнают, что никогда больше не встретятся с этим человеком. Это плата за право летать. И если я сама не собираюсь отказываться от этого права, то тем более не вправе мешать тебе. Если я тебя полюбила, значит, в тебе тоже живёт чувство полёта.

Мара замолчала, и над столиком повисла неловкая тишина. Только древний бард пел:

Разлука, разлука,

Дрожит в окне звезда.

Разлука, разлука,

Ночные города…

Любительское кино и техническая эстетика

— Алло, Карл, — спросила Лада по внутрикорабельному телефону. — Ты случайно не разбираешься в вашем земном андеграундном искусстве?

— В чем-чем?

— Например, в непрофессиональном кино с cinematron.org или в текстах с Самиздата.

— Ну ты как спросишь… А зачем вам это надо?

— Понимаешь, Келли Лависко слил нам бэкапы этих сайтов. Полные. Сказал, что это куча навоза, где попадаются жемчужные зерна, которыми, собственно, и питается интеллектуальная элита Земли. Я тут пытаюсь разобраться и составить какие-то плейлисты, которые можно будет толкать в колониях, но получается, прямо скажем, плохо. Объёмы какие-то сатанинские. У вас что, все десять миллиардов только тем и занимаются, что снимают кино и пишут книги?

— Интересно, а как это соотносится с законами о копирайте? — усмехнулся Карл.

— Какие законы о копирайте, когда мы уже за пределами земной атмосферы? И кстати, как ты думаешь, откуда в Порт-Шамбале бэкапы этих сайтов? Да потому, что в Порт-Шамбале они и хостятся. Рядом с antispace.org. Его, кстати, нам тоже скинули. Мы в штурманской уже все поржали, теперь ваша, механиков, очередь. А почему они хостятся в Порт-Шамбале? Правильно, потому что любой, кто заявит требование что-то удалить с хостящегося там сайта, будет послан комендантом базы далеко и надолго. Дробинки пересчитывать в шрапнельном заряде главного калибра «Сюркуфа» или ещё куда-то в этом роде. В общем, приходи в картографическую рубку, мы там разбираем эти завалы.

Карл уже вполне освоился с расположением помещений на «Марианне», поэтому до картографической рубки добрался без труда. Кроме Лады, он там обнаружил старпома Джилли.

— Ну и как разбираться во всем этом хозяйстве? Здесь сотни тысяч фильмов.

— Обычно, — пояснил Карл. — Берёшь какой-нибудь фильм, который заведомо знаешь, и выбираешь «Люди, которые смотрели этот фильм, смотрели также…».

— Да, но здесь у нас не работающий сайт, а бэкап.

— Ну, бэкап базы данных тоже должен быть.

— Ага, есть, сейчас посмотрим. Блин, ну кто ж так проектирует высоконагруженные базы?!

Карл взглянул Ладе через плечо. На экране была ER-диаграмма базы данных сайта cinematron.org.

— Обычное дело. Наверняка они какой-нибудь ORM использовали.

— Чего-чего?

— Object-relational mapping. Такой фреймворк для быстрой разработки в объектно-ориентированной среде.

— Нифига ж себе! Сайт, на который, по уверениям Келли, регулярно ходит больше народу, чем всё население системы Арктура — и сделан на какой-то хрени для быстрого прототипирования!

— А у вас, что, не используют средств быстрого прототипирования?

— Почему не используют? Используют, только по назначению.

— А у нас на Земле, как правило, потом не переделывают. Особенно в вебе. Пипл хавает.

— Почти на любой планете, пока ты будешь дожидаться ответа от системы палочек и бечёвочек, тебя самого схавают. Это там, где каждый квадратный сантиметр настолько цивилизован, как на Земле, можно позволить себе жить в карточных домиках.

— А на Лемурии? Она ведь куда цивилизованней Земли.

— На Лемурии говорят, что при попытке выдать конструкцию из слюней и резинки от трусов за техническое решение к тебе явится призрак какого-нибудь древнего арктурианца и заявит, что твоё грубое надругательство над технической эстетикой заставляет его переворачиваться в гробу. А он за миллион лет уже привык лежать там спокойно.

— И что?

— Что делают призраки с живыми, над которыми хотят грубо надругаться? Говорят, что никого из тех, к кому в первые годы колонизации приходили такие призраки, никто больше не видел. А с тех пор на Лемурии научились не оскорблять техно-эстетические чувства покойных арктурианцев… Ладно, я вроде разобралась, что тут к чему у вашего древнеанглийского монаха[11].

— Тогда сначала вытаскивай те фильмы, по которым больше всего комментариев за последний месяц.

— Угу… Ой, что здесь Маркина курсовая по