Утро псового лая. День вторжения-1 (том 1-2) - Андрей Завадский

-- Ну а сюда тебя все-таки, зачем вытащили? - перевел разговор на другую тему, занимавшую его сейчас гораздо больше, чем непрекращающаяся война в далеких пустынях, Рой. - Здесь все же никто не стреляет. Не думаю, что эти странные перестановки, которые затеяли русские, настолько важны. Они занимаются реформами со времен Советского Союза, и пока получили от этого больше вреда, чем пользы, еще и озолотив кое-кого из западных банкиров, дававших прошлым правительствам России немалые кредиты.

-- Нет войны говоришь? - многозначительно усмехнулся Гарри. - Ну, дай то бог, чтобы так оно и было. - Хопкинс вдруг разом посерьезнел: - Ты здесь недавно, я знаю, а потому еще не понял специфику здешней жизни. С того дня, когда Советский Союз приказал долго жить, власти почти не вмешивались в дела бизнеса, и то, что за несколько месяцев сразу три крупнейшие нефтяные компании перешли в собственность государства, означает только одно - новая власть затеяла что-то настолько серьезное, что мы с тобой и представить не сможем. И это абсолютно несравнимо с той мышиной возней, называемой "демократическими преобразованиями", которой увлекались все предшественники нового русского президента.

-- И что бы это могло значить? - недоуменно спросил Рой, который действительно был удивлен происходящими в этой стране изменениями.

Собственно, в той или иной мере покупкой таких гигантов, как "Севернефть", средняя прибыль которых составляла не менее десяти миллиардов долларов, внезапно возникшей государственной компанией, были удивлены и даже напуганы без исключения все иностранцы, так или иначе связанные с Россией. И, вероятно, русские понимали, в каком состоянии находятся их партнеры, и именно поэтому глава "Росэнергии" Вадим Захаров решил лично ответить на вопросы иностранных журналистов, причем не сразу, а умело выждав момент, когда страсти накалятся до предела. По крайней мере, сам Миллер считал именно так.

-- Понятия не имею, - честно ответил Гарри. - Но в любом случае, такого раньше не было. Действия русского президента и его окружения слишком отличаются от поведения его предшественников, - со знанием дела сообщил британец. - Русские нефтяные магнаты за годы свободного рынка набрали такую силу, что давно уже перестали замечать официальные власти, создав, по сути, свои маленькие империи, доходы которых вполне можно сравнить с бюджетом многих европейских стран. Они исправно платили налоги, пополняя бюджет России, и за это их никто не трогал. Но то, что правительство решило вмешаться в эту сферу, потратив огромные деньги на то, чтобы выкупить контрольные пакеты акций этих монстров, свидетельствует о серьезных долгосрочных планах, которые вынашивает новое руководство этой страны. Потратив миллиарды, русские сейчас не могут рассчитывать на быструю прибыль, а это означает, что их замысел направлен в будущее, возможно, на многие годы вперед. И не думаю, что нашим соотечественникам, тем, кто имеет много денег или много власти, что почти одно и то же, эти планы придутся по душе. И, между прочим, - добавил Хопкинс, - очень странно то, что русские олигархи все как один, добровольно расстаются с такими прибыльными компаниями, стоит только эмиссарам "Росэнергии" появиться в их офисах. Признаюсь, это кажется странным, друг мой.

-- А этот Захаров, кто он такой, - спросил Миллер, прерывая не на шутку разошедшегося Хопкинса. - Откуда он взялся? Я раньше не слышал про него.

-- Темная лошадка, - дал краткое определение главе "Росэнегрии" Гарри. - Он был военным финансистом, успел еще послужить в Афганистане, там и со Швецовым познакомился, как я понимаю. Потом, когда распался Союз, занимался разным бизнесом, в том числе и с нашими фирмами сотрудничал, так что повадки твоих и моих соотечественников знает неплохо. Ну а когда Швецова избрали президентом, Захаров стал одним из первых, кого тот включил в свою новую команду. Видимо, правду говорят, усмехнулся Хопкинс, - армейское братство - это навсегда. Причем, мне известно, компании, в которых работал Захаров, были весьма успешными, при этом ни разу не оказавшись в поле зрения правоохранительных органов, а это о многом говорит. В России очень трудно делать деньги законным путем, но Захарову это, вероятно, удавалось. Он не занимался откровенным криминалом, и при том оказался достаточно крепким, чтобы его самого не подмяли под себя местные бандиты, которые любят чужие деньги. Так что это крутой парень, жесткий, настоящий профессионал. Думаю, президент сделал правильный выбор, поставив Захарова во главе новой корпорации. Чтобы так быстро сломить здешних воротил, поголовно связанных с криминалом, требуются стальные нервы и недюжинная отвага, ведь ради своих денег эти акулы готовы на все.

-- Дамы и господа, - по залу разнесся голос подошедшего к микрофону, установленному на трибуне, молодого человека в сером костюме, с прицепленным к уху миниатюрным наушником. - Прошу вас занять свои места. Сейчас господин Захаров будет отвечать на ваши вопросы.

Безымянный распорядитель отступил назад, пропуская к микрофону самого ожидаемого человека этого вечера. В просторном зале сразу стихли все разговоры, и установилась тишина, нарушаемая только щелчками фотоаппаратов, да звучавшим в дальнем углу приглушенным речитативом на итальянском языке. Расположившиеся у дальней стены операторы прильнули к своим камерам. Зал озарили многочисленные фотовспышки.

-- Добрый день, дамы и господа, - произнес Вадим Захаров на хорошем английском, подойдя к микрофону. - Благодарю вас, что собрались здесь по нашей просьбе и предлагаю, не затягивая с формальностями, перейти сразу к делу. Я знаю, у вас накопилось немало вопросов, дорогие друзья. Прошу вас, леди и джентльмены, задавайте ваши вопросы, не стесняйтесь. Ну а я постараюсь ответить на них откровенно и полно.

Сейчас, увидев руководителя "Росэнергии" в живую, Рой подумал, что телекамеры ему льстили. Захаров оказался невысоким и весьма плотного телосложения человеком. Лицо его избороздили многочисленные морщины, скрыть которые не мог даже умело наложенный грим. Не укрылись от взгляда опытного журналиста и мешки под глазами Захарова, свидетельствовавшие не то о его пристрастии к водке, не то о множестве бессонных ночей, проведенных на рабочем месте. Миллер, хотя прежде и не часто бывавший в России, знал о ней не только благодаря голливудскии киноподелкам, а потому склонялся больше ко второму варианту, тем более, после рассказанного Хопкинсом.

Рой успел кое-что узнать об этом человеке, слишком образованном, чтобы проводить свое время в обществе бутылки с сорокаградусной жидкостью, столь уважаемой в этой стране. И усталый вид Захарова говорил о том, что он не за деньги, а за совесть исполнял волю президента. Миллер видел перед собой порядком утомленного, но не потерявшего уверенность в себе человека, в повадках которого, в каждом его движении даже сейчас чувствовался офицер.

Захаров был одет в дорогой костюм, который, тем не менее, висел на нем мешком, хотя сшит был наверняка по точной мерке. Глава "Росэнергии" вероятно был подслеповат, поскольку часто щурился, глядя в даль, и не желая надеть на публике очки.

Вообще внешне Вадим Захаров походил на классического бухгалтера, привыкшего проводить большую часть своего времени среди ведомостей, в пыли архивов. Невысокий, полноватый, хотя явно старавшийся держать себя в форме, с большими залысинами, чуть прикрытыми начесанными волосами, в которых серебрилась седина, этот человек не производил впечатления жесткого и решительного руководителя, доверенного лица самого президента страны. Заметно волновавшийся перед публикой, казавшийся рассеянным, он словно бы против собственной воли, по чьему-то приказу оказался здесь. Но во взгляде Вадима Захарова ощущалась твердость и уверенность, скрытая сила, способная сломить любого. Возможно, решил, разглядывая русского, Миллер, весь внешний вид Захарова, его столь явное смущение, были призван ввести в заблуждение собравшуюся сегодня здесь публику.

Едва только Захаров произнес последние слова, сразу несколько человек в зале вскочили со своих кресел, буквально выкрикивая обращенные к главе "Росэнергии" вопросы и при этом перебивая друг друга, хотя в этот момент Миллер мог поклясться, что каждый хотел сказать одно и то же.

-- Пожалуйста, сэр, прошу вас, - Захаров вдруг указал на Хопкинса. - Задавайте ваш вопрос.

-- Гарри Хопкинс, "Би-Би-Си", - первым делом представился репортер. Хотя он в совершенстве владел русским языком, говорил Гарри все же по-английски, дабы быть понятым своими коллегами, хотя и те тоже в большинстве своем свободно владели русским языком. - Мистер Захаров, скажите, пожалуйста, что ждет европейских потребителей российского газа и нефти после перехода их основных поставщиков в собственность новой государственной компании? Будут ли соблюдаться ранее заключенные соглашения?