Планета трех солнц - Владимир Бабула

Приемник замолчал. В наступившей тишине жутко завывал ветер, в иллюминатор стучал песчаный дождь. Ракетоплан качался, как легкий челнок на бурных волнах прибоя.

Грубер схватился за шею:

— Покончим… Смертный приговор… — шептал он, как безумный. С трудом уселся в кресло пилота, пощелкал бесполезными переключателями.

Беспомощно откинулся на спинку кресла, закрыл глаза.

— Бананы! — вспомнил он вдруг.

Несмотря на невыносимую боль в затекших ногах, Грубер поплелся к сумке, вытащил из нее два продолговатых плода. Впился в них зубами, не снимая кожуры. Из желудка по всем сосудам разлилось приятное тепло.

Взял еще два плода, жадно проглотил.

Пол под ним зашатался и незаметно превратился в качели, которые раскачивались туда и сюда в теплом весеннем воздухе. После пятого плода это уже были не качели, а ярко разрисованная карусель, уносившая пьяницу под самые облака. Он казался сам себе могучим великаном, которому приходится наклонять голову, чтобы не зацепиться за звезды. Ему представлялось, будто он обрел такую силу, что одним нажатием пальца может раздавить сразу целую армию.

— Вы, пигмеи! Вы… Вы… хотели меня судить? — захохотал он безумным смехом. — Я расшвыряю вас, как муравьев!

Грубер встал, чтобы осуществить свою угрозу, но алкоголь решил иначе. Не сделав и шага, жалкий пьяница упал, как подкошенный. Сразу же забыл об угрозах, раскинул руки и завел песню. Не услышал даже, что замок в двери несколько раз щелкнул и в кабину вошли Краус и Мак-Гарди.

— Плохо мы его связали, он опять напился, — плюнул Краус, отворачиваясь от пьяного.

Часть вторая

ПОЗНАЙ И ОВЛАДЕЙ

Глава XIV

ПОМОГИТЕ РОБИНЗОНАМ ВСЕЛЕННОЙ!

Академика Хотенкова еще в юности увлекла проблема, которая лишила сна многих мастеров и ученых, — тайна скрипок, изготовленных знаменитым Страдивари.

Почему у скрипок Страдивари такой необычайный звук? Чем объяснить то, что ни одна скрипка до сих пор их не превзошла?.. Эти вопросы очень волновали молодого студента. Он часто посещал Московскую консерваторию, где заслушивался мелодичными тонами чудесных скрипок, и решил раскрыть тайну, даже если придется отдать исследованию все свое свободное время.

Защитив диплом, Хотенков с пылом взялся за решение этой проблемы. Вооруженный точными инструментами, он исследовал более ста скрипок — измерял, рассматривал их под микроскопом, составлял хитроумные таблицы. Однако Академия вскоре направила его, как способного инженера, на будапештский завод «Астронавт», где строились межпланетные ракетопланы. Для скрипок оставалось все меньше и меньше времени. Позже, когда Хотенков был избран академиком, о загадочных скрипках пришлось забыть.

А впрочем, не навсегда. Когда Хотенкова избрали председателем секции астронавтики Всемирной Академии и он принимал исследовательское учреждение, его предшественник, между прочим, упомянул, что серьезно интересуется скрипками Страдивари. Они подружились. Хотенков взял из музея драгоценный инструмент. И чем дальше, тем чаще случалось так, что он, приготовив приборы для исследования, забывал о них и превращался в музыканта.

В тот знаменательный день, канун великих событий, он по привычке стоял у раскрытого окна просторного кабинета и играл на скрипке.

В сладкие грезы вломился громкий стук в дверь. Хотенков с сожалением отложил скрипку и пошел навстречу нежданному гостю.

На пороге стоял невысокий коренастый мужчина с широким лицом.

— Доктор Заяц?! — воскликнул с удивлением академик. — Каким ветром?

— Откликнулись!.. Живы!

— Кто? — не понял Хотенков.

— Наши. Живут на планете Кварте в системе Альфа Центавра А.

Хотенков искренне обнял Заяца, крепко пожал ему руку:

— Значит, вы победили. Поздравляю!

— Победил, если можно так сказать. Но… — Заяц помолчал. — «Луч» выведен из строя.

— Что вы говорите?! Как же это случилось?

— Корабль повредил метеорит. «Луч» служит теперь наблюдательным пунктом и станцией связи с Землей… Преступники сбежали и прячутся где-то на планете.

— Итак, Навратил все-таки построил гравитационный передатчик… — задумчиво сказал академик.

Доктор Заяц молча кивнул, положил на стол несколько густо исписанных листов:

— Это точный текст первого сообщения, которое принял наш астрогравиметр на Петржалке.

Академик быстро пробежал глазами строки сообщения.

— Потерпели крушение в незнакомом уголке Вселенной, за миллиарды километров от своего дома… — прошептал он после долгого молчания. — А в довершение всего — рядом опасные преступники… Ужасно!

Заяц подошел к видеофону и набрал номер.

— Подождите, — попросил Хотенков. — Прежде чем передадим сообщение президиуму, я хочу прослушать все.

Доктор Заяц начал читать.

«Не беспокойтесь о нас, мы все живы и здоровы. Мы твердо убеждены, что нам удастся построить простейшую литейную мастерскую, в которой изготовим замену для поврежденных частей “Луча”. Пока что строим новое жилье, так как пещера, где мы живем сейчас, грозит обвалом. Дом выстроим из гранита, которого здесь предостаточно. Вчера закончили фундамент, сегодня монтируем подъемные краны. Надеемся, что до периода дождей (по нашим подсчетам, он начнется примерно через полгода и продлится месяца два) закончим все здание, вплоть до внутреннего оборудования. После дождей начнем строительство новой атомной электростанции и литейной. Все чертежи, за малым исключением, уже готовы… Жизнь на планете, насколько мы ее изучили, опишем в подробном сообщении, которое пошлем позже. На этом нашу сегодняшнюю передачу заканчиваем. Сердечно приветствуем всех близких и дальних. Завтра, когда по нашему прогнозу будет стоять хорошая погода со всеми тремя солнцами на ясном небе, вызовем вас снова.

Исследовательская станция “Кварта”».

— Отважные люди! Настоящие ученые! — сказал с облегчением Хотенков. — И все-таки я за них боюсь. Простите, теперь уже нельзя терять времени.

Он быстро набрал номер. На экране видеофона появилось лицо человека с высоким лбом и пышной седой бородой.

— Простите, товарищ президент, что беспокоим вас во время отпуска… можем мы с доктором Заяцом вас посетить? Мы получили важное сообщение с «Луча».

— Жду вас, — коротко ответил президент Академии. — Когда приедете?

— Отправляемся немедленно.

— Тогда — до встречи.

Хотенков поспешно убрал листы с текстом сообщения в портфель, и оба ученых поднялись в лифте на крышу левого крыла дворца, где стояло несколько вертолетов. Сели в один из них и через десять минут приземлились возле небольшой живописной виллы в долине вблизи Белке Павловиче, в моравской Словакии.