Игра магий - Николай Басов

Сара охнула от неожиданности. Даже странно было — как такой дурень стал таким сильным архимагом. Впрочем, начало, как ни удивительно, могло оказаться Саре на руку.

— За мной стоит Джарсин, она не позволит.

Он нахмурился, никогда не любил Наблюдательницу.

— Страшненькая она и слишком далека от мира.

— Это ты непонятно чем занимаешься.

— Но я же объяснил тебе, правда, кратенько, из этих пояснений не все можно понять. Пиво будешь? А то жди, пока вино принесут, за ним уже побежали. Давай я тебе получше объясню… — На Сару вдруг дохнуло такой устоявшейся незлобивостью и благодушием, что она поежилась.

— Не надо. Лучше вот что скажи мне, ты, предположим, мост на Южный континент с помощью этих твоих магических струн выстроить сможешь? Если собрать побольше рабочих и средства еще у Вильтона подзанять…

— Мост по открытому пространству? — Август задумался. — То есть чтобы струны держали не своды пещер, а служили вместо опор? Нет, лучше сделать, чтобы они как подвеска. Или так, чтобы они опоры дополняли, ведь твой Южный океан не слишком глубокий, местами с полсотни саженей или в сотню. Не знаю, не думал об этом, хотя идея интересная. А зачем тебе? Задумала между континентами переправу навести, а потом еще и денежки за проезд требовать? Да кто же между двумя континентами поедет, вы же там все воюете друг с другом? К тому же Вильтон тебе под самые суровые условия деньги одолжит, и ты тогда вовсе обанкротишься.

Сара смотрела на него сейчас почти угрюмо. Надо же, такие возможности, такая силища — и дураку достались! Вместо ответа она снова спросила:

— А ты мосты или переходы эти твои в Верхнем мире сумеешь выстроить? То есть между разными тамошними нашими владениями и, допустим, отдаленными владениями уже тут, в Нижнем мире?

— Чтобы проходить по Верхнему миру, а затем сразу раз — и оказаться в середине твоих земель? — Он усмехнулся и долил себе еще пива. — А что, вполне возможно — ставишь мостики на магические опоры, их можно сколько угодно устроить, правильную кладку делаешь, еще закрепляешь воздушную среду над этим местом, ведь между островками Верхнего мира, сказывают, воздуха нет, можно задохнуться… Затем, — он снова подумал, — да, протягиваешь мои магические струны, немного перетягиваешь их, они в напряженном состоянии крепче становятся, — пояснил он, будто она могла это понять, — только для сохранности конструкции энергии нужно много. Ну да это дело поправимое, на опорах можно ретрансляторы сделать и ветряки поставить. Затем? Да! Отлично даже получится, потому что вихри там не будут, как в пещерах, кости ломать, а будут расходиться. Только посчитать кое-что нужно, чтобы струны не оборвались.

И этот вот блаженный вдруг подошел к доске для рисования мелом, стал что-то стирать, затем не очень уверенно принялся выписывать какие-то формулы. Не оборачиваясь, добавил:

— Вязать струны придется треугольниками, тогда удержат. И камень слишком тяжелый, придется настил деревянным строить.

— Математика? — спросила Сара, потому что ничего не понимала.

— Не вполне чистая математика, а инженерное искусство. Его смертные изобрели.

— Скажешь тоже — смертные, — фыркнула Сара.

В комнату вошла Нарисса, она предводительствовала парой юнцов в тех же светло-синих с коричневыми полосами хламидах, какие здесь Сара уже видела. Оказывается, это было что-то вроде униформы. Юнцы притащили два подноса с самой разнообразной снедью, даже сливы и груши в вазе оказались. Девушка принялась протирать столик чуть влажной тряпкой, сгребая объедки на освободившиеся подносы. За такую уборку, да еще в ее присутствии, в своем замке Сара непременно отправила бы этих троих на конюшню, на порку, но здесь? Это выглядело в порядке вещей. Так уж тут было заведено. К тому же когда Сара сама налила себе кубочек вина, оно оказалось выше всех похвал. Она даже удивилась, выяснилось, что Август не прочь вкусно выпить. И зачем тогда, спрашивается, ему это пиво?

Когда слуги ушли, она откинулась на спинку дивана привольнее и продолжила разговор:

— Что задержишь меня — не боюсь, потому что… — Она не хотела этого говорить, но лучше было все же сказать, чтобы потом действовать уже наверняка. — Я же знаю, ты всегда ко мне был неравнодушен. Возможно, даже, при некоторых обстоятельствах, хотел бы жениться на мне. И то, что у нас, архимагов, этого никогда прежде не бывало, тебя бы не остановило.

— Верно, не остановит. Даже твое коварство я бы как-нибудь купировал, допустим, вассальной присягой.

Когда-то у них на самом деле был роман, и довольно пылкий. Но едва Сара стала от него уставать, она всерьез принялась подумывать, чтобы взять над Августом власть, полностью, уж средства и способы для этого у нее были, постигла и даже опробовала их, еще когда была молодой колдуньей, с этим проблем бы не возникло. А заодно можно было бы прихватить его владения, обширные, богатые, потому что воевали в его землях редко, а если и объявлялся какой-нибудь воинственный князек или царек, бывало, что Облако вмешивался и устанавливал, на свой манер, конечно, некое подобие справедливости.

Правда, тогда он тоже был моложе, страсти и желания его не переключились полностью на изобретательство и возню с этими вот макетами. Сара улыбнулась, не замечая, что гримаска ее оказалась даже в некоторой степени мечтательной.

Причиной их расставания оказались, конечно, те самые планы, которые Сара стала в себе вынашивать. Август каким-то образом заметил их, прочитал или магическим способом уловил и тогда с неохотой от нее отстал. Но не совсем, не полностью, не до конца, это было и сейчас заметно. На этом-то Сара и надумала сыграть.

Хотя, если точнее, задумала все Джарсин, она-то знала об этом романе, об этом все знали и даже, кажется, ставки делали, кто из них двоих кого первым погубит, как тогда говорили почему-то, «съест». Но они расстались мирно, не доставив удовольствия облеченным магией зрителям.

Сара верила, что и сейчас она, если подумать, тоже неплоха или даже еще лучше… Сейчас она в расцвете своих женских сил и чар. И он, этот вот самый инженер, или изобретатель, или философ со своими настроениями, кажется, все еще способен любить. Единственный из всех архимагов. Жаль, она в свое время не использовала этот его дар по-настоящему.

Зато, может быть, сейчас использует? Сара смутилась, действительно смутилась, как девчонка. Почему-то ей пришло в голову, что, если бы она не задумала тогда коварный перехват силы Августа и его владений, может быть, сейчас она была бы более сильной магичкой и иные возможности, недоступные ей ныне, в ее сегодняшнем состоянии, открылись бы перед ней полностью?