Золото Приамурья - Павел Афанасьев

Опытный горный инженер, барон Аминов понимал, что его компания может существовать в дальнейшем только в двух случаях: если максимально механизировать процесс добычи золота и если суметь найти новые месторождения. И, поставив задачу, он взялся за её выполнение.

Первым делом Аминов решил испробовать гидравлический способ добычи на одном из приисков компании. И уже в 1913 году в третьем номере журнала «Золото и платина» появилась статья «Некоторые впечатления из путешествий по Зейской и Алданской тайге», в которой автор отмечал: «Большая заслуга Верхнеамурской компании, что она наконец пошла по новому пути применения успехов техники, достигнутых в других странах, к своим Амурским приискам, применения, основанного на старательских изысканиях (а не на глаз) и на осторожных расчётах» [88].

Последовавшая вскоре первая мировая война, мобилизация и отток рабочих с приисков не позволили развить успех, но с подачи барона Аминова гидравлику стали применять и на других зейских приисках, а затем на некоторое время гидравлический способ добычи золота стал на Зее одним из главных.

Так же рьяно взялся Эрик Аминов и за поиски новых месторождений. Он не просто организовывал и отправлял экспедиции – он сам возглавлял поисковые партии, надолго уходя в тайгу. Сошлюсь снова на публикацию в журнале «Золото и платина» [88], в которой даётся небольшой, но яркий словесный портрет барона-предпринимателя:

«При сообщении о поисках и разведках в Буреинском горном округе приходится упомянуть о партии некоего барона Аминова (так он себя рекомендовал); партия эта производила довольно странное впечатление. Вся она состояла из начальника – барона Аминова, одного служащего и одного рабочего, причём все члены партии передвигались пешком и всё необходимое несли на себе: ни лошадей, ни оленей не было…»

Не всегда эти поиски приводили к нужному результату, но Эдуард Анерт упоминает, что на р. Чогар (бассейн р. Уды) Аминов обнаружил колчеданные прожилки с золотом и платиной. Кроме того, есть сведения, что Верхнеамурская компания в этот период подала несколько заявок на открытие площадей в бассейне Уды. Но так и не приступила к добыче: наступил революционный 1917-й год.

Впрочем, этот год не стал для амурских золотодобытчиков ни переломным, ни вообще сколько-нибудь заметным, разве что именно тогда хищники, т. е. золотодобытчики, не имевшие своих приисков и намывавшие золото украдкой и где придётся, нашли рудную жилу на прииске Золотая Гора. Этот прииск был открыт в 1911 г. мелким золотопромышленником Василием Парыгиным в верховьях Хугдера, правого притока р. Гилюй. Но площадь была занята скорее всего «на всякий случай». В этом районе уже давным-давно разрабатывались прииски, площади которых, плотно примыкавшие друг к другу, не позволяли втиснуться кому-либо ещё, и небольшой прииск Золотая гора, прилепившийся сбоку от других, не казался перспективным. По-видимому, первым владельцем был заложен глубокий шурф, но золота он так и не увидел, а потому в списках разрабатывавшихся прииск Золотая гора не фигурировал.

Сейчас, по прошествии почти ста лет, трудно восстановить события того времени, но возможно кто-то из рабочих, копавших шурф для Парыгина, обнаружил на большой глубине если не золото, то по крайней мере признаки его близкого залегания. От хозяина эту информацию скрыли, надеясь когда-то позже заполучить Золотую гору. И после того как располагавшийся на отшибе прииск остался без контроля, в заброшенный шурф «находчивые» золотничники стали помаленьку «поныривать», каждый раз возвращаясь с богатой добычей. Однако утаить информацию от коллег по промыслу не удалось, вскоре тайна «фартовых» хищников была раскрыта, и им пришлось делиться: в 1917-м году на прииске Золотая гора занималась добычей уже «трудовая артель».

В 1918-м году в Приамурье было объявлено об установлении власти Советов. Одним из первых её постановлений стало постановление о национализации приисков. Повсюду воцарились хаос и сумятица. К распространившимся к тому времени шайкам хунхузов и прочих разбойников стали быстро добавляться всё новые любители поживиться за чужой счёт. Власти опомнились, объявили национализацию поспешной и незаконной и создали комиссию по денационализации приисков, но на местах за право владения приисками шли кровопролитные бои.

Ошарашенные золотопромышленники сопротивлялись, как могли. Они вооружались сами, организовывали собственные охранные отряды, привлекали милицию, слали телеграммы казачьим атаманам, и наконец, отчаявшись, обратились за помощью к японским войскам как к последнему средству. Но воцарившийся после прихода японцев покой оказался недолгим: очень многие, кто до этого времени не одобрял действий грабителей всех мастей, теперь увидели в узкоглазых солдатах главного врага, главного виновника несчастий и бед, и золотопромышленники, чьи прииски охраняли японцы, также оказались отныне общими врагами.

Таким врагом народа стал и барон Аминов – работодатель, который не давал работу тем, кому не доверял, который платил двойное жалованье милиционерам, чтобы привлечь их на охрану своих (и Верхнеамурской компании) приисков, который расквартировал на Сергиевском прииске – расположенной неподалёку от Золотой горы резиденции всей гилюйской приисковой группы – японских солдат. Но главное – Аминову официально был передан прииск Золотая гора, и это также настроило против него всех тех, кто с недавнего времени считал себя здесь хозяином.

Сам Аминов относился к хищникам как к разбойникам, грабившим законных владельцев. И как мог, пытался защитить прииски от грабителей. Среди массы телеграмм, писем, записок и прочих документов того времени, сохранившихся в областном архиве, мне попалась телефонограмма (тогда их звали телефонадами), отправленная Аминовым тогдашнему председателю совета съезда золотопромышленников А. К. Викулову.

«На китайское зимовьё, которое находится в 1/2 верстах от Петровского прииска за последнее время завозили очень много муки. Просите начальника милиции сделать срочное распоряжение прапорщику Салину конфисковать весь товар и закрыть его, т. к. шайка находится поблизости от Сергиевского. Здесь легко могут приобретать необходимые припасы. Аминов» [68].

Но никакие меры не помогали. В начале августа 1919 года на прииски Сергиевский и Золотая Гора было совершено разбойное нападение, о котором написали все издававшиеся в то время в Амурской области газеты. При этом больше пострадал прииск Золотая гора – очень богатый, ещё совсем недавно, при советской власти, считавшийся собственностью «трудовой артели» хищников, но теперь возвращённый владельцу.