В глазах бесконечности - Яна Янина

Вы вошли в небольшую комнату, в глаза сразу же ударил яркий белый свет, Амай невольно зажмурилась. Здесь было холодно и она прекрасно понимала, что это за место. Морг. Именно сюда привозили тела мёртвых шаманов, которые пали в бою против проклятий. И сегодня докторам предстоит вскрыть одного из таких.

Он уже лежал на столе патологоанатома, полностью голый и ужасно бледный. Посмотрев на спокойное лицо мужчины, Амай не узнала его, но сердце всё равно ушло в пятки. Этот хладный труп был как из иного мира — да, он мёртвый, ничего не сделает и не проснётся, но когда-то он был человеком. Сёко, увидев лицо подруги, полное шока и отвращения, не удержалась и хохотнула. Она бросила ей перчатки, которые та еле как поймала, почти уронив на пол.

— Ками-сама, — шепнула Амай, одним разом выдыхая весь воздух из лёгких, который тут же превратился в пар.

— Главное в обморок не упади, — Сёко начала осматривать тело мужчины.

— Что ты делаешь?

— Осматриваю его на предмет повреждений. Надо понять от чего он погиб.

— А тебе не сказали? — удивилась красноволосая.

— Сражался с проклятием, но я не вижу следов сражения, это странно.

— Я чувствую в нём слабую проклятую энергию, её очень мало, — Такацудзи знала, что, когда шаман умирал из его тела медленно утекала вся проклятая энергия. «Какое расточительство, умирать и вот так оставлять после себя проклятую ауру, которую никто не сможет потом использовать.» Она быстро отдёрнула себя, испугавшись собственных мыслей.

— Он мёртв уже два дня, — закончив осмотр тела, Иэйри взяла в руки карточку с данными шамана, которая висела у его ног. — Его проклятая техника — создание электромагнитных волн, чтобы это ни значило.

— И как знание его техники поможет нам понять, от чего он умер?

— Ты права, в этот раз никак. А значит, будем его резать, — Сёко взяла подготовленные инструменты и по-кровожадному улыбнулась. — Что резать: тело или голову?

— Тело, — Амай поморщилась, к горлу подкатил неприятный ком. — Сёко, ты издеваешься что ли? Почему ты так улыбаешься?

— Забавно видеть твою реакцию, — она приступила к вскрытию. Это было неприятное зрелище, красноволосой было сложно на это смотреть, но голову она не отвернула, внимательно наблюдала за девушкой, которая орудовала скальпелем, как истинный мастер.

Вскоре девушки могли видеть внутренности трупа. Постаравшись отбросить мысли о том, что когда-то он был человеком, Амай подошла ближе, чтобы осмотреть вместе с Сёко его органы. Поначалу они не находили никаких повреждений, но позже глаз зацепился за уплотнение в печени покойника.

— Смотри, — Амай указала туда пальцем.

— Ага, нашлось, — Сёко внимательно осмотрела орган. — Кажется, его пробили чем-то острым и тонким.

Присмотревшись, доктора начали замечать по всем внутренностям такие тонкие проколы и маленькие иглы, которые не были даже заметны. Каким-то образом они попали внутрь шамана, когда тот ещё был жив и уже после, убили его таким образом. В горле тоже обнаружились игры, а присмотревшись к лицу мёртвого человека, девушки увидели небольшие царапины в уголках рта.

— Проклятие запихнуло ему в рот иглу? И так он погиб? — догадки Такацудзи были верны, Иэйри подтверждающе кивнула. — То проклятие, его убили?

— Нет. Поэтому мы и вскрываем труп, чтобы понять, как убили мага.

— Значит, мы помогаем будущему шаману, который примет это задание, — магесса вздохнула, хотя бы не просто так мучилась тут, рассматривая мёртвое тело.

— Так и есть.

Работа в морге была закончена, Сёко привела труп в порядок и вернула в холодильную камеру. Она закурила, предложила сигарету подруге, но та отказалась, хотя теперь понимала, почему девушка так много курит.

— Знаешь, Сёко, а ведь внутри мы ничем не отличаемся от обычных людей, — заметила Амай, когда подруги возвращались в палаты.

— Не отличаемся, когда становимся мёртвыми, — подтвердила девушка. — Мёртвые мы все одинаковы.

* * *

Вскоре Амай выделили собственный кабинет, теперь не надо бегать по разным школьным комнатам для проведения уроков.

Немного позже девушка начала обнаруживать на своём столе коробочки со сладостями, не каждый день, но часто — это были моти, шоколадки, леденцы и другое. Она догадывалась, кто может заниматься этим. Ученики, особенно девушки, всегда умилялись, когда видели коробочки.

— Такацудзи сенсей, наверное, в вас влюбился какой-нибудь ученик, — шутили девочки.

— Интересно, кто это может быть? — они никак не могли разгадать эту тайну, а Амай предпочитала молчать.

Сатору навещал новоиспечённую учительницу каждую неделю, он мог появиться в любой момент — не только, когда у неё перерыв, но и во время занятий. Заваливался в кабинет, от чего ученики приходили в восторг, ведь это сам сильнейший! Обычно он сидел на последней парте, даже участвовал на занятиях, как ученик. И, конечно же, всегда дурачился. Амай это бесило, но понимая, что его не выгнать, сквозь зубы она продолжала урок. На тренировках Годжо тоже бывал, он наблюдал в основном за учениками, но на себе Такацудзи тоже ловила его взгляд.

— А ты за всеми учителями следишь или это только мне повезло? — спросила она его однажды.

— Я чувствую ответственность за тебя. Ты же моя кохай и я был твоим сенсеем когда-то. Я не хочу, чтобы ты облажалась.

— Значит, мне «повезло», — Амай показательно недовольно вздохнула.

— Да! — А он улыбнулся. И считал, что девушка должна радоваться такому вниманию к своей персоне.

Несмотря на то, что Амай была сенсеем, сама продолжала обучаться — совершенствовать свои старые техники, тренироваться с оружием. Иногда просила Годжо, да и не только его, о спарринге. За несколько лет в колледже, пока она была учительницей, смогла развить свои силы ещё лучше — если раньше Такацудзи могла изучать и держать в голове только две чужих техники, сейчас их было три, а родовая катана давала доступ к изучению еще трёх способностей.

Амай всё больше нравилось преподавать, и она мечтала, что когда-нибудь станет наставником для первогодок. Однако, считала, что опыта ещё не хватает и пока Такацудзи полностью не раскроет свой потенциал, личных учеников не видать, как своих ушей.

На задания тоже приходилось отправляться, но для Амай проклятые духи, встречающиеся на пути, были лёгкими противниками, почти всегда она без труда справлялась с ними. Всё-таки не зря ей присвоили первый ранг. А вот с сильными шаманами, которые решили насолить людям или другим магам, дело обстояло чуть сложнее, ведь они могли представлять угрозу. Такацудзи никогда не убивала таких, только вырубала и отвозила к старейшинам. А те уже решали, что делать дальше — хотя обычно их решение сводилось к казни. Старейшины не успевали