Рандеву с водяным - Дарья Калинина

— А с другой стороны, почему мы так плохо о нем думаем? — спросила у меня Мариша. — Только потому, что человек сделал для нас доброе дело?

— Именно поэтому, — закивала я. — Добрые дела, когда они совершаются бескорыстно, меня обычно настораживают.

— Давай в Турции постараемся поосторожней вести себя с этим типом, — предложила Мариша. — Если что, то деньги у меня есть. Я захватила из дома. На обратный путь нам с тобой в случае чего хватит.

— Молодец! — обрадовалась я. — А я не догадалась.

— Да где уж тебе было думать о деньгах, когда этот тип глаз с тебя не сводил, — прошептала мне Мариша на ухо.

Когда самолет пошел на посадку, я начала толкать Делона, который прохрапел весь перелет.

— Что? Уже прилетели? — спросил он, зевая во весь рот, полный, как я не могла не заметить, белоснежных, не тронутых кариесом зубов.

От этого зрелища у меня перехватило дыхание. Такие зубы раньше приходилось видеть только на рекламе зубных паст. И я вообще не предполагала, что такое великолепие может существовать в природе. Захлопнув пасть, Делон романтично подмигнул мне и улыбнулся.

— Как ты себя чувствуешь, Дашенька? — проникновенно спросил он у меня.

Я вздрогнула и очнулась от транса. Не терплю, когда меня называют этим уменьшительно-ласкательным именем. Сама не понимаю, почему. Но не люблю, и все. У меня от него сразу мороз по коже. Разумеется, Делон об этом не знал и, сам того не ведая, помог мне выбраться из его омута, куда меня уже начинало затягивать.

В аэропорту, получив наш багаж, мы вышли на восхитительно теплый и сухой воздух и сели в поджидавший нас экскурсионный автобус. В автобусе набралась уже приличная группа.

— Куда мы едем? — спросила я.

— В Мармарис, — пожал плечами Делон. — Начнем поиски с того отеля, куда Михаил отправил своих дочек. Только сильно сомневаюсь, что они там. Но все равно начать нужно оттуда. Я специально купил в Москве туры для всех троих именно в тот отель.

— Очень разумно, — пробормотали мы с Маришей, чувствуя, что время отпочковаться от Делона для нас еще не наступило.

В отель мы приехали уже совсем поздно вечером. От усталости у меня слипались глаза. Мы вышли на освещенную огнями площадку и быстро прошли внутрь. Так что снаружи мне запомнилось только что-то белое, мраморное, с ажурной резьбой и голубыми бассейнами, вокруг которых росли пальмы и какие-то густые кусты, казавшиеся в темноте почти черными.

Внутри отель был самым обычным четырехзвездочным. Вполне прилично, но мы с Маришей видали и получше. Однако в холле журчали фонтанчики с мраморными фигурками в них. Пол был выложен мраморной плиткой и прикрыт коврами, всюду стояли кожаные или обтянутые полосатой материей диванчики, круглые деревянные столики на тонких ножках и кресла с многочисленными полосатыми подушками на них. Вся мебель была выдержана в восточном колорите. Занавеси также были в полоску, и обтяжка мебели перекликалась с их цветовой гаммой и рисунком.

Пока всех расселяли по номерам, Делон молчал и с вопросами не лез. Он проводил нас с Маришей до нашего номера, и тут выяснилась занятная подробность. У нас на троих был один номер. Причем в нем было две комнаты. Одна спальня с огромной кроватью и гостиная с диваном.

— Ты собираешься провести ночь с нами в одном номере? — поинтересовалась у Делона Мариша.

— А что тут такого? Если вы опасаетесь, что не сможете совладать с собой и изнасилуете меня среди ночи, то я отнюдь не против. Вы обе мне очень нравитесь. И потом, Восток, ночь, колорит. Грех не воспользоваться случаем.

— Тьфу! — сморщилась Мариша. — Гадость какая!

— Искуситель, — пробормотала я.

— Учти, мы с Дашей ляжем в спальне, — продолжила Мариша. — И если ты к нам попробуешь ночью пробраться, тебя встретит самый холодный прием.

Делон усмехнулся.

— Фотографии сестричек, надеюсь, при вас? — спросил он, внезапно став серьезным.

— Да, — ответила Мариша. — Они у Даши в сумочке.

— У меня? — искренне удивилась я. — Откуда?

Мы бросились искать фотографии. Перерыв весь багаж, мы нашли их в сумочке Мариши. Вообще-то нам удивительно повезло. Потому что в сумочке у Мариши была такая свалка, что найти там что-либо было почти нереально.

— Просто не представляю, откуда бы им тут взяться? — недоумевала Мариша, когда я ткнула ей эти фотографии под нос.

— Ладно, не ссорьтесь, девочки, — сказал Делон. — Не нашлись бы фотографии, обошлись бы и без них как-нибудь. Но раз они есть, пошли вниз. Узнаем у портье, живут ли еще в отеле эти девчонки.

И мы спустились вниз. Мариша первой подошла к стойке. Портье был темнокожим парнем, который лихо болтал на английском. То есть он считал, что говорит на английском. Мне лично удалось узнать одно английское слово из пяти, произнесенных им, и то исключительно благодаря бурной жестикуляции, с которой объяснялся наш собеседник.

— Ничего из его болтовни не понимаю, — наконец вынуждена была отступить Мариша. — Что он мелет?

— Разрешите мне, — сказал Делон.

Он раздвинул нас в разные стороны и подошел к стойке.

— Слушай, парень, у вас в отеле должны проживать сестры Цветиковы. Где они? — спросил он на чистом русском языке у портье.

— А вы уверены, что они живут у нас? — тоже на русском и куда более совершенном, чем его английский, спросил портье.

— Уверен, — кивнул Делон. — Вот их фотографии.

Портье внимательно изучил фотографии и покачал головой:

— Вроде бы я этих девушек помню. Но…

— Слушай, ты, — угрожающе сказал Делон, — ты мне тут не гони. Как это ты их не знаешь? Их папаша оплатил дочкам проживание в вашем отеле на месяц. И теперь желает знать, как тут его девочки? Потому что от самих девочек нет ни слуху ни духу.

Портье полез в компьютер и выглянул из-за него крайне расстроенный.

— А кем вам приходятся эти девочки? — спросил он.

— Знакомые, — вылезла Мариша. — Можно сказать, подруги.

— Тогда у меня для вас неприятные новости, — закручинился портье.

— Они умерли?! — воскликнула Мариша на весь холл.

— Нет, нет! — испугался портье. — Не надо так громко кричать, что кто-то умер. Это дурной знак. Нет, ваши подруги не умерли. Но и у нас в отеле их нет.

— Как это нет? — сердито спросил у него Делон. — Говори толком.

— Они приехали, — начал рассказывать портье, — зарегистрировались, но уже на следующий день сказали, что встретили свою знакомую и погостят у нее. Возврата денег за проживание и питание девушки не потребовали. Поэтому администрация сочла, что это их личное дело, как проводить свой отпуск. Тем более что девушки сказали, что к окончанию своего тура они вернутся, чтобы лететь домой.

— А что за знакомая? — спросил Делон. — Они оставили вам ее адрес или телефон?

— Разумеется! — воскликнул портье. — Вот тут в компьютере указан номер телефона, по которому можно их найти.

— Запиши и отдай нам, — сказал Делон, придвигая к себе телефонный аппарат.

Портье дал ему бумажку с телефоном. Делон набрал номер, немного послушал, что ему говорят, и повесил трубку.

— Звони ты, — сказал он портье. — Там говорят по-турецки. Я ничего не понимаю.

— Вообще-то я не турок, — ответил парень. — Я из Баку. Но я попробую.

Портье послушно набрал номер и вступил в диалог с невидимым нам собеседником. По мере разговора лицо портье вытягивалось все больше и больше, а интонации становились все более и более жалобными. Наконец он повесил трубку.

— Это прачечная, — растерянно сказал он нам. — Ни про каких русских сестер Цветиковых там не слышали. Там работают одни турки.

— Так я и думал, — мрачно сказал Делон. — За нос нас водить вздумал? Сколько тебе эти девки заплатили, чтобы ты их не выдавал?

И он перегнулся через стойку и вцепился в портье.

— Я ни в чем не виноват! — завизжал парень. — Я вам рассказал все, что знал. Ой!

— Что «ой!»? — насторожились мы с Маришей.

— Я вспомнил женщину, которая встретила ваших подруг! — пропищал портье. — Ту самую их подругу, к которой они поехали жить.

— Очень хорошо. Как она выглядела?

— Высокая, красивая, — начал перечислять парень. — Она приехала уже под вечер. Было довольно темно. А ждала она ваших знакомых на улице. Сюда зашла только, когда увидела, что они спускаются по лестнице с вещами.

— Приметы! — встряхнул его Делон. — Высокая, красивая, что это за приметы? Да они двум третям женщин на планете подойдут.

— Не трясите меня, — простонал портье. — Я же и говорю, высокая, красивая, с длинными черными волосами. Она была в темных очках и длинной накидке с кистями. Честное слово, я больше про нее ничего вам сказать не могу.

— Какая была у нее накидка? — спросил Делон. — Попытайся вспомнить!

— Черная с красным рисунком и красными длинными кистями, — сказал парень. — Сама из какой-то очень тонкой шерсти, а кисти из чистого шелка.