Невеста для Князя - Наталья Смыгина

   - Где-то же она есть! - раздраженно бросил Жутиков, упрямо ощупывая стены в десятый раз.

   - Есть, - согласилась я и добавила,- если нас не замуровали.

   - Типун тебе на язык, - беззлобно пожелал Жутиков, передернувшись от моих предположений.

   Я не стала его разубеждать, хотя у самой сердце холодело от подобной мысли.

   - И вообще, - с нарастающим раздражением продолжал Жутиков, - кому надо нас хитить?! Нет, правда, ведь не Мирра же с тобой таким образом счеты сводит?! Да и одной ей не справиться! А здесь чувствуется организованный подход!

   - Вот-вот, вы уже на верном пути, подбодрила я его. - В первую очередь, надо понять, кому это выгодно.

   Жутиков устроился рядом и принялся в полголоса рассуждать на эту тему. Его монотонное рассуждение не мешало мне сосредоточиться, вероятно, за время нашего знакомства я уже привыкла к его ворчанию и комментариям на каждое действие.

   Камни... К кому обратиться за помощью? Я отринула посторонние мысли и сосредоточилась на ощущениях, стараясь поймать дуновение жизни, понять, к какой силе воззвать. Но на мой призыв не отозвалось ничего. Каменная кладка не скрывала ни искорки жизни и была запечатана чужой силой, не пропускала меня и моих призывов. Я тщетно билась о сплошную стену, стараясь уловить, почувствовать отзыв на мои призывы. Тщетно...

   - ... или сам Наследничек постарался? - дошел до моего сознания голос Жутикова. - А что? - встрепенулся он. - Может этим всё и объясняется, а? Воспылал к Мирре страстями и решил побыстрее отделаться от навязанной невесты? Как ты думаешь, Римк, такое возможно? Ты ж его всё же лучше знаешь.

   Я переводила дух, набираясь сил. А Жутиков, увлекаясь всё больше, продолжал:

   - И всё для него удачно складывается. С Гастоном дело на половину сделано, здесь ты помогла объединить страну, то есть миссию свою выполнила. Теперь, если ты пропадешь, вся вина на нежить, а следовательно, новый подъём борьбы. С Гастоном и упырями в два счета разделаются...

   - Ну, на два счета, это вы лишку хватили, - возразила я.

   - Хорошо, пусть не на два, но всё же разделаются. Да один Ратмир чего стоит. Он замок по камешку собственноручно раскидает! - ехидно заметил Жутиков.

   - Ревнуете что ли? - в тон ему поинтересовалась я.

   Жутиков хмыкнул, и, пропустив моё замечание мимо ушей, вернулся к своим рассуждениям:

   - А потом после победы, погорюет-потоскует да и женится на Мирре.

   - Не дадут. Она не ведьма, - возразила я.

   - Не дадут, так ещё лучше, - встрепенулся он. - Скажет, что после твоей гибели ни кто ему не мил, а сам будет с Миррой жить. Чем не ход, а?

   В словах Жутикова была какая-то логика, но верить не хотелось. В одном он прав, я лучше знала Яромира, знала, что он не способен на предательство. Есть вещи, которые просто чувствуешь.

   Томительно текли часы. Каменная кладка не поддавалась моим силам и не пропускала призывы. Обнаружить выход нам не удалось. Оставалось надеяться, что нас не замуровали. Жутиков ехидно добавлял, что могли и замуровать, если я кого-то достала до печенок.

   - Уж это-то ты умеешь, по себе знаю! - авторитетно заявил он. - Но я в любом случае, получается, страдаю безвинно! Во-первых, меня к камню на свидание не приглашали, так что, получается, схватили по ошибке ...

   - Так сказать, за компанию, - вставила я.

   - Во-вторых, я не ведьма, поэтому ни на чьем брачном пути не стою, и к Князю в жены не набиваюсь.

   - А хотелось бы? - невинно поинтересовалась я.

   - Ах, ты...!

   Некоторое время мы провели в беззлобных перебранках и погонях по узкой камере, больше для моциона.

   - Пора что-то делать, - решительно сказал Жутиков. - Надо выбираться! Если для этого тебе придется (на время!) превратить меня в какую-нибудь зверушку, сильно возмущаться не буду!

   Мне эта идея пришлась по душе. Кто бы ни были наши похитители, они ожидают увидеть в камере людей, а не ... Впрочем, о моих способностях они знают.

   - Кем бы вам хотелось стать? - поинтересовалась я.

   - Ого, уже прогресс! Наконец-то ты стала интересоваться моим мнениям по этому поводу до превращения, а не после, - добродушно проворчал Жутиков.

   Мы принялись рассуждать, в чьем облике у нас больше шансов вырваться на свободу.

   - Чем меньше и незаметнее, тем лучше, - философски заметил Жутиков, - меньше шансов, что подстрелят. И лучше с крылышками, - мечтательно добавил он.

   - Колибри? - промурлыкала я.

   - Слишком приметно. Что-то не припомню я таких пташек в здешних широтах! Да! И бабочкой тоже быть не хочу, ещё не хватало угодить какой-нибудь сороке на обед!

   - Муха, - твердо сказала я.

   - Что? У тебя новый пунктик по поводу мух появился?

   - Маленькая. Незаметная. С крылышками, - аргументировала я. - И в здешних широтах очень даже водится!

   - Ага, и пауки ими очень даже питаются! - возмущенно выкрикнул Жутиков, боясь, что я немедленно обращу его в насекомое.

   Моё предложение превратиться в воробьев, не было встречено энтузиазмом, ибо, как сказал Жутиков, "их тоже едят".

   - Все мы звено в чьей-то пищевой цепочке, - утешила я его.

   - Тебе-то хорошо, махнула крылом и уже не воробей, а коршун, а я так и буду чирикать, пока из меня какая-нибудь кошка все перья не повыдергает!

   - По-моему ворон не очень едят, - пошутила я, концентрируясь и вызывая образ птицы.

   Возмущение своё Жутиков выражал уже карканьем, на этот раз превращение произошло на редкость легко, словно играючи. Однако, самой обратиться в птицу мне с первой попытки не удалось, хотя образ я представляла четко. Ни вторая, ни третья попытки, ни к чему не привели. Это меня озадачило, в своей силе и способностях к чародейству я была уверена, и пленение не подорвало мои способности. Тогда в чем дело? Недолго думая, я решила сменить образ воплощения. Пусть не ворона, но превращение в кошку мне всегда удавалось. Даже в первый день в этом мире, когда я ещё не осознавала своих способностей и плохо управляла дарованной мне силой. Значит, кошечка...белая, грациозная, с блестящей шерсткой и острыми коготками. Итак!... Тщетно, я чувствовала в себе небывалую концентрацию силы, но, увы!, не смогла принять даже любимый образ. Этому должно было быть какое-то разумное объяснение. Несколько очередных попыток, предпринятых ради чистоты эксперимента, не дали результата.

   - Отсутствие результата, тоже результат, - успокаивала себя я.

   - Ккаррр!?

   - А, вы...сейчас верну дар речи, - пообещала я.

   И в этот раз чародейство удалось, но отчего-то применить чары к себе не выходило. Напрашивался очевидный вывод; на меня наложили более сильные чары. Только не понятно, то ли не желали моего превращения, то ли заклятье сработало так причудливо, ограничивая мои силы.