Друг моего мужа (СИ) - Лакс Айрин

— Отпустишь? А сам?

— Отпущу, если надо будет. Люблю я тебя. Отпускать всегда сложнее. Но если тебе так будет лучше, если вдруг окажется, что Стас тебе дороже, то отпущу. Даже не появлюсь больше никогда в этом городе. Опять стану одичавшим бездомным котом.

Я улыбаюсь на его последние слова.

— Ты самый хороший и ласковый кот. Я не хочу, чтобы ты становился бездомным.

— Если ты не определишься, то по-другому не выйдет, Ир. У Стаса иногда в голове хрен знает что творится, если он тройнички предлагает. Ты была и со мной, и с ним. Так вышло, ничего не изменить. Не ты виновата, что всё так запуталось, но я сам. Я кляну себя за прошлое, хотел бы исправить его и быть счастливым с тобой вдвоём. Прости, что, может быть, давлю на тебя, не имея права требовать многое. Но ты для меня — всё. А без тебя не будет ничего. Без полутонов.

К дому Стаса мы подъезжали уже молча. Каждый был погружён в свои мысли.

— Я на кухню. Закажу нам еды, — бросил Стас. — Если хотите, можете остаться на ночь.

— Нет. Я не останусь. Просто соберу вещи.

Браун привычно увязался вслед за мной. Сергей остался на кухне со Стасом. Мужчины не разговаривали. Между ними чувствовалось сильное напряжение.

Я дошла до лестницы и села на одну из нижних ступенек, впитывая в себя воздух и атмосферу дома, где прожила, как в сказке, последний год.

Но сказка оказалась ненастоящей, а границы волшебного мира оканчивались на расстоянии вытянутой руки, как в рождественском снежном шаре.

Потом мы с Брауном прошли наверх и прогулялись по коридору несколько раз. Остановившись у двери спальни, супружеской спальни, я замерла, не решаясь войти внутрь.

Внезапно я поняла, что не хочу туда заходить. Я развернулась и быстро спустилась на кухню.

— Я решила, что не буду забирать вещи. Пусть всё остаётся здесь, — сказала я, обращаясь к Стасу. — Или можешь избавиться от моих вещей.

— Избавиться?

Стас оперся локтями на стол.

— От нашей с тобой жизни избавиться решила?

— Это была ненастоящая жизнь. Мне очень жаль. Я ещё не помню многого, но вдруг поняла, что некоторые вещи лучше оставить в прошлом. Ты мне дорог, но только в границах вот этого ненастоящего мира. Как на сцене театра в спектакле, когда веришь, что любишь партнёра. Так и у нас. Я даже не хочу вспоминать, за что я тебя невзлюбила, и как получилось, что я потом забеременела от тебя. Ничего из этого не хочу. Вдруг я потом не смогу относиться к тебе по-хорошему вообще? А я хочу, чтобы осталось что-то светлое между нами.

Я произнесла эту фразу и выдохнула облегчённо.

Решение пришло само — просто и быстро. Стоило мне немного отпустить ситуацию и перестать оценивать поступки мужчин, как мне стало легче.

Почему-то уверена, что я поступаю правильно. Улыбаюсь, словно получила долгожданный подарок.

Лицо Стаса искажается гримасой. Ему моя радостная улыбка, как кость поперёк горла.

— Значит, можно было не стараться исправить прошлое, да? — криво усмехается, разглядывая свои большие ладони. — Ничего из этого, — обводит рукой дом, — с собой взять не хочешь? Меня, например?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Нет. Не хочу.

— Несколько дней назад хотела. Трахалась, текла, кончала.

— Это секс, Стас. Я считала тебя своим мужем и верила в любовь. Любовь никуда не делась, но люблю я своего Серёжу. А к тебе я просто… как ты сам сказал, прикипела. За год к чему только не прикипишь.

— От некоторых привычек непросто избавиться, И-ра.

— Я не собираюсь избавляться и отгораживаться от того, что было. Я хочу идти дальше. Прошлое — есть, от него не избавиться, но оно осталось в прошлом.

Сергей в это время сидел спокойно, слушая. Он замер и как будто даже не дышал.

Мой. Весь.

Я не вижу выражения его лица, потому что смотрю в лицо Стасу. Но чувствую Сергея каждой клеточкой кожи, каждой вибрацией своей души.

Мой муж всегда давал мне то, что необходимо, но никогда не принуждал и не заставлял. Он не запирал меня от всего остального мира и не требовал, чтобы я считала его центром вселенной.

Мой муж был готов даже разомкнуть объятия, ударить себя по рукам и отойти в сторону, чтобы я была счастлива.

— Значит, вот так ты решила, да? — медленно спросил Стас.

— Да, именно так.

— Я надеялся на другой ответ. Даже предлагал вариант мирного соседства, чтобы не отпускать.

— В этом весь ты — рвать, выгрызать зубами и не отпускать.

— Ну, вот такая у меня любовь, Ира. Хоть как-то, но схватиться за желаемое.

— Но такая любовь не по мне. Я действительно желаю, чтобы ты нашёл своё счастье. Свой кусочек пазла. Не меня. Я просто временно заблудилась здесь.

Стас резко двинулся вперёд. На мгновение мне показалось, что случится что-то непоправимое.

В его глазах было слишком много нетерпеливого огня и несогласия с моими словами. Но потом он резко выдохнул и сел на стул, сгорбившись, словно из него вынули стержень.

— Давай, Серёга, вали. Забирай свою девочку с другой планеты, — потухшим голосом сказал он.

— Можно я заберу с собой Брауна? — спросила я.

— Он твой. Уже давно. Мой самый лучший поступок, от всей души.

Стас несколько секунд смотрел ничего не смыслящим взглядом в стол, а потом резко поднялся.

— Мне здесь тоже делать нечего.

Серёжа обнял меня и поцеловал в висок, уводя за собой. Стас резким размашистым шагом вышел вслед за нами.

Пока мы сидели дома у Стаса и разговаривали, на улице снова пошёл дождь. Сердце испуганно дрогнуло. Паника пощекотала затылок горячим дыханием.

Серёжа обнял меня одной рукой, поцеловал в волосы.

— Когда-нибудь ты перестанешь бояться дождя. Я тебе помогу. Веришь?

Я закивала головой часто-часто, слушая отдалённые раскаты грома. Всё равно чувствовала себя загнанным в угол животным.

Стас стоял у своего автомобиля и курил, глядя куда-то в сторону.

— Давай вот так.

Серёжа обхватил мою руку и разжал кулак, поглаживая пальцы. Заставил меня шагнуть вперёд и раскрыл ладонь, поддерживая её.

— Дождь — это просто вода. Не бойся. Мы со всем справимся. Веришь?

Я зажмурилась, ожидая, что небеса рухнут на землю или произойдёт глобальный апокалипсис, потому ладонь беззащитно выставлена вперёд, под шёпот дождя.

Но ничего страшного не произошло.

Сердце замерло на месте и сорвалось бешеным пульсом. Едва тёплые капли бились о ладонь.

Меня больше не трясло сильной дрожью. Но я всё равно ни за что бы не разомкнула пальцы другой руки, переплетённые с пальцами Серёжи.

Мой муж. Любимый. Единственный.

— Вернулась, Ира, — счастливо шепчет Сергей, накрывая поцелуем мои губы. — Вернулась же, да?

— Да. Ты меня вернул. Люблю тебя…



57. Он-2

Честно признаться, иногда я считал Серёгу едва ли не лохом и слабаком. За то, что позволил мне ещё год назад приходить в больницу к его жене, изображая мужа.

Сначала он, конечно, как следует, размял об меня свои кулаки. Но бил не по лицу. Не хотел, чтобы Ира увидела моё побитое лицо. Лицо «мужа».

Серёга не хотел, чтобы Ира расстраивалась даже по такому поводу. В том взвинченном состоянии, в котором она находилась тогда, даже малейшая тревога могла стать спусковым крючком.

Я чувствовал его желание прибить меня хотя бы за то, что…

Да много за что!

За то, что захотел его жену, за то, что трахнул её, за то, что она оказалась беременной от меня.

За то, что они поссорились, а причиной их ссоры был я.

Я стал краеугольным камнем, о который разбился хрустальный мирок их любви.

Но бить лицо Серёга мне не стал. А вот всё, что ниже шеи, было почерневшим от синяков.

Когда Ира в больнице счастливо стискивала меня за шею, прижимаясь всем телом, искры из глаз сыпались от боли. Но я улыбался.