Мои секреты от миллиардера - Лилия Акс

Я слышала, как кто-то рядом тихо, но отчётливо произнёс:

— К сожалению, спасти ребенка не удалось.

Эти слова пронзили меня, словно острый нож. Внутри всё сжалось, и в этот момент я поняла, что произошло. Время остановилось. Мир разрушился. Моя мечта, наше будущее, исчезло в одно мгновение.

Андрей, услышав это, внезапно взорвался. Его лицо исказилось от боли и ярости. Он вскочил с места, и не успела я моргнуть, как он начал разбрасывать мебель по палате. Шум был оглушающим, но я всё равно не могла пошевелиться, не могла издать ни звука. Я лишь наблюдала за ним, как в кошмаре, не в силах ничего изменить.

В палату вошла Марьяна, и, увидев своего сына в таком состоянии, она бросилась к нему. Она обняла его крепко, словно пыталась удержать его от дальнейшего разрушения, от той боли, которая разрывала его изнутри. Андрей отчаянно вцепился в мать, как будто она была единственной, кто мог его удержать в этом мире, и его крики, полный боли и отчаяния, эхом разносились по комнате.

— Мама, я не смог защитить их… — прошептал он, голос его был почти неузнаваемым от горя.

Марьяна крепче прижала его к себе, гладя по голове, как маленького ребёнка, утешая его, несмотря на свою собственную боль.

— Андрей, нам нужно позаботиться об Али, — её голос был тихим, но в нем звучала такая же сила, какая всегда поддерживала его в самые трудные моменты. — Доктор говорит, что повреждения серьезные и заключения врачей неутешительные.

Я хотела крикнуть, сказать им, что я здесь, что со мной все впорядке, что я всё слышу, но звуки не выходили из моего горла. Я была пленницей собственного тела, окружённая мраком и тишиной, откуда не было выхода. Всё, что я могла сделать, — это смотреть на Андрея и молча плакать вместе с ним в этом жутком сне наяву.

После того, как я погрузилась в сон, реальность начала растворяться, уступая место хаотичному потоку образов и звуков. В этом состоянии полудремы всё казалось искаженным и нелогичным, но при этом невероятно реальным.

Я видела, как Андрей приходил ко мне в палату снова и снова. Каждый раз он был в разной одежде, иногда в обычных джинсах и футболке, иногда в строгом костюме. Но всегда он держал в руках букет цветов — то роз, то лилий, то каких-то ярких полевых цветов, которые я не могла опознать. Его лицо было измученным, но каждый раз, когда он смотрел на меня, в его глазах мелькала надежда. Он садился рядом с кроватью, нежно брал меня за руку и что-то шептал, но я не могла расслышать его слов, как будто они тонули в бесконечном шуме, который окружал меня.

Потом я видела, как меня везут на кровати по длинному белому коридору. Свет ламп над головой слепил, оставляя за собой яркие пятна, и создавал иллюзию движения, как будто я лечу, скользя по воздуху. Иногда казалось, что стены коридора плавно переходят в облака, а вокруг — бескрайнее небо. В какой-то момент я даже почувствовала лёгкое покачивание, как будто мы действительно летим на самолёте. Но это ощущение было таким странным и мимолетным, что я не могла понять, где заканчивается сон и начинается реальность.

Потом я увидела Олю. Она стояла у моей кровати, её глаза были красными и опухшими от слёз. Она пыталась что-то сказать, но вместо слов из ее горла вырывались лишь всхлипывания. Я чувствовала её боль, как свою собственную, и хотела утешить ее, сказать, что всё будет хорошо, но не могла. Весь этот хаос ощущений и образов накрывал меня, как огромная волна, не давая возможности вынырнуть на поверхность.

Всё это проносилось передо мной одним большим, тяжёлым мгновением. Времени больше не существовало, всё смешалось в один бесконечный поток. Я терялась в этом вихре, не в силах найти выход, но где-то глубоко внутри меня оставалась крошечная искра надежды, что, когда этот кошмар закончится, я смогу вернуться.

Глава 40. Другой мир

Я открыла глаза и сразу почувствовала странное ощущение — как будто мир вокруг был каким-то новым и незнакомым. Простая белая комната, наполненная тихим жужжанием медицинских приборов, медленно приобрела четкие очертания. Мои глаза медленно сфокусировались на фигуре, которая стояла рядом с кроватью. Это была медсестра, её лицо выражало усталость, но в то же время было что-то мягкое и заботливое в её глазах.

— Доброе утро, — тихо произнесла я, почувствовав, как мои губы едва шевелятся. Голос был слабым, как будто я долгое время не произносила ни слова.

Медсестра замерла, её глаза округлились от удивления. Она стояла так несколько секунд, словно не веря своим ушам, а затем быстро побежала к двери.

— Она проснулась! Девушка, которая год была в коме, проснулась! — ее крик эхом разлетелся по коридору.

Вокруг меня тут же началась суета. Медсёстры и врачи стали заходить в палату один за другим, оглядывая меня с удивлением и радостью. Я слышала, как они обсуждали, как невероятно это было, что я наконец пришла в сознание после столь долгого времени. Их голоса звучали как в тумане, но я улавливала обрывки фраз: "чудо", "невозможно", "надо сообщить родственникам". Доктор что-то говорил, что-то объяснял, но все его слова проносились роем шума у меня в голове.

Я попыталась поднять руку, но почувствовала, что тело словно налито свинцом, и даже простое движение казалось невыносимо тяжёлым. Воспоминания начали медленно возвращаться ко мне, как страницы книги, которые кто-то начал перелистывать.

"Андрей…" — его образ возник в моих мыслях, и я вспомнила капли крови на его лице. Моё сердце сжалось от страха, но я не знала, как спросить о том, что с ним случилось. Все казалось таким нереальным, словно я ещё не полностью проснулась.

— Как долго я… была здесь? — наконец, с трудом спросила я у медсестры, которая вновь подошла ко мне и, улыбнувшись, начала проверять аппаратуру.

— Год, дорогая. Ты была в коме целый год, но теперь ты вернулась к нам, — ответила она, — Мы сообщим твоим близким, они будут так счастливы.

Я закрыла глаза, пытаясь осознать всё это. Год? Целый год прошёл, пока я была в этом странном мире снов и воспоминаний. Что же теперь меня ждет? Как изменилась моя жизнь за это время? И что случилось с Андреем? Ответы на эти вопросы еще предстоит найти, но главное — я проснулась. Я снова жива.

Спустя какое-то время дверь палаты тихо открылась, и я увидела