И всё-таки я люблю тебя! Том 1 - Елена Харькова

– Вы, женщины, значит, считаете, что все заботы должны взять на свои плечи мужчины, да? Раз мы сильный пол, так, значит, просто обязаны вас холить и лелеять, так ведь?

– Угу, – Вера украдкой вытерла нос. Она старалась аккуратно снять кожу с селёдки, как это делала Глаша.

– Ага! – обрадованно закричал вдруг Семён Иванович, как будто наконец-то уличил её в чём-то постыдном, и громко хлопнул себя по ноге. – Вы, значит, будете жить в холе и неге, так? А коммунизм кто тогда строить будет? А? Одни мы, мужики? Да? А вы, значит, хотите в светлое будущее на нашем хребте въехать?! – Он постучал себя по затылку и с возмущением уставился на Веру, которая испуганно захлопала глазами.

– Не получится, голубушка! – Сёма потряс указательным пальцем около её носа. – Будьте любезны тоже повкалывать на благо нашего социалистического общества. Нечего за нашими спинами отсиживаться! Понятно?

– Угу, – покорно кивнула Вера. Она жутко испугалась таких непредсказуемых выходок Семёна Ивановича.

А он тем временем разошёлся не на шутку. Он вскочил с табуретки и начал ходить по кухне, но так как места там не хватало, он перешёл в комнату.

– Это всё буржуазная культура виновата! Я бы запретил читать книги всех этих дореволюционных хлюпиков типа Толстого, Пушкина и… и… ну и остальных воспевателей женских прелестей. К чёрту все книги! – орал Семён Иванович и размахивал руками. – Нам некогда читать и разводить сопли-слюни!

Вера шмыгнула носом.

«Ой, он мой насморк заметил! Как стыдно! Ещё решит, что я неряха, и не возьмёт меня на работу».

– Вот когда построим коммунизм, тогда можно будет и расслабиться, и книжки всякие там почитать, стишки послушать, – он подошёл к ней и, облокотившись одной рукой о стену, сурово посмотрел на неё сверху вниз. – А пока будьте-ка любезны, дорогуша, у станочка постоять да кирпичики на стройке потягать. Во имя всеобщей справедливости вы пока позабудьте о том, что вы слабый пол. Так-то вот!

Вера затравленно сжалась.

«Ну точно шизик. Как бы он меня не придушил во имя всеобщей справедливости. Небось и первая жена не своей смертью померла».

Но Семён Иванович неожиданно быстро успокоился, сел на табуретку и как ни в чём не бывало спокойно спросил:

– Картошечка сварилась?

Вера перевела дух и поднялась посмотреть картошку. Но поворачиваться к нему спиной она всё-таки побаивалась. Она бочком-бочком подошла к плите и приподняла крышку. Потыкав вилкой, она пришла к выводу, что картошка почти готова. Пока Вера отделила кости селёдки и разрезала её на кусочки, Семён Иванович достал тарелки и вилки. Они сели за стол. Вера скромно положила на свою тарелку одну половинку картофелины и один кусочек селёдки.

– Это что за птичья порция? Кто как ест, тот так и работает! – прогремел Семён Иванович, и Вера испуганно навалила себе почти полную тарелку картошки и пять кусков селёдки.

– Ну, за знакомство! – торжественно произнёс он, подняв стопку.

– Нет, что вы, я не пью, – пролепетала Вера и, испугавшись очередного приступа гнева «шизика», быстро добавила: – Мне нельзя. Я беременная.

– Беременная?!! – удивился Семён Иванович так, словно вообще не знал, что женщины иногда бывают беременными. Он отставил уже поднесённую ко рту стопку и зацокал языком. – Н-да. Дела! Ай да Инна! Вот это удружила.

«А уж как она мне удружила! Направила ночью к ненормальному мужику! И чего он так расстроился? Думает, что я, беременная, двор подметать не смогу?»

– Вы не думайте, я работящая. И выносливая. Я и беременная со всем справлюсь.

– Оно, конечно, видно, что ты девушка… хм, прости, женщина хорошая, работящая. Но… – Семён Иванович почесал затылок. – Как тебя угораздило-то?

– Чего угораздило?

– Он что, подлец, сбежал?

– Он не подлец. И никуда он не сбежал. Он просто уехал.

– И где же он?

– Во Франции.

– Ух ты! Далеко смотался. Аж за границу драпанул!

– Да вы не волнуйтесь, он скоро вернётся и заберёт меня. Мне бы только на время где-нибудь пристроиться.

– Чего?!! – взревел Семён Иванович. – Это как понимать? Я, значит, тебя приютю, а потом приедет твой подлец и ты тут же вернёшься к нему?

– Ну да, – жалобно пролепетала Верочка, не понимая, что так разозлило «шизика», – я вас долго обременять не буду.

– Вот это наглость! И что мне прикажешь делать с чужой беременной бабой? Заботиться о тебе за просто так?

– Ну почему просто так? – всхлипнула Вера. От страха и обиды у неё потекли слёзы. – Я отработаю. Я же буду вашим дворником. Мне Инна обещала, что вы меня устроите к себе в ЖЭК работать дворником, а за это мне дадут квартиру. Мне негде сейчас жить. Я поругалась со свекровью. А муж уехал. Я совсем одна. Мне некуда идти.

Верочка разревелась. Она всхлипывала и размазывала слёзы по щекам.

– Работать дворником?! – удивился Семён Иванович. – А я думал, что мне Инна жену нашла.

У Веры глаза полезли на лоб.

– Нет-нет, что вы! Я уже замужем. А разве Инна вашим соседям не сказала? Они же должны были всё вам передать.

– Соседям? Да я с ними поругался. Они мне теперь ничего не передают, – он вздохнул и опять почесал затылок. – Ну и дела! Н-да, что же нам с тобой делать-то?

– Возьмите меня к себе дворником, – жалобно попросила Вера. – Пожалуйста!

– Видишь ли, Вера, – начал выдавливать из себя он по одному слову, – я Инне несколько преувеличил своё социальное положение в нашей конторе. На самом деле я не начальник в нашем ЖЭКе, а сантехник. Сама понимаешь, что такая «эффэктная» девушка, как Инна, не стала бы со мной даже разговаривать, если бы узнала моё истинное призвание.

– Ой! Значит, вы мне не поможете?!!

– Знаешь, Вера, ты мне понравилась. Сразу видно, что ты хороший человек, просто попала в беду. Я постараюсь тебе помочь. Завтра пойду к нашему начальнику и попрошу за тебя. Квартиру тебе не гарантирую, но койку в общежитии, может, и смогу для тебя выбить.

– Ой, спасибо! Мне и койки в общаге будет достаточно. Я же на время, пока Вадим не приедет.

– Ну, давай за это выпьем. Вернее, я выпью, а ты закусывай.

Узнав, что Вера не набивалась ему в жёны, Семён Иванович перестал выпендриваться и заговорил с ней по-простому. Стал расспрашивать о её жизни, немного рассказал о себе. Вера, увидев, что опасность миновала, расслабилась и даже стала получать удовольствие от общения. Ведь уже долгое время ей не с кем было даже разговаривать. Беседа под водочку с селёдочкой потекла приятно и неспешно…

Но в самый разгар их более-менее приятной посиделки вдруг раздался звонок. Семён Иванович весь напрягся.

– О, чёрт! – прошептал он. – Это Сонька. Она меня убьёт! Не будем открывать, притворимся, что меня нет. Тьфу ты, она же видела свет в окне. Придётся открыть.