Opus 2 - Евгения Сергеевна Сафонова

крышечкой. – Маги живут дольше обычных людей. Маги сильнее обычных людей. И в довесок к Дару магам нередко достаётся самомнение, возносящее их выше обычных людей, что я считаю великим заблуждением, ибо вся человеческая гниль свойственна им ничуть не меньше. Кроме того, магия – тот же наркотик. Полагаясь на неё, впав в зависимость от неё, в её отсутствие ты ощутишь себя ничтожеством, и лишь единицы могут похвастаться такой силой, как Уэрти. Рано или поздно многие… особенно обладая определённым складом характера… понимают, что их резерва не хватает на их нужды, и задумываются, что хотели бы стать могущественнее. А могущество сверх того, что тебе дано, всегда покупается чужой кровью.

– Но вы, к примеру, купили чужой кровью сведения обо мне. Чем это лучше?

– Ничем, – легко согласился Кейлус, левой рукой наигрывая обрывок новой мелодии, а правой выписывая первые ноты на оборванных строчках. – Я уже говорил, что я кровожадный ублюдок. – Удовлетворённо кивнув тому, что получается, он несколько досадливо повернул голову, явно желая скорее завершить разговор. – Коротко говоря, лишь тем, кто не одарён с рождения, жажда овладеть магическими премудростями кажется само собой разумеющейся.

– Некоторые, родившиеся без этой одарённости, тоже не слишком жаждут, – пробормотала Ева. Лишь сейчас осознав, что сама не особо привязана к нежданно свалившейся на неё магии.

Когда Дерозе лежал разбитый, у неё будто отняли бесконечно важную часть её самой. Теперь, когда у неё отобрали магию, она не ощущала себя беспомощной, и забери у неё навсегда что волшебный смычок, что Люче, едва ли она сильно расстроится по этому поводу. Ева так и не могла воспринимать магию органичной частичкой себя: скорее мощным посторонним девайсом, подаренным без её желания, который обстоятельства вынуждали её изучать и использовать.

Пару секунд Кейлус, не моргая, глядел на неё бархатными глазами. Кивнул, словно сделав некие выводы, и, отвернувшись, провёл по строчке тактовую черту:

– Иди. Хватит разговоров на сегодня.

Не прекословя, Ева вышла и аккуратно прикрыла за собой дверь. Побежала наверх возвращать Люче в ножны – жалея и не жалея о том, что зря потратила эту попытку.

Любое столкновение двух разумных людей можно решить переговорами. Ладно, почти любое. И, конечно, добро должно быть с кулаками, но всё же убийство – не метод тех, кто играет на стороне света и справедливости. До сих пор им с Гербертом удавалось решать проблемы без кровопролития (ну, исключая ту, где очень хотели пролить кровь им); решат и эту.

В конце концов, Ева заключила мирный договор с огнедышащей драконицей, приручила одного представителя королевской семейки и установила вполне нормальные отношения с другим. Значит, сможет поладить и с третьим.

* * *

– Вот и остались мы одни, малыш, – глядя на драконье яйцо, скорбно заметил Эльен, подкидывая дрова в очаг, мерцавший углями в маленькой сокровищнице замка Рейолей.

Сегодня некромант отдал ему короткий дистанционный приказ: «Заботься о яйце, пока меня нет». Из чего призрак сделал вывод, что по неким причинам к ужину господина ждать не стоит.

Учитывая, с какой целью Гербеуэрт покинул дом днём, его дворецкий искренне надеялся, что у него нет причин для настоящего беспокойства.

– Совсем как в былые времена, пока лиоретта не явилась, – ещё более скорбно добавил призрак, расправившись с последним поленом. – Господин, конечно, тогда дом почти не покидал, но за день от него, бывало, и слова не услышишь. Впору было гадать, кто из нас двоих призрак…

В дверь постучали. Когда Эльен открыл, внутрь скользнул Мелок – но, каким бы исключительным ни был кот главы дома Рейолей, стучать он пока не научился.

– Не советую проходить, – спешно произнёс призрак, прежде чем Миракл, стоявший за дверью, попытался перешагнуть порог. – Приветствую, лиэр. Прошу прощения, что не встретил, был занят здесь.

– Ворота открылись передо мной, – заметил юноша без намёка на упрёк.

– Насколько я знаю, господин вплёл в охранные чары замка исключение для вас.

– Но не в охранные чары сокровищницы? – не дожидаясь ответа на очевидное, Миракл посмотрел на яйцо, золотившееся в отблесках пламени. Вдохнул запах нагретого металла и яблоневых поленьев. – В кабинете Уэрта не было, подумал, вдруг он здесь… Он с утра не выходит на связь.

– Господин Уэрт сегодня не вернулся домой. Я думал, вам лучше меня известно, что с ним.

Призрак и чемпион арены уставились друг на друга, пока Мелок требовательно тёрся о слегка прозрачные ноги в старинных лаковых туфлях.

– Так Уэрт не вернулся, – вымолвил Миракл обречённо.

– Значит, не вы тому причиной?

– Естественно, нет. Дуэль не состоялась. Её прервала Айрес, после чего забрала Уэрта.

– О боги! – Эльен судорожно выдохнул. – Мне было бы спокойнее, если б сейчас он истекал кровью от вашего клинка.

Миракл собирался ответить, но его прервал звук. Раздавшись из недр сокровищницы, он заставил обоих оглянуться на яйцо.

По янтарной поверхности расползалась паутина трещин – под приглушённый стук, с которым кто-то, спавший внутри, настойчиво пробивал себе путь наружу.

– Лучше бы господину Уэрту вернуться поскорее, – под аккомпанемент ритма, с каким проклёвывался в мир вылупляющийся дракончик, только и смог выговорить Эльен.

Глава 9

Nocturne[13]

– Значит, ты передумала убивать милого дядюшку, – сказал Мэт, когда на следующий день Ева сидела в спальне, медитируя на окно, за которым чернотой льнула к стеклу ранняя зимняя ночь.

– Я пацифист по натуре. Предпочту договориться, – рассеянно откликнулась она, размышляя, уместным ли будет сейчас сделать вылазку для новой беседы с Кейлусом.

Почти весь этот день, как и предыдущий, Ева провела в библиотеке, листая магические трактаты и ожидая, что за ней придут. Она ждала нового приглашения к ужину. Новой просьбы сыграть. Чего-нибудь.

За день её ни разу не побеспокоили.

Наверное, кто-то другой на её месте начал бы даже обижаться на то, что Кейлусу Тибелю нет до своей похищенной невесты никакого дела. Еву это радовало в той же степени, в какой раздражало: спасибо, что Кейлус явно не собирался принуждать её ни к одной из тех вещей, которых стоило бы опасаться, но, если они так и будут сидеть в разных углах дома, это никак не поможет ей выбраться из него.

– Только вот времени на переговоры у тебя не слишком много. Ванна, помнишь? Ты должна была принять её сегодня.

Ева промолчала. Лишь провела ладонью по ножнам Люче, которую зачем-то взяла на колени, словно кошку.

Она вернула рапиру в её законное вместилище вчера. Судя по всему, вовремя. И тем самым отрезала себе последнюю возможность выйти