Хозяйка проклятого поместья (СИ) - Сима Гольдман

— Может переберешься в поместье? Там мы сможем позаботиться о тебе, — предложила, уже понимая, что последует отказ.

— Нет. Спасибо. Но я посвятила "Волчьему логову" почти всю свою жизнь. Теперь пора на покой и заниматься правнуками, — она кивнула в сторону хрупкой девушки во дворе, что развешивала белье, — Скоро у меня появится первый. Не хочу пропустить этот момент. Внуки все пролетели мимо.

Я понимающе улыбнулась. Достойное желание.

Еще немного поболтав и обменявшись новостями со свадьбы и о происходящем в поместье, мы тепло распрощались и собрались в обратный путь.

— А ты хотела бы завести детей? — неожиданно спросил муж.

Я немного опешила. Хотя в деревне было полно сорванцов и милых девчушек. Понятное дело, что Эван проникся обстановкой.

— Когда-нибудь, возможно, да, — уклончиво ответила ему.

— А от меня?

Этот вопрос застал меня врасплох.

— А как же иначе, ведь ты мой муж.

Молодой мужчина задумался. Было видно, что его что-то беспокоит, но он пока не торопился говорить. А это значит, что мне придется вытягивать эту информацию.

41

Каждый новый день дарил какие-то все новые и новые хозяйственные вопросы и я всё никак не могла уделить время сёстрам. Хотелось вернуть те былые времена, но… Мы выросли.

Однажды утром застала Вилму, грустно смотрящую в небо, сидящей в беседке. Взглядом она провожала стайку взъерошенных воробьев, гонимых местным рыжим котом-охотником. Я не смогла пройти мимо. Она выглядела не просто печальной, а словно ее отправляли на плаху.

— Грустим? — я постаралась придать голосу больше шутливости и бодрости.

— Немного, — пожала она плечами, переводя на меня взгляд. В пушистых ресницах застыли несорванные слезинки. — Пора возвращаться во дворец. Нас долго не было, и я уверена, что скоро за нами целый королевский конвой прискачет с флагами, гербами и "именем короля". Хотелось бы избежать всего этого и чинно отбыть самостоятельно, чем потом краснеть перед всеми.

Нам так и не удалось нормально поговорить с момента ее возвращения в родные пенаты. Я слишком сильно увлеклась наведением идеальной чистоты и порядка в поместье, а она просто стояла тихо в сторонке. Вот она "забота" старшей сестры…

Неужели выходя замуж, заботы о родных и близких отходят на второй план?

— Как жилось тебе там? Обижали?

— Шутишь? Нет конечно. Скорее слишком сильно опекали, учили и пытались вытравить горский акцент, но я вроде справилась и не сломалась.

— Он тебя любит?

Вилма поняла о ком речь сразу, конечно же, о наследнике короля.

— Не знаю, но между нами что-то происходит. Это волшебное чувство заставляет замирать каждый раз когда он входит и краснеть, когда касается. Я словно лечу рядом с ним и очень надеюсь, что не в бездну, — сестра невесело рассмеялась, отводя взгляд в сторону.

Я порывисто прижала ее к себе. Хотелось утешить и найти верные слова, но знать бы какие.

— Ты сильная. Гораздо крепче, чем каждой из нас снилось. Ты выдержишь всё, если Хорт будет рядом и не просто в качестве какого-то элемента интерьера, а настоящим любящим и заботливым мужчиной. Но двор таит немало опасностей. Я просто уверена, что дедушка того же мнения.

— Я знаю зачем он отправился к королю. Это было сразу очевидно. Не такая я уж и глупышка. Плетутся интриги и заговоры. Каждый хочет выслужиться. Многие желают прогнуть Хорта или перетянуть на свою сторону. Говорят старый король сошел с ума в своей жажде власти и безграничной силы. Ему не выгоден наш брак. Скорее он женит сына на лягушке, чем отдаст плебейке. Но скоро мне восемнадцать и тогда нас ждут новые испытания. Тяжело жить осознавая, что пока нам разрешено быть вместе, создавая иллюзию близости к народу.

Только сейчас я поняла на сколько тяжело приходилось все это время сестре. Без поддержки и близких рядом практически вывивать среди змеиного царства.

— Прости меня. Я должна была настоять и никуда тебя не отпускать.

— Шутишь что ли? Эта поездка и фестиваль свели меня с самым замечательным мужчиной на свете. Я по началу сомневалась, ведь он старше на семь лет. Но нам так хорошо и комфортно вместе. Нет никаких треволнений и переживаний. Словно мы уже лет сто знакомы, не меньше.

Я улыбнулась. Сестра была влюблена, нужно было просто порадоваться, но мешало переживание за нее и ее будущее.

— Мы все преодолеем вместе.

— Что ты задумала?

Я поднялась со скамьи и бросила теплый взгляд на Вилму.

— Мне нужно кое-что обсудить с Эваном и… Прояви терпение, сестрица.

В голове уже формировался план. Оставалось только убедить мужа в правильности принятого решения или заставить принять участие в затее.

42

— Мне кажется, что скоро я буду просить Олея найти тебя по запаху, — раздалось над самым ухом, когда я проверяла кладовые.

— Не знала, что способность общаться сохранилась между вами, — задумчиво произнесла, стараясь не отвлечься и не сбиться со счета.

— Ты поразительна, — восхитился Эван, настойчиво перебирая выбившиеся пряди из пучка. — Я все же надеюсь, что не сильно потревожил твой покой и ты способна уделить мне немного времени.

Обреченно выдохнув, я перевела взгляд на мужа. С ним спорить было бесполезно. А перепроверка готовности к зимней поре была скорее отговорка от его общества, пока я не придумаю как лучше преподнести свои мысли, которые появились после разговора с сестрой. От Эвана все равно не укрыться, ночью он все равно поймает меня.

— Я не пряталась, правда, — виновато потупила взор, — Просто мне нужно было немного времени, чтобы собраться и проветрить голову.

— Неужели любящему и честному мужу нельзя побыть немного в обществе своей молодой супруги?

— Можно и нужно!

Я приподнялась на цыпочки и коснулась теплых губ мужчины. Его не нужно было приглашать к столу — Эван всегда был голоден. Во всех смыслах этого слова. Его жадный рот не щадил, сминая и подчиняя.

— Сюда могут войти, — пискнула я, в попытке освободиться, которую немедленно пресекли.

— И что? Мы не делаем ничего плохого, — только крепче сжав в объятиях, сиплым голосом выдал муж. — Я просто целую свою законную жену, а у нее нет выбора — она отвечает на поцелуи.

От такой самоуверенности захотелось просто дать ему по лбу, но я лишь сильнее прижалась и уткнулась носом в широкую грудь.

— Ты сильно изменился.