Пусть не кончается любовь - Джина Джексон

Дэйн кивнул, но почувствовал, что Кэтлин не все ему рассказала. Да и Кеннеди был не тот тип, чтобы проявить к жене такую чуткость. Кеннеди был чутким только к желаниям Кеннеди. И все. Сейчас у Дэйна не было времени выяснять, но позднее он выудит из нее все подробности. Что-то произошло такое, отчего Кеннеди, как побитая собака с поджатым хвостом, отправился к себе в комнату.

Когда они подошли к коралю, Дэйн с удовольствием стал наблюдать, как проворно и ловко пристроила Кэтлин термос под навесом и начала раздавать ребятам чашки, над которыми поднимался ароматный парок. Парни сгрудились вокруг нее, как пчелы вокруг прекрасного цветка, и Дэйн отлично понимал, что не только кофе приманил их к ней и растянул им рты до ушей в радостных улыбках. Кэтлин удалось завоевать их преданность. Было очевидно, что они восхищаются ею и тем, что она в проливной дождь доставила им кофе.

Дэйн отступил к забору. Да, Кэтлин была деловая партнерша что надо. Не было на ранчо ни одного человека, кому бы она не понравилась. Даже Джейк вел себя с ней как джентльмен. Кэтлин заслужила всеобщее уважение и приязнь. Она была отважной… а может быть, упрямой? Впрочем, это роли не играло. Она стала частью команды «Дабл-Би».

Было кое-что еще, и мысль об этом заставила Дэйна снова улыбнуться еще шире. Кэтлин Брэдфорд была единственной известной ему женщиной, которая выглядела шикарной и сексуальной даже в желтом плаще не по размеру и с каплями дождя, стекающими с кончика носа.

Глава 13

Ее разбудил громкий стук в дверь. Казалось, она едва сомкнула глаза, но этот стук… Кэтлин села в постели и посмотрела на часы. Девять утра. Она проспала меньше трех часов. Они оставались на ногах, пока не утих дождь. Пили кофе, разговаривали, и все согласились отменить утреннюю верховую прогулку и хорошенько отдохнуть. Они это заслужили.

– Одну минуту. Сейчас иду. – Кэтлин поморщилась, вылезая из-под одеяла. Комната была залита солнцем. Яркий свет резал глаза. По крайней мере сейчас ей не нужно было одеваться: после ночного бдения она была такой уставшей, что заснула в одежде.

– Да? – Кэтлин распахнула дверь и оказалась лицом к лицу с крашеной блондинкой, одетой в ковбойский наряд, который можно было бы увидеть только на маскараде. Ее сиреневая джинсовая юбочка длиной была сверхмини. Подол завершала лиловая бахрома. Коротенький жакетик-болеро был под цвет юбочке. А еще на ней были белые лакированные ковбойские сапожки. Кэтлин не надо было спрашивать ее имя, но все же описание Дэйва не отдавало должного этой женщине. Впрочем, вряд ли словесный портрет мог бы подготовить Кэтлин к встрече с Бэмби Кеннеди во плоти.

– Я – Бэмби Кеннеди. Для вас – миссис Аллен Кеннеди!

Все тело Бэмби вибрировало от ярости, и Кэтлин захотелось захлопнуть перед ее носом дверь. Но поступить так она не могла. Ведь Бэмби Кеннеди была гостьей, и Кэтлин должна быть сдержанной.

– Очень приятно познакомиться с вами, миссис Кеннеди. Могу ли я что-то для вас сделать?

– Можете! Оставьте моего Аллена в покое… вы воровка мужей! Вам должно быть стыдно!

Кэтлин несколько раз моргнула. Хорошенькое начало дня!

– Простите, не поняла.

– Не разыгрывайте передо мной невинность. Прошлой ночью вы пытались соблазнить моего мужа!

Кэтлин снова растерянно моргнула, жалея, что голова с утра отказывается быстро соображать.

– Почему, миссис Кеннеди, вы полагаете, что я пыталась соблазнить вашего мужа?

– Я не полагаю, я знаю! – Изумительные фиалковые глаза Бэмби сверкали фанатичным огнем новообращенного в веру. Наверняка это были контактные линзы. Кэтлин в этом не сомневалась. Никто на свете не рождается с глазами такого невероятного оттенка. – Гроза меня разбудила, и я спустилась вниз поискать Аллена. И вы были там… обвивали его руками! Я так разволновалась, что убежала назад в свою комнату и приняла снотворное, чтобы не думать об этом.

Кэтлин вздохнула:

– Послушайте, миссис Кеннеди. Впечатление может быть обманчивым. Уверяю вас, что я абсолютно не интересуюсь вашим мужем. Он для меня просто гость, такой же точно, как все остальные.

– Это значит, что я должна предупредить других жен насчет вас!

– Я не это имела в виду, миссис Кеннеди. – Необычайно пухлые губки Бэмби обиженно надулись, и Кэтлин невольно задумалась, сколько уколов коллагена требуется, чтобы поддерживать их сочную полноту. – Если бы вы знали меня лучше, вы бы поняли, что я со всеми гостями обращаюсь одинаково. Мужья или жены – мне безразлично. Я хозяйка дома на «Дабл-Би», где вас принимают. И ничего больше.

Бэмби выпрямилась во весь рост.

– Вы лжете. И я знаю почему.

Кэтлин тяжело вздохнула. Как бы ей хотелось рассказать разъяренной женщине, что это Аллен Кеннеди пытался ее соблазнить. Но Бэмби никогда этому не поверит.

– Я не лгу, миссис Кеннеди.

– Нет, лжете. Вы такая же, как и все другие. Вы думаете, что Аллен снимет вас в одном из своих фильмов. Ведь думаете?!

– Нет, миссис Кеннеди, не думаю. Я не хочу сниматься в кино. И сказала об этом вчера вашему мужу, когда он предложил мне роль.

– И это ложь! Я играю главные роли во всех фильмах моего мужа. Я там звезда! Он никогда не предложил бы роль вам!

Разговор зашел в тупик. Кэтлин набрала в грудь побольше воздуха и попыталась сообразить, как закончить бессмысленную конфронтацию.

– Послушайте, миссис Кеннеди. Как я уже сказала вам, меня ваш муж абсолютно не интересует.

– Тогда почему же вы липли к нему вчера за обедом?

– Я не делала этого, миссис Кеннеди. Возможно, я посвятила ему больше времени, чем другим гостям… но он задавал мне множество вопросов. Я и с другими гостями разговаривала.

Бэмби нахмурилась. Разумеется, не слишком: кожа на ее лице была подтянута чересчур туго, чтобы позволить такую мимику.

– Он сказал, что вы хотели показать ему кораль… А ведь он даже не любит лошадей.

– Я не показывала ему кораль, миссис Кеннеди. Это сделал Сэм, один из наших конюхов. Ваш муж говорил что-то о поиске натуры для съемок и поэтому захотел посмотреть на кораль.

– А-а. Что ж… Аллен всегда ищет места для съемок. Может быть, это правда. Но то, что происходило прошлой ночью, я видела собственными глазами! Вы были в объятиях моего мужа!

– Недолго. И, безусловно, не по своей воле. – Терпение Кэтлин кончилось. – Если бы вы задержались подольше, миссис Кеннеди, вы бы увидели…

– Кэтлин, дорогая.

Звучный баритон прервал ее речь. Кэтлин повернулась и увидела Дэйна. С чего это он вдруг решил назвать ее «дорогой»?!

– А-а, самая очаровательная гостья, когда-либо посещавшая наше ранчо. Доброе утро, Бэмби. – Дэйн улыбкой приветствовал замолкнувшую красавицу. – Или мне следует сказать «миссис Кеннеди»?